Микстура от попаданки (СИ) - Гудкова Анастасия - Страница 6

- Не собиралась, - буркнула я. И тотчас сменила тему. - Как поживает "грудная жаба" вашей матушки?

- Знаете, лесса Анна... - генерал Лагранд вдруг стал серьезным. - Матушке стало легче. И я должен вас поблагодарить за это.

- Рада слышать, - улыбнулась я. - Пусть не забывает, что принимать отвар нужно каждый день. Простите, генерал, мне пора.

- Еще не все пузырьки перебили? - ехидно уточнил он.

А я мигом растеряла сочувствие, которое с таким трудом во мне зародилось. Нормальные люди благодарны врачам, сумевшим помочь. Но только не такие, как он. Выскочки, которым в жизни все дается легко. Наверное, он из богатой семьи, имеющей определенный вес в этом мире. И родители проложили ему ковровую дорожку до генеральских погон. Вот только нормальным человеком его это не сделало.

- Оставила парочку, - с улыбкой отозвалась я. - Думаю, надо бы сварить из их содержимого что-нибудь забористое. Приходите, генерал, вам непременно стоит попробовать.

- Благодарю, лесса Анна, я не принимаю снадобья просто так. Особенно из ваших рук.

- И тем не менее, вашей матушке помогло...

- Это случайность, - отрезал мерзкий тип. - Светлого дня, лесса Анна.

- И вам не хворать, - фыркнула я, обходя мужчину по широкой дуге и стремительно бросаясь в сторону спасительного лекарского кабинета.

Пожелание было не дежурным, я ведь не была уверена, что поблизости есть еще лекарские кабинеты. А лечить заносчивого сноба лично у меня никакого желания не было.

Зато в кабинете лесс Лафер меня ждала самая настоящая пациентка с очень интересным анамнезом.

Глава 10

Точнее, пациентка, как и обещали тройняшки, появилась к полудню, задержавшись лишь на полагающиеся по местному этикету десять минут. Об этом меня предупредила Фанни, поглядывающая на меня с явным сочувствием. Она даже заботливо поинтересовалась, не болит ли у меня голова после вчерашней неприятности.

Заверив самую добрую из сестер, что с моей головой все в порядке, а с памятью по-прежнему не очень, я побежала приводить в порядок все комнаты местной клиники, рассчитывая до визита леди Ланор успеть хотя бы бегло ознакомиться с содержимым полочек.

Пока же я успела тщательно изучить только содержимое крохотной тесной кладовки, которая пряталась за дверью, которую я вчера вообще не заметила. Она соседствовала с уборной, до которой мне вчера, ввиду стремительности событий, тоже никакого дела не было. Зато сегодня мне предстояло провести в лекарском кабинете целый день, так что наличие рукомойника и прочих благ местной цивилизации пришлось весьма кстати.

В кладовке я обнаружила ведро, швабру и целый ворох тряпок, которыми совершенно невозможно было ничего отмыть, скорее испачкать. Вот только стоило мне поинтересоваться у Гризельды, нет ли чего-нибудь другого для хозяйственных нужд, она презрительно поджала губы и надменно сообщила, что для мытья полов сойдет любая ветошь. По ним же, по словам девушки, ногами ходят, а не лежат, как на подушке.

Я хотела было сказать, что и подушка-то у них на кушетке не ахти, вся покрыта какими-то сальными пятнами и источает аромат надушившегося модным парфюмом старого пирата, явившегося немытым, подшофе и закурившим прямо в лекарском кабинете. Но передумала. Если мне суждено здесь остаться, я вполне смогу создать в клинике некое подобие чистоты, на стерильность я даже не рассчитывала.

А еще я неожиданно разозлилась на свою предшественницу. Или она была незрячая, что вряд ли, потому что тогда и у меня были бы проблемы со зрением: тело-то мне досталось чужое. Или крайне ленивая, настолько, что от своих обязанностей отлынивала мастерски.

В этом я убедилась уже в тот момент, когда только начала отмывать пол в святая святых - смотровом кабинете. По углам пауки сплели себе уже не паутину, а многоэтажки какие-то. Как будто до меня здесь вообще никто не убирался. С тяжелым вздохом я опустилась на колени, стараясь доползти до особенно нахального паука, огромного, мохнатого, который старательно доплетал очередную комнату своего паутинного коттеджа.

