Г.Р.О.М. 4 (СИ) - Киров Никита - Страница 39

Но ответ пришёл сам собой. Я пометил себе эту мысль, чтобы не забыть, покручу в голове потом. А вариант хороший, и главное — в него поверят. И приезжие следаки-чекисты займутся ими сами…

Ладно, это в работе на потом, а пока — нужно подчистить за собой следы и обезопаситься. Поэтому нужно выяснять, что творится в городе, продолжать ссорить между собой блатных и вести себя крайне тихо. Ну и понять, есть ли нам угроза с теми застреленными бандитами и выйдет ли на нас кто-нибудь ещё…

С Ивановым расстались без проблем, договорившись, что если что-то выясню про боевиков, которые ещё в городе — тут же ему скажу, потому что они потеряли их из виду. Вернее — если они что-нибудь задумают, потому что я знал, где они могут сидеть, да и Иванов тоже.

Но зачем тратить их впустую? Я и подумывал, как выманить остатки боевиков и использовать их против кого-нибудь. Пусть, например, наедут на азербайджанцев, которые поднимают голову и постепенно захапывают себе бывшую овощебазу Джабраилова. Но тут много вариантов.

Мимоходом пришла ещё пара мыслей.

Я доехал до работы Глеба, вызвал его, и мы пересеклись с ним на улице. Он взял в киоске через дорогу два мороженого в вафельном стаканчике, закрытых бумажным кружком с названием. Оторвал бумажку от своего, огляделся, хмыкнул и приклеил бумажку на стену киоска, где уже были приклеены другие. Развлекается.

А жарко, мороженое таяло быстро.

— И что чекисты? — поинтересовался он.

— Пока договорились, но если они переключатся на кого-нибудь, то будут работать против них. А нам пока желательно не отсвечивать явно, поэтому держимся в стороне от всех наших нычек. В общем, как обычно.

— Само собой, — Сибиряк кивнул. — А то всех повяжут, и всё, каюк, пишите письма.

— Можно твоей работой заняться, Глебка, и Некрасову заодно подарок подогнать за помощь, пусть показатели поднимет. Две мелкие банды, но всё равно организованные, быстро заберёте, с первого раза, уже на днях.

— И в чём суть?

— Одна занимается разбойными нападениями, гопники, но опасные, вторая — «почтальоны». Помнишь, как одного поймали?

— Помню, — Глеб хмыкнул.

— И эти такие же, таким же промышляют, делают вид, что носят пенсии, а сами грабят. И вот что я думаю. Через Седова можно связаться с теми гопниками, какого-нибудь урку пошлёт, предложит им сделать удостоверения почтальона на рынке и промышлять этим. И надо дом подходящий найти, где засада будет. А вторых — предупредить, что у них на территории завелись конкуренты. И указать, куда именно пойдут. Придётся им разбираться.

— Умно, — Сибиряк вспомнил про мороженое и доел его парой укусов.

— Выживших крепите, всё как обычно.

— Само собой.

Вот так работать ему нравилось, да и мне тоже — сами не мелькаем, а дело делается. И главное — результат есть. Причём заметный, не просто красивые цифры в бумажках, а ещё понимание, что банды, которые я помнил по первой жизни, уже не появляются или не имеют такого значения, как раньше. Да и старые теряют силы.

Так, глядишь, и в позднее время по городу станет спокойнее ходить. Но это мечты, хотя, глядишь, и они осуществятся.

Вечером всей толпой встретились у меня дома, Костя как раз вернулся из милиции, где давал показания. В отделе и чекисты были, но тут уж мой разговор с приезжими и Ивановым прошёл не зря: Левитан не упоминал о том, чьи документы видел, а чекисты «забыли» про украденный ствол и остальное.

Ну, по крайней мере с Любимцевым договориться можно, и в идеале — работать против бандитов, а не против друг друга. Человек-то он вряд ли покладистый, но пусть лучше копает в другую сторону.

У меня собралась вся группа кроме Седова и Валеры Тихого. Валера поехал по делам, я дал ему ключи от своего «Марка», чтобы управился быстрее, обещал скоро приехать и захватить опера. О секретных делах не говорили, потому что в квартире осталась Юлька, но Дима уже забрал брата с сестрой и ушёл домой.

