Страшные истории для бессонной ночи (сборник) - Вдовин Андрей - Страница 47

— Какая жалость, когда умирают молодыми, не правда ли? — раздался чей-то вкрадчивый голос.

У Иды душа ушла в пятки. Она быстро обернулась. Рядом стояла незнакомка в белом. Ее лицо скрывала вуаль.

— Ах! Вы меня напугали, — призналась Ида. — Я совсем не ожидала встретить здесь кого-нибудь.

— Даже на кладбище можно кого-нибудь встретить, — загадочно отозвалась девушка. — Я вам не помешала?

— Нет, ничуть.

Незнакомка подошла к саркофагу Аликс с другой стороны, провела пальцами по надписи и тяжело вздохнула.

— Говорят, ее безутешный муж чуть не умер от горя… Дабы заглушить боль, он женился снова, но вторая жена его не утешила, а совсем наоборот. Кто же знал, что она так мало продержится и погибнет так скоро…

Ида украдкой поглядывала на собеседницу. Ей хотелось рассмотреть ее получше, но слишком многое этому препятствовало: и скудное освещение, и низко надвинутая вуаль, и правила приличия, не позволявшие таращиться в открытую. Ида отметила лишь высокий рост, царственную осанку и золотистые локоны.

— Вы верите в призраков? — внезапно спросила девушка и тут же продолжила: — Верите, что душа умершего может по той или иной причине задержаться на этом свете?

— А вы? — уклончиво переспросила Ида.

— Я верю во все на свете! — усмехнулась собеседница. — Например, в то, что мертвые могут ходить средь живых, создав бесплотную иллюзию своей прижизненной оболочки. Или в то, что они способны поднять свой прах из могилы. И в то, что мертвец с сильной волей, связанный узами с кем-то из живых, может даже поддерживать свое мертвое тело нетленным и пользоваться им время от времени… А кое-что я знаю наверняка. Знаю, что обе миссис Монтегю погибли из-за своего мужа! О, он дурной человек! Вы разве не замечали, как он страшен в гневе?.. Берегитесь, Аделаида! Берегитесь! Это обязательно случится снова! Вот-вот настанет ваша очередь! — сказав это, незнакомка разразилась безумным дьявольским смехом.

Ида растерялась, но затем ощутила, как волна возмущения прокатилась по телу. Это придало ей сил.

— Не смейте так говорить! Пусть вам откуда-то известно мое имя, но вы ничего всерьез не знаете ни обо мне, ни о моем муже! — обескураженно воскликнула она.

— А много ли о нем знаете вы?! Если не верите мне, так сами проследите, куда он пойдет этой ночью!

Ида шагнула к незнакомке, вознамерившись приподнять ее вуаль, чтобы заглянуть ей в глаза, но девушка ловко увернулась. Края легкой ткани, взмыв в воздух от резкого движения, промелькнули перед самым носом Иды. Она попыталась ухватиться за один из них, но пальцы словно прошли сквозь материю. К тому же Иду обдало странным холодом. Она остолбенела.

«Что это было?! Обман зрения или…» — тревожно пронеслось у нее в голове.

Тем временем незнакомка стремительно покинула склеп.

Еще несколько долгих мгновений потрясенная Ида стояла неподвижно, но внезапно сорвалась с места и бросилась вдогонку. Ей необходимо было понять, с кем или с чем она столкнулась.

Выбравшись на воздух, Ида принялась смотреть по сторонам, но незнакомки уже и след простыл. Однако где-то поблизости громко хлопнула дверь. Звук донесся со стороны старинной капеллы, стоявшей на небольшом пригорке. Туда Ида и направилась. По пути к склепу Монтегю она мельком видела это небольшое сооружение, но в тот момент решила повременить с его осмотром. Что ж, теперь час настал.

Бегом добравшись до капеллы, Ида уже коснулась дверей, как вдруг за ее спиной послышался голос Грегори:

— Вот ты где, Ида! Что ты здесь делаешь?

Она обернулась, собираясь рассказать мужу, что произошло, но внезапно передумала. Вероятнее всего, она столкнулась с душевнобольной, но что, если в ее безумных словах был смысл? Что, если Иде и вправду грозит опасность? Что, если Грегори замешан в гибели предыдущих жен?.. Если задуматься, Ида все еще мало знала о муже. В основном только то, что он сам рассказал о себе… Ида запуталась. Зловещее предсказание поработило ее разум, сковало сердце. Ей хотелось верить, что Грегори не способен на злодеяния, но воспоминания о его вспышке гнева из-за комнаты Аликс только подогревали подозрения.

— В чем дело, милый друг? На тебе лица нет. Ты будто привидение увидела, — обеспокоенно проговорил Грегори, прервав мысли Иды. Он мягко приобнял ее за плечи.

— Я… я просто гуляла, а затем услышала, как кто-то зашел в капеллу и…

— Должно быть, тебе послышалось. Капелла очень старая. Все местные знают, что она нуждается в ремонте, поэтому не суются туда.

Ида хотела было возразить, но не решилась. Видя ее растерянность, Грегори продолжил:

— Если хочешь, можем заглянуть не заходя. Если там кто-то есть, то мы увидим его, ведь здание совсем небольшое, там негде укрыться.

Ида согласилась. Вместе они приоткрыли двери, посмотрели внутрь, но никого там не нашли.

— Вот видишь, пусто… — сказал он ласковым отеческим тоном, словно Ида была напуганным ребенком, которому привиделось что-то страшное. — Вечереет. Пойдем домой.

Взяв Иду под локоть, Грегори повел ее прочь. Она не сопротивлялась.

Словно чувствуя ее подавленное состояние, он произнес:

— Не стоит тревожиться. В таких уединенных местах у всякого может разыграться воображение.

Весь вечер Ида томилась мрачными размышлениями, ее обуревали дурные предчувствия. Грегори же как будто был к ней более нежен и внимателен, чем обычно. Он что-то говорил, пытаясь развлечь и воодушевить ее, но она то и дело невольно выпадала из разговора, уходя в себя. В такие моменты Ида понимала речи Грегори не более, чем шепот вереска на ветру.

Время от времени Ида вглядывалась в лицо мужа, пытаясь найти в его чертах какое-то подтверждение, что все в порядке, что ей не о чем беспокоиться, но тщетно.

И все же спустя пару часов Ида смогла взглянуть на ситуацию иначе. Она рассудила, что если бы в смертях Аликс и Корделии было что-то подозрительное, то это почти наверняка заметили бы. Многих уносят болезни, и в этом нет ничего удивительного. Земные тела, пристанища душ, столь непрочны, что Господь нередко прибирает к себе самых юных и самых цветущих… Иде стало стыдно за свои подозрения и за то, что она приняла слова безумной так близко к сердцу.

«Довольно блуждать в потемках прошлого, — решила она про себя. — Важнее всего то, что происходит здесь и сейчас. Грегори добр ко мне. Нет повода в нем сомневаться».

— Грегори, я хочу попросить тебя кое о чем, — внезапно сказала она мужу.

— Я весь внимание.

— Давай приведем оранжерею в порядок. Грустно, что она в таком запустении.

Слова Иды, казалось, озадачили его.

— Ее уже пытались восстановить, но безуспешно, — начал Грегори с задумчивым видом, но тут лицо его осветилось надеждой, и он продолжил: — А впрочем, почему бы не попробовать снова? Возможно, на этот раз все получится. Я завтра же обо всем распоряжусь.

— Я признательна за твою доброту. И прости, что сегодня я так рассеянна. Мне было неспокойно после прогулки по кладбищу, но все уже позади, — сказала Ида, прильнув к мужу. Преодолев смущение, она поцеловала его в щеку, а затем в уголок губ.

Он посмотрел на нее чуть удивленно, крепко обнял, и тут они впервые соединились в горячем поцелуе. Томная нега расползлась по телу Иды, неясные желания сдавили грудь.

Рука об руку они вошли в спальню. Сердце Иды трепетало… Но не успели они дойти до кровати, как прогремел гром. С такой неимоверной силой, что старый особняк Монтегю будто бы содрогнулся. Грегори встрепенулся и хотел было отстраниться, но Ида удержала его. В глазах мужа читалась взволнованность. Она его не узнавала. Он словно сделался растерянным юношей, впервые поцеловавшим возлюбленную.

— Это всего лишь гром, дорогой… — как можно ласковее проговорила Ида.

— Всего лишь гром, — повторил он, кивая. — Всего лишь гром…

Они снова слились в объятьях и поцелуях. Раскаты грома не утихали, но всякий раз Иде удавалось отвлечь Грегори, и вскоре они уже не обращали на шум никакого внимания.