Ох уж эта жизнь молодая да сельская! Или жизнь после жизни (СИ) - Ленина Егорина - Страница 54

За спиной раздались короткие смешки. Виктор придерживал под руку моего дядю и потряхивался от смеха. Любомир же прикладывал ко лбу снежный комок и укоризненно смотрел на чернявую. Вот! Хоть кто-то на мою сторону встал! Родня все ж таки.

- Идем, Олена! - дядя протянул ко мне трясущуюся руку. - Здесь явно недобрая дева живет. Не стоит тебе общаться с такой разбойницей.

- Ты на кого это напраслину возводишь, проходимец белобрысый? - Глафира поудобнее перехватила лопату и сделала шаг в его сторону.

- Вот видишь, племяшка? Она покушается на мое здоровье!

- Ну не на честь ведь твою она покушается. - пожала я плечами. - Сам же такую искал. Получите-распишитесь!

- Племяшка? - девушка развернулась ко мне. - Дак ты правду про дядю сказала?

- А когда это я врала? Пойдем Любомир. Нас тут не любят!

Перехватив Куча поудобнее, я подошла к дяде и нырнула ему под свободную руку. Сзади раздалось сердитое сопение, но мы не обратили на это внимания. Наживка заглочена, осталось просто подождать самостоятельного развития событий. Чистый расчет. Я ж не сводница, а бухгалтер! Не забыть бы что это такое...

Я решила не тащить довольно тяжелую тушу родственника на пилораму, а позволила тому переночевать сегодня у нас дома. Надеюсь, папенька не будет сильно гневаться.

Проходя мимо праздничного гуляния, мы притормозили. Виктор сгрузил раненого в лоб Любомира на одну из скамеек, что выставили под яблонями для отдыха от плясок, и потащил сопротивляющуюся меня куда-то вглубь сада.

- Куда ты волочешь меня? Я не согласная!

- Пришли уже.

Я оглянулась. Ну и что это за место? Никаких определенных знаков нет. Вокруг яблони и сливы под шапочками снега. Танцующие и поющие чуть в стороне. Некоторые парочки скрывались под низкими ветками и, хихикая, вылетали из-под них. Под арку с ягодными ветками ступали развеселые женатые парочки, целовались и проходили дальше плясать, освобождая место для поцелуев следующим нуждающимся.

Я перехватила сползающего Куча и уставилась на парня.

- Ну и что мы тут делаем?

- Мы стоим под омелой. - загадочно ответил Виктор.

Я посмотрела вверх. К ветке над головой была привязана такое же растение, что и на арке.

- И что? - не поняла я. - Достать ее не можешь что ли? Ягод захотелось?

- Захотелось. Но не ягод.

Смотрю на него и не понимаю дальше. "Поиграла" бровями, требуя разъяснений.

Виктор тяжело вздохнул и начал ко мне наклоняться.

В моей голове начала проступать логическая цепочка: арка с омелой - парочки под ней - поцелуи. Это он меня целовать что ли собрался? Ах он негодяй! Но я почему-то подалась вперед.

Все шло неплохо. Глаза в глаза, медленное сближение и... возникновение собачьей морды между нашими лицами. Двусторонний поцелуй почему-то Куча не порадовал. Он вывернулся из моих рук и побежал к дороге, потряхивая большим пузиком.

- Лови его!

Я побежала за этим волосатым обжорой. Виктор вздохнул и последовал за мной.

- А чего вы так быстро?

Любомир вполне себе неплохо развалился на скамье, упираясь спиной в ствол дерева. Куч сидел у него на коленях.

- Домой пошли. - буркнула я и отобрала собаку.

Затащив дядюшку на кухню, я выпроводила Виктора восвояси.

- Олена... - начал было он, но я перебила:

- Иди-иди! Бабуля волнуется! И про нитки не забудь.

Дверь захлопнулась и я побежала готовить лоток для кота. Видела какое-то корытце в сенях. Пока копалась, Любомир расстелил тюфяк на полу кухни.

- Выгнала?

- Естественно! Ходят тут всякие! Потом ложки пропадают.

- Какие ложки? - не понял дядя.

- Спокойной ночи! - ответила я и закрылась в комнате.

Этой ночью ничего не снилось. А я так ждала... Эх!

Новость и небольшой мозговой штурм.

