Ох уж эта жизнь молодая да сельская! Или жизнь после жизни (СИ) - Ленина Егорина - Страница 57

До таверны мы почти бежали. Я пару раз упала, но меня быстро поднимали мои мужчины. Солонка, в одно из падений, перевернулась и щедро засыпала пирог. Как могла, ссыпала соль обратно в тару. Но есть этот кулинарный шедевр мы, пожалуй, не станем. Поскользнувшись в очередной раз, я, поднимаясь, ухватилась за тулуп Любомира. Две его пуговицы отлетели мне в голову. Дошли мы, все же, без серьезных потерь.

В зал таверны вошли гуськом. За тремя столами сидели и завтракали люди. У стойкой мирно беседовал Варлам с каким-то седым, крепким мужиком. Я присмотрелась. Никакого сходства с Любомиром и в помине не наблюдается. Надо папуле зрение проверить.

Все обернулись к нам, как по команде и разговоры стихли. Я стянула с головы шаль, а папа и дядя поснимали шапки. Мука посыпалась с наших голов. У меня же еще и пуговица Любомира из волос выпала.

Широко улыбаясь и неся на вытянутых руках припорошенный снегом и солью пирог, я шагнула навстречу седому мужику.

- Дедуля! Дак вот ты какой, северный олень! - хлопнула его по плечу. - Как же я рада! Сколько лет - сколько зим! - быстро пихнула ему в руки свою ношу и повисла у мужика на шее. - Семнадцать, если я не ошибаюсь?

- Любомир? Владияр? - раздалось из-за стола справа. - Это вы? Что за вид?!

Вися на шее у мужика, я повернулась к говорившему. Грузный мужик в добротном костюме и с плешью на голове был отдаленно похож на моего дядю. Рядом сидела довольно молодая, темноволосая хорошенькая женщина, разряженная в пух и прах. Красное платье было настолько обтягивающим сверху, что через ткань проступали все швы и края нижнего белья. Еще и на груди был маленький круглый вырез, открывающий любому взору ложбинку.

- И тебе здравствуй, отец! - ответил Любомир. - Хорошо мы выглядим.

Я посмотрела уже в их сторону. И чего деду не нравится их вид? Высокие, красивые... На лицах еще зеленеют царапины, мука у обоих уже не обсыпается с волос на плечи. Тулуп Любомира встопорщился в месте отсутствующих пуговиц и оголил кожу на груди. Папа, в расшитом сердцами тулупе, стоял скрестив ноги, прикрывая таким образом дырку на штанине.

Глянула на себя вниз. Пошевелила пальцами в дырке валенка. Дед, который за столом, тоже посмотрел на мой зеленый носок. Я пошевелила пальцами еще раз. Мне не трудно, а ему понравилось, вроде бы.

- Варлам, - позвал папа хозяина заведения, - Выдели нам комнатку для приватной беседы.

- С чего ты взял, Владияр, что мне есть что скрывать от народа? - усмехнулся дед. - Не к тебе я приехал, а за сыном!

- А я бы тоже не против поговорить наедине! - процедил Любомир.

- Ты меня должен слушаться! Я твой отец! - начал брызгать слюной дедуля. - Собирайся и поехали в город. Там тебя жена будущая ждет. Со связями градоправителя я выйду на рынок совсем других масштабов!

- А я тут причем? - прорычал дядя. - Восемь лет я тебе нужен не был, а тут ты меня быстро нашел!

- Неблагодарный! Я как только узнал об интересе Милолики к тебе, то сразу же пошел на твои поиски! Кого ты себе тут найдешь? Нищенку? Как твоя старшая сестра?

Этого я стерпеть не смогла. Был у мерзкого, жадного, самовлюбленного дедуси шанс не выносить сор из дому. Упустил. А теперь не обессудь! Будь любезен, принять грязевые ванны.

- А вы кто? - обратилась я к седому мужику, за шею которого до сих пор цеплялась.

- Охрана. - натужно ответил покрасневший седой дядечка.

- О! Пардоньте! - отцепилась я. - Ошибочка вышла.

Отобрала пирог, развернулась и подскочила к настоящему деду.

- Дедуля! Дак вот ты какой! А я тебя таким и представляла. А это бабуля? - повернулась к его спутнице. - Держите угощеньице, бабушка. - пихнула ей в руки злосчастную булку и устроилась на коленях у деда. - А на платюшке у вас дырка от моли? Вы бы нафталином или лавандовым маслом пользовались что ль! Вон, - ткнула пальцем в вырез на ноге женщины, под которым был еще один слой ткани, - Тут тоже совсем пожрали ваш наряд. Еще чуток и примут вас, бабулечка, за мадаму с низкой социальной ответственностью!

