Испытание золотом (СИ) - Распопов Дмитрий Викторович - Страница 23

Вспоминая эти слухи, Бернард, который знал, что происходит на самом деле в хозяйстве Хуана Рамоса, лишь внутренне улыбался. Вот и сейчас, подъезжая наконец к действительно обширному хозяйству с лошадьми, коровами, овцами и курами, он видел множество детей разных возрастов, которые обо всём этом заботились, но за которыми в свою очередь присматривали более взрослые подростки.

Бернарда сразу заметили и к нему направились два парня лет по шестнадцать с арбалетами в руках.

— Сеньор, вы заблудились? Город в другой стороне, — один из них вежливо направил на наёмника арбалет с уже положенным на ложе болтом.

— Направь-ка в другую сторону эту штуку, сынок, пока я тебе её в жопу не засунул, — улыбнулся ласково швейцарец, касаясь меча в ножнах.

— А, вы к сеньору Хуану, — быстро понял швейцарца подросток и опуская арбалет, показал куда ехать, — второй дом у хлева.

— Благодарю, — хмыкнул Бернард, направляясь коня, куда ему сказали.

На приезд швейцарца выбежали посмотреть очень много детей, так что становилось понятно, что посторонние тут редкость, а вскоре из дома показался и сам кастилец, в деревенской одежде, но зато с мечом на поясе.

— Бернард! — мгновенно узнал он гостя, — какая неожиданная встреча!

— Взаимно Хуан, — наёмник спрыгнул с коня и его тут же забрали две девочки, едва достающие скакуну до морды.

— Прошу в дом, — провёл его за собой хозяин и запер за собой дверь.

— Присаживайся, — показал он гостю на табурет.

— Сначала дела, сеньора Иньиго, — швейцарец достал из кошелька на поясе вексель и протянул его убийце. Тот, едва глянув на сумму, расширил глаза.

— Задание? — поднял он взгляд на Бернарда, на что тот покачал головой.

— Сеньор Иньиго сказал, что нам нужно расширяться, чтобы это не значило, поскольку подробностей он мне не объяснил, но я надеюсь ты понял.

Хуан Рамос задумчиво кивнул.

— Теперь две просьбы от меня лично, причём первую одобрил бы и сам сеньор Иньиго, — продолжил Бернард, переходя к волнующим его проблемам.

— Конечно, слушаю, — кивнул убийца.

— Нужно выявить и примерно наказать крысу, которая завелась у Иосифа Колона в банке Сеговии, — продолжил швейцарец, — отправь кого потолковее, я еврея предупредил, что приедет кто-то, кто поможет решить его проблему, надеюсь вы справитесь с этим без особого шума.

— Разумеется Бернард, — тут же согласился Хуан, поскольку проблемы вредили делу, и сеньор Иньиго точно бы сам обратил на это внимание.

— Что ещё Бернард? — спросил он сам, видя, что наёмник смущенно мнётся, — говори уже.

— В общем можно сказать, это моя личная просьба, — Бернард пожал плечами, — мне нужно понять, что связывает главного судью города с Паулой и насколько она предана больше ему, чем сеньору Иньиго.

Хуан Рамос удивлённо посмотрел на наёмника.

— Если ты про то, что она была подстилкой сеньора Арсенио Алькальде и стучала на сеньора Иньиго, когда они только познакомились, то я об этом сеньору Иньиго докладывал ещё год назад, предупредив его об этом.

Глаза швейцарца стали расширяться от подобных новостей.

— Он знал, об этом уже год? — изумился он.

— Ну да, странно только, что он не стал тебе об этом говорить, — хмыкнул убийца, — не знаю расскажу я тебе сейчас его секрет, но вроде как ты его самое доверенное лицо, так что ладно, под свою ответственность скажу, что все эти дети у меня здесь не просто так. Мы их воспитываем в правилах нашего братства, затем лучших из них связываем кровью и тренируем убивать людей, остальных же пристраиваем в те рода или семьи, которые интересны сеньору Иньиго. Так что первый наш выпуск весьма плодотворно трудится слугами во всех дворянских домах Аликанте, поэтому я и сеньор Иньиго знаем всё, что творится там за закрытыми дверьми.

Челюсть у Бернарда едва не отпала. Узнать подобное стало для него словно получить дубиной по голове. Личность его нанимателя неожиданно раскрылась и с другой стороны.

