Ох уж эта жизнь молодая да сельская! Или жизнь после жизни (СИ) - Ленина Егорина - Страница 33

Баба Мия ахнула и бросилась рассматривать узор. Уточняя каким образом вышла такая красота, мы просидели до самого вечера.

Попивая чай на веранде и ожидая деда с очередной рыбалки, мы увидели потрясающую картину - отец Митрий вел под руку Ясмину и о чем-то премило с ней ворковал. Перегнувшись через забор к Аглае, он сорвал с клумбы последние остатки поздних цветочков и вручил их девушке. Аглая, кормившая в это время пса, выронила миску и открыв рот металась из стороны в сторону. Явно не знала как поступить - либо отчихвостить наглеца, либо не заметить шалости святого отца.

- Небось твоя работа? - прищурилась бабуля, глядя на меня.

- С чего вы это взяли? - я аж опешила. - Они меня вообще выгнали! Сказали, что сами разберутся.

- Твоя, значит. - покивала она. - Пойду-ка я до твоего отца.

- Зачем это? Я ж ничего не сделала!

- Как это зачем? Серебряный с него стребовать. Я же говорила что ты сначала всех переженишь и только потом за себя возьмешься.

- Бабуля! И вы туда же? - мой вопрос остался без ответа.

Желание подзаработать - спасение от хандры!

- Оленушка. - папа тихонько подошел ко мне и обнял. - Ты не в обиде на меня?

- На что это? - не поняла я.

- Мы с тобой почти и не общаемся теперь. Вину я свою чувствую. - вздохнул папа. - Будто ты отдаляться начала.

- Папуль. Это нормально. Ты уже вырос и хочется своей взрослой жизни. Вот и отдалились мы с тобой немного. - спокойно сказала я перебирая крупу.

- Э-эм... Как-то не так представлял я наш разговор. - он почесал свой затылок.

- Ну а что ты хотел? Я тетя взрослая, мудрая и даже понимающая. - покивала я и расхохоталась, глядя на вытянутое лицо папеньки.

- Не пугай меня! Я ж забыл, что твоя история немного иная, чем обычная. - культурно изъяснился он. - Тебе ж всего семнадцать.

- Пап, я и сама стала забывать о прошлом. Будто сон какой был. А теперь вот, жизнь молодая, да веселая. Но куда ж девать приступы? - понурилась я.

- Олена, какие приступы? - перепугался отец. - Василену надо позвать! Она что-нибудь придумает и отвар какой соберет.

- Да не об этом я! - смахнула очищенную крупу в коробушку из бересты и продолжила - Стали меня воспоминания одолевать. Вот пока занята была летом и осенью, то и задуматься было некогда. А сейчас вона что твориться. Снега-а! Хандра у меня, понимаешь?

За окном было светло. Еще недавно грязища чернела повсеместно, а неделю как снег выпал. Все чистенькое, яркое стало. А хандра на меня настигла еще вчера. Всю ночь слезы текли в подушку. А причины найти не могу. Вот умом понимаю, что я живу и ни в чем не нуждаюсь. Жизнь интересная и люди меня окружают разные. А вот поди ж ты! Накатило и хожу прибитая. В душе чего-то не хватает.

- Может быть в город подадимся? - неожиданно предложил папа. - Через две недели, как снега чуть больше нападает да дорожную грязь схватит, то купцы на санях в Малые Колокола торговать поедут. Мы могли бы к ним присоединиться. А подруга твоя была б у нас вместо охраны.

- Папуль, а мы с чем поедем-то? Нельзя же просто так проматывать деньги и время. - экономист возмущенно поднял во мне голову.

В прошлой жизни я даже на море ни разу не ездила. Детей отправляла в лагеря, а сама только и работала. Все пыталась подушку безопасности попухлее сделать. Вот только с тремя детьми не так-то это и просто было.

- У меня несколько резных шкатулок готовы да табуреты. За две недели еще что сделаю. - успокоил он мое желание подзаработать. - Да хоть твои задумки-игрушки для детей.

- А я? - как-то обиженно получилось. Даже губа нижняя задрожала.

- А ты просто так поедешь со мной. Хоть выглянешь за пределы наших сел.

Папа еще не понял, как он попал. Моя хандра собрала чемоданы и сделала ручкой. Шестеренки в голове заскрипели и начали выдавать идеи одна лучше другой.

- Я тоже хочу прибыль в дом принести! Что мне можно такое сделать, чтобы можно было продать в городе? - я забегала по кухне роняя стулья. - Навязать бы шалей, и всяких варежек, и носков, и шапок и... и... - я резко затормозила. - Ниток нет. Нитку мне в иголку! О! Сшить ведь можно! Пап? Что мне сделать?

- Успокоиться для начала - ошарашенно пробормотал он. - Давай не будем торопиться!

- С ума что-ли сошел? Василена! - обратилась я к травнице, которая с детьми только что вошла. - Ты представляешь, что мне папа только что сказал?

- Не торопиться? - предположила она, как раз услышав последние слова папы. - А что вы делать собрались?

- В город с купцами податься. Надо материалы на ремонт второго этажа закупить, а денег не то чтобы много. - пожал плечами папа.

- Я тоже могу поехать. Возьму отвары и сдам в аптечные лавки. - предложила Василена.

- Милая, я ж все-таки мужчина! Это я должен зарабатывать. - папа попытался остановить знахарку, но я ее уже испортила своим мышлением по этому поводу.

- Конечно ты мужчина. - согласилась она. - А я женщина и хочу быть хозяйкой, а не приживалкой!

Ха! Знай наших! Равноправие - наше все!

Папа косо посмотрел на меня. Чует чье это воздействие на спокойный и покладистый нрав знахарки. А я что? Вообще ничего! У меня лапки! И глазками хлоп-хлоп.

- Вы что это задумали? - папа встал, уперев руки в боки.

- Тебе совершенно не идет суровый вид! - погрозила я пальцем.

Я приобняла его с одной стороны, а с другой подошла Василена. Дети, увидев дружные объятия, подорвались и повисли у папы на ногах.

- Я все понял! Не надо меня душить - захрипел тот и повалился на пол под нашей тяжестью.

Хохоча, мы еле разобрались где чьи конечности.

- А ребят куда? - я поворошила волосы Мариты и Владимира. - Неужели с собой возьмем?

- Я поговорю со старостой. Не откажет. - предложил папа.

Дети скисли. Не хотелось им с дядькой сидеть, который отчеты перебирает.

- Может соседка с ними посидит? - спросила я у Василены.

- Тогда все сплетни дети соберут и поседеют от постоянного бубнежа. - неправильно меня понял папа.

- Вообще-то, я имела ввиду бабушку Мию.

Василена активно закивала:

- А она согласится?

- Пойду да спрошу. - пожала я плечами. - Как говорят - за спрос денег не берут!

- Кто так говорит? - поинтересовался папа.

- Я только что сказала. Ты выходил что ли куда? - округлила я глаза и выскочила хохоча.

Пихнув ноги в валенки и натягивая на себя чистенький тулуп, я пробежала через дорогу. Широкая соседская тропа была вычищена. Хотя еще вчера тропинка была узенькой. Не придав этому значения, я постучала в дверь и вошла. Почти. Врезавшись в кого-то, я отлетела назад, но была перехвачена крепкой рукой за рукав. Ткань затрещала, но выдержала натиск.

- Ты! - я возмущенно уставилась на Виктора.

- Я. - кивнул он. - Собственной персоной!

- Ах, простите великодушно! - растопырив юбку в стороны, я присела в книксене. - Не признала вашу сиятельную морду!

- Недостаточно проникновенно, но я оценил.

Он прижал руку к сердцу и поклонился. Моя нервная система не выдержала. Руки сами схватили его за воротник и резко вытянули на улицу. Виктор, никак не ожидая такого фортеля от меня, вылетел как пробка из бутылки. Да что там! Я сама от себя не ожидала. Поэтому и не ушла с траектории его быстрого выхода в свет.

- Горячий прием! - отфыркиваясь от снега сказал Виктор, придавив меня сверху в сугроб.

- Что тут происходит? - на пороге появилась баба Мия.

- Да вот, Олена по мне соскучилась. Я не смог отбиться. - глядя мне в глаза, ответил он бабушке.

- Олена? - она выглянула и уставилась мне в лицо - Точно, Олена. Ну я тогда дома подожду вас.

И быстро свинтила. И не подумаешь, что пожилой человек.

- Да я про тебя и думать забыла! Слезь с меня немедленно! - возмутилась я поведению этого семейства.

- А что тогда ты меня на себя бросила? Вроде маленькая, а сколько силы! - толи восхитился, толи ужаснулся он.