Дед со своей женой начали хватать воздух ртами еще на моих первых словах, а под конец вообще закашлялись.

- Любомир, помоги своей матушке кашель побороть! А я уж дедулю примусь спасать.

И ка-ак треснула ему по спине! Охранник стащил меня с колен деда за шиворот, поставил рядом с собой и сурово посмотрел на так и не поспешившего на помощь Любомира.

- Кто ты такая? Как ты себя ведешь!? - обрел дар речи дед.

- Ты что? Не узнал кровинку? - деланно возмутилась я и рванула было к нему, но мужик меня держал крепко. - Не тяните Барсика, дядечка! - обратилась к нему. - Не заработали вы еще на такой ценный и редкий мех дикого горного лосося!

- Что это за мех? - удивилась "бабуля". - Никогда о таком не слышала. Милый, я хочу такую шубу!

Дед побагровел. Я заозиралась в поисках знахарки. Нет ее! Вот и как доверять человеку после этого? Щас помрет человек, а похороны за чей счет будут? За чей счет банкет, я вас спрашиваю?

Варлам подскочил с полной кружкой в руке, пихнул в руку деду и заставил выпить. Тот и выпил. Закашлялся и покраснел еще больше.

- Пустите, дяденька. - попросила я охранника. - Видите, дедуле плохо. Надо ему еще пару раз по хребтине вдарить. Я, своего рода, специалист в этой области!

Дядька не внял моим словам. Странный какой. Работодатель помирает, а ему хоть бы хны!

Мадама брезгливо посмотрела на кашляющего дедулю и бросила ласковый взгляд на охранника. Мужик заметил, что я увидела это, и нахмурился. Я лишь оскалилась улыбкой конченого идиота и подмигнула. Повернулась к женщине и ей подмигнула тоже. Пусть решают сами - поняла я что-то или у меня нервный тик.

- Владияр, приструни свою дочь! - приказным тоном прорычал дед.

- Папуль, чего он ругается-то? - похлопала я глазами и надула губы. - Даже не обнял внученьку единственную. А я так готовилась, так старалась... Пирожок вот испекла. Скушай, деда, кусочек. И бабуле тоже дай. Вон какими голодными глазами косится на него.

Какими бы глазами женщины ни были, но назвать их голодными было нельзя. А когда меня такие мелочи останавливали? Я лишь умилилась, когда она поставила мою выпечку подальше на стол и принялась тщательно протирать руки платочком.

- Во-от! Уже и ручки вытерла. Но вы бы лучше помыли с мылом, а то подцепите какую палочку Коха, да будете потом над дыркой зад продувать! Вон с той стороны не ешьте только, - ткнула я пальцем в пирог - Я уронила его по дороге. Вроде бы в собачьи экскременты попало, но это не точно. Так что вы с другой стороны можете смело ломать.

- Любомир, немедленно иди оденься! - приказал дед. - Мы уезжаем отсюда!

- С чего ты взял, что я поеду да еще и с тобой? - сложил руки дядя, отчего грудь его оголилась еще сильнее.

Жена деда приковала свой взгляд на этот кусочек обнаженности. Охранник сердито засопел.

- Товаришь сторож, - громко прошептала я - Если вы тоже оголитесь, то бабуля и вас взглядом обласкает.

Дед резко повернулся к благоверной. Та быстро опустила глаза вниз.

- Яков Златыч, - обратился дедуля к сидящим за соседним столом - Позови старосту. Да побыстрее!

Я обернулась и увидела нашего очень мелкого ювелира с Глафирой. Мужчина неодобрительно покачал головой и даже с места не сдвинулся. Чернявая посмеивалась да бросала заинтересованные взгляды на Любомира. Потом заметила мой любопытный взгляд на себе и свела грозно брови.

Поздно, Глафирочка! Я уже все поняла. Скоро будем родниться. Хе-хе!

- Тут я! - вышел из-за стойки Трофим Гордеевич.

Чуть дальше выглядывали Василена и Аглая.

- Что тут у тебя творится?! - цедил каждое слово дед. - Что за балаган?

- А что творится? - усмехнулся староста. - Воссоединение семьи как-никак! Я бы такое даже отпраздновал.

Дед снова побагровел.

- Какая тебе тут семья? Надо немедленно взять под стражу эту самозванку! - некультурно ткнул он в меня пальцем.

- Фи! - сморщилась я. - Где ваши манеры, дедулито?