- Кхм... - неожиданно раздалось за спиной.

Я резко выпрямилась, ударилась головой о злополучную кушетку, под которой все это время ползала, отдраивая пятна неизвестного происхождения, и выругалась. Гневно и площадно, потому что моей многострадальной голове не посчастливилось стукнуться о что-то жесткое и выпирающее со дна кушетки.

- Я не вовремя, лесса Анна?

Сказала бы я ему. Вообще-то, мы с ним сегодня уже встречались, и я не могу сказать, чтобы я дико соскучилась. Мало того, в смотровой кабинет он вообще не должен был заходить! Прием я не веду, как выяснилось, осматривает пациентов Белла. У нее получается идеально озабоченное лицо, при виде которого даже у самых невозмутимых посетителей начинается паника, и они выкладывают кучу денег притворно охающей Гризельде.

Задача же Фанни, которая обо всем этом рассказала мне с утра, когда показывала кладовку, найти нужные снадобья и слегка успокоить бедолагу, который искренне полагает, что только что чудом избежал мучительной смерти от подошвенной бородавки или гнойного фурункула.

- Если вы ищете кого-то из лесс Лафер, то вам нужно выйти из смотровой и посмотреть в той комнате, где вы уже были. Удивительно, как вы их не заметили?

Пыхтя и отфыркиваясь от оставшейся на тряпке паутины, я выползла из-под кушетки, искренне надеясь, что генерал внял моему совету и ушел. Но первое, что выхватил мой взгляд: два огромных мужских ботинка, покрытых ровненьким слоем переливающейся в лучах магического светильника грязи. Неаккуратными кляксами она стекала на свежевымытый пол, оставляя ужасные коричневые пятна, в которых без труда угадывалась не только земля, но и лошадиные экскременты.

- Генерал Лагранд, - прошипела я, поднимаясь. Тряпка в моей руке убедительно закачалась прямо перед лицом бестолкового посетителя, так близко, что он мог бы рассмотреть в ее складках улепетывающего паучка. - Что, боюсь спросить, сподвигло вас зайти в смотровую в таком виде?! Кто-то при смерти?!

- Нет, все в порядке, я просто...

- Кажется, сейчас при смерти окажетесь вы! - гневно зарычала я, бросаясь в погоню за улепетывающим мужчиной. - А ну, вернись!

Глава 11

Сказать, что тройняшки удивились, когда мы с генералом вылетели из смотрового кабинета в приемный, это ничего не сказать. Фанни попыталась выяснить, что стряслось, Белла заливисто смеялась, а Гризельда истошно и гневно завопила, что сейчас кто-то точно разобьет какое-нибудь снадобье. И тотчас, беспорядочно размахивая руками, разбила что-то, от чего все находящиеся в комнате принялись чихать.

Но на этом Гризельда не остановилась. За каким-то бесом она устремилась наперерез бедолаге Лагранду, поскользнулась на той самой жиже, которую она разлила первой, а потом в хорошем таком подкате обрушила на себя целый стеллаж всяких склянок.

Я почувствовала, как резко стало не хватать воздуха. Одновременно с этим заложило уши, звуки долетали как сквозь вату. Кажется, тройняшки выкрикивали какие-то заклинания, но я, в отличие от лесс Лафер, колдовать не умела. Так и застыла в центре зала, отчаянно растирая слезящиеся глаза.

- А ну, иди сюда! - рыкнул генерал, подхватывая меня за талию и закидывая на плечо.

Я даже сопротивляться не стала, не в том я была состоянии. Больше всего на свете мне хотелось куда-нибудь на свежий воздух, сделать глубокий вдох, проморгаться. И прибить бестолкового человека, который прямо в ботинках, напрочь покрытых дорожной грязью, притащился в лечебный кабинет и устроил весь этот переполох.

Не без участия Гризельды, конечно. Но ее мне было не жаль, слишком она была вредная. Даже заведующая терапевтическим отделением, заставлявшая нас переписывать отчеты, написанные неразборчивым по ее мнению почерком, не могла с ней сравниться.

Дверь генерал, судя по резкому звуку, открыл ногой. Той самой, на которой все еще мирно существовала лошадиная лепешка. Я с трудом сдержала стон: не нужно быть магом, чтобы догадаться, что отмывать лекарский кабинет придется мне. Причем, успеть нужно до первого клиента. Но это потом, а сейчас...