Разбудил меня грохот на кухне. Подскочила на кровати. Чертик зашипел и зарылся под одеяло. Кучу не повезло - грохнулся на пол. Быстренько натянула платье-халат и выскочила за дверь. Ни-чер-тасики не видно, но слышны стоны и кряхтения. Это что еще за разврат на вверенной мне территории?! Зажгла свечу и поставила ее на печурку.

Неровный свет озарил папулю верхом на Любомире. Какая прелесть! Как они рады друг друга видеть! Сколько экспрессии!

- Обнимашки! - с диким визгом я бросилась в эту кучу-малу.

Подо мной раздались сипы и кряхтения. Вот что делает сила любви между родственниками!

- Оленка, слезь, задушишь...

- Кого из вас? - не распознала я голос.

- Обоих! - просипели два голоса.

Какие нежные, скажите пожалуйста! Да во мне только килограмм пятьдесят! Может чуть больше. Ляшечки неплохо так наросли за полгода хорошего питания. В целом, я как приличный молодой барашек.

Я попыталась скатиться с этих родственников, но нога моя застряла. Брякнулась на колени. Больно. Попыталась отползти, но дверь в сени распахнулась и на меня налетели Марита и Владимир.

- Воздуха мне! - просипела я. - Нога! Рука! Раздевают!

Пола платья откинулась и оголила мою ночнушку. Да, она до пят. Да, она целомудренная до не могу. Но это же как труселя на батарее - неприлично!

Кто-то с меня снял детей и помог подняться. Откинув волосы с лица, я уставилась на Василену.

- А что это вы тут делаете?

- Владияра привели, чтобы ты его не ругала. - пояснила знахарка.

- А что это ты, папочка, доченьку свою любимую не слушаешься? - развернулась я к лежащим на тюфяке. - Сказано же было - до полуночи чтоб дома был!

Папуля подобрал свои конечности и встал в полный рост, нависая надо мной.

- Ты зачем пустила этого?

- Ты не увиливай!

- Ты не ответила!

- А я первая вопрос задала!

- А я старше тебя!

- Это спорный вопрос!

- Василена, помоги! - раздалось с пола.

Любомир лежал, прижав одну руку ко лбу, а вторую к... эммм... Ниже талии, скажем так.

- Лоб посмотрит, а остальное сам как-нибудь! - отрезал папа.

Василена только головой покачала.

Я увела детей в свою комнату, оставив взрослых разбираться. Хорошо быть маленькой!

Сидя на кровати и болтая ногами, мы тихо обсуждали Куча и Чертика. Дети были в восторге. Котенок был в шоке. Куч был обижен недостатком внимания и сделал лужу. Милая собачка.

Достала тряпку с ведром из-под стола (храню уборочный инвентарь под рукой из-за Куча) и убрала следы преступления. Надо бы выгулять этого невоздержанного.

Пока я прибиралась и натягивала теплые портки, Марита сделала бантик из бумажки и привязала к нему нитку. Чертик оценил игрушку и разодрал бумажку почти в прах. Предложила сделать из ткани. Кусочек хлопка постигла участь бумажного бантика. Каменный что ли тебе сделать?

Вспомнила как делать помпоны. Созрел план. Сижу учу детей этой хитрости. Вырезала из бумаги основу и показала как наматывать нитку. Процесс увлек детей и у меня появилось время для выгула щенка.

На кухне папа топил печку, а Василена обрабатывала ногу и лоб Любомиру. Идиллия семейная прям! Под грозный взгляд папули, я выскочила с собакой в сени, а там и на улицу.

Окна соседей мягко светились в темноте зимнего утра. Небо еще только-только начало светлеть. Свежесть зимы разбавлялась запахом дыма, что поднимался из трубы каждого дома. Тишина. Кучик принюхивается к каждому пятнышку на снегу, примащивается своей попой к облюбованному месту и... происходит то, за чем мы и вышли.

Пока щенок усердно закапывает совершенно в другом месте, я нашла себе забаву. Шишка, лежащая на тропинке, превратилась в мячик. Подпрыгивая, я пинаю снаряд в сторону калитки. Шишка застряла в снежной стенке вдоль тропы. Валенком я выковыриваю ее и снова пинаю. Шишка летит далеко. Валенок еще дальше. Я, как последний дебил, скачу на одной ножке до конца тропы, где приземлилась моя обувка. Схватилась рукой за верх калитки и наклонилась, чтобы достать валенок. В это время дверка открывается и я падаю в снег. Валенок успешно наделся мне на руку.