Разместиться такой толпой на целой кухне сложно, мы сидели вплотную, и ели пельмени из огромной тарелки. Сварили их, как привыкли — по-сибирски, с наваристым бульоном, в котором плавал лавровый лист. Поперчили, и поехали, только ложки гремели, сталкиваясь друг с другом.

Костя ел мало, с жаром рассказывал о своих приключениях.

— А он мне говорит — копай, — он размахивал ложкой, постоянно задевая Ярика локтём. — Я говорю — не буду, он мне п-пушкой тычем в морду. П-потом лопату взял, как их давай там гонять!

— Да хватит уже! — Ярик не донёс ложку до рта, пролив немного на колени. — Левитан, угомонись, заманал.

— И никто главное за мной не п-побежал, — Костя усмехнулся. — Зассали.

— Да мы их видели, — я кивнул. — Рожи такие, что кирпича попросили, и им его уже дали.

Парни засмеялись.

— А на стрелку полезли, как лохи какие-то, — Ярик оторвал от батона хрустящую корку. — Чё-то мычат, пояснить ничего не могут. Нафига и полезли?

— Ну так назвался клизмой — палэзай в жопу, — в своей манере сказал Алибек. — Велено было залупаться, пришлось огрэбать.

— А с остальным что? — с тревогой спросил Денис.

— Да порешали почти всё, — вкратце сказал я, — надо будет только собраться ещё раз, собрать данные, спланировать. Глеб с Седовым как раз пару бандочек закрепят перед уходом, и к нам. А дальше — прорвёмся.

— К-кстати, — Костя снял часы и протянул мне. — Забери, без них лучше похожу. А то понты одни?

— И как их не забрали? — я надел «патеки» на запястье. — С такими часами и выкуп не нужен, хватит на всё.

— Да дома руки мыл, снял, и б-без них вышел. Так дома и лежали, — он отмахнулся, поймал самый толстый пельмень, надкусил и скривился. — А это что?

— А это Юлька лотерею устроила, — догадался я, — и ты победил.

Она, стоя у окошка, ехидно улыбалась. Шутка-то ещё лёгкая, Косте просто попался пельмень, набитый скрученным стеблем зелёного лука, петрушкой и лавровым листом. Когда не ожидаешь такого, вкус очень резкий, сбивает. Но могло быть и хуже.

— Это к удаче, — сказала Юлька, пока Левитан продолжал кривиться.

— Хоть не красный перец, — заметил Ярик. — А в армейке тогда помню, уже когда вывели, скинулись, купили фарш, муку, слепили пельмешек. И Вовчик, он тогда ещё живой был, положил туда монету, долбо***б. Сопля тогда кусанул, слышим — хруст, и всё, кабздец котёнку, зуб сломал, ха!

У него зазвонил телефон, он достал и ответил. Встревоженное лицо сразу разгладилось.

— Да, Зая, конечно, — промычал брат. — Подъеду, само собой.

— Опять кто-то новая? — Юлька удивилась.

— Опять, — Денис пожал плечами. — Нашёл. Зато вот Левитан на свиданку идёт вечером, да?

— Угу, — Костя сразу напрягся.

Я всё подозревал, что его могли выманить, но время совсем не билось, ведь встреча с рыжей девушкой запланирована на вечер.

Раненый бандит Калач ещё в больнице говорил мне про девушку, с которой встретился, но которая пропала, когда его подстрелили. Про эту девушку мы так ничего и не выяснили, хотя в том кабаке опросили всех. Её помнили, но никто не знал.

Так что решили, что у Кости с этим не связано.

А вот что за девушка у Ярика — я не знал, делал вид, что не спрашиваю, но выяснить хотел. Просто чтобы удостовериться, что нет проблемы. На первый взгляд, и здесь не бьётся — Калач описывал свою знакомую как грудастую блондинку, а Ярик, по словам Хирурга, встречается с брюнеткой без особых объёмов.

Но я-то был знаком с Риткой-клофелинщицей, которая умела перевоплощаться так, что не узнаешь, и разок даже задействовал её в одной из своих схем. Вот и знал, что такие вполне могут использовать парик или фальшивую грудь. Так что надо бы здесь удостовериться, что это не очередная провокация.

Огромная тарелка пельменей закончилась, пили свежезаваренный чай. Алибек пролез через всех и ушёл в туалет, Костя намазал масло на «юбилейное» печенье и сверху положил второе, Денис с трудом разжёвывал китайскую конфету с Мао Цзедуном с таким видом, будто боялся сломать зуб.