— Хм-м, — прочистил горло швейцарец, — если он знал, то почему отправил её в Аликанте?

— Да кто об этом знает Бернард, кроме него самого? — хмыкнул Хуан, — может как раз, чтобы она сама разобралась со своим прошлым?

— Спасибо, но нет Хуан, — отрицательно покачал головой Бернард, — я уже видел, как она разбирается со своими делами, так что, пожалуй, эту проблему я попробую решить сам, без лишней крови.

— Это да, — рассмеялся Хуан Рамос, — я бы точно не смог жить рядом с такой женщиной, как Паула. Это же как держать над своей тарелкой пузырёк с ядом и постоянно боятся, что он прольётся тебе в еду.

— Я плохо знаю этого сеньора Арсенио Алькальде, — Бернард сам был согласен с таким описанием Паулы, что ещё больше утверждало его в мысли решить дело самому, — сеньор Иньиго сам вёл с ним дела. Какой он?

Хуан Рамос ответил не задумываясь.

— Хитрый, но очень любит деньги. Так что попробуй с ним для начала поторговаться, если нет, то нужно будет подождать мнения сеньора Иньиго на этот счёт, мне бы не хотелось убивать того, кто ему ещё нужен.

— Постараюсь Хуан, благодарю тебя, — вздохнул Бернард и поднялся со стула, — до встречи.

— Приезжай, если понадобится моя помощь, — хмыкнул тот, вставая тоже, чтобы проводить наёмника до лошади.

— Любимая! — парень набросился на появившуюся в дверях девушку, зацеловывая её руки, — моя Паула! Наконец-то!

— Франсиско, — девушка мягко улыбнулась, — как же я по тебе соскучилась! Но почему ты был столь неосторожен? Нас видели вместе!

— Любимая, потом, всё потом, — молодой парень стал развязывать тесёмки плаща и платья девушки, чтобы быстрее добраться до обожаемого им совершенного тела.

Нежные руки Паулы обвили его шею, и она со стоном отдалась в полную власть нетерпеливого любовника. Стоны страсти вскоре огласили комнату и только спустя час, насытившись друг другом, они стали успокаиваться.

— Мой любимый, ты устал, — Паула ласково провела рукой по слипшимся от пота волосам молодого парня.

— Ещё немного отдыха, и я буду снова готов Паула, — улыбнулся он в ответ, беря и целуя ладонь девушки.

— Ты долго меня ждёшь в Аликанте?

— Почти две недели, — вздохнул парень, — после смерти отца, мне пришлось украсть из дома серебро, чтобы было на что жить и есть в дороге, но это ерунда, ведь теперь я буду только с тобой.

— Погоди, я принесла нам еды и вина, — Паула, убрала его руку со своего плеча, поднялась с кровати, и обнажённая прошла до корзинки, в которой принесла еду и бутыль вина.

— Ты прекрасна, словно Венера, — любуясь её телом, вздохнул с кровати Франсиско де Борха.

Паула улыбнулась, открыла бутылку и прикрыв телом стаканы, налила в обоих вино, кинув в один из них серую пилюлю. Затем сноровисто достав нарезанный сыр, хлеб и колбасу, она аккуратно разложила всё на блюде, понесла закуски в кровать к Франсиско.

— Тебе нужно подкрепиться, мой лев, — она, наклонившись, поцеловала парня в губы, — давай, я покормлю тебя сама.

Принимая новую для себя игру, Франсиско стал есть с рук девушки и также выпил вина из поданного стакана. Из второго она выпила сама, закусив небольшим кусочком хлеба.

— Ну как? Чувствуешь в себе силы продолжать? — улыбнулась она, довольному её заботой юноше.

Тот зарычал, отодвинул поднос и набросился на девушку словно описываемый ею зверь. Паула притворно испуганно вскрикнула. Правда долго это соитие не продлилось, вскоре парень стал задыхаться, у него изо рта пошла пена и он конвульсивно задёргался.

Девушка, уперевшись двумя руками в грудь Франсиско сбросила его с себя и стала спокойно наблюдать, как гаснет жизнь в ещё недавно молодом, полном сил теле. Последняя судорога и последний вздох заставили её подняться на кровати, спокойно одеться и забрать с собой всё, что она принесла. Затем набросив на голову капюшон плаща, она ещё раз осмотрелась, что ничего не забыла в комнате, и спокойно повернувшись, пошла на улицу, торопясь, пока домой не вернулся Бернард.