"Фантастика 2025-132". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Панфилов Василий "Маленький Диванный Тигр" - Страница 1406

— Фред, мне нужна бригада здесь в Порто-Франко. Человек пять, не больше. Нужно будет разбирать машины, в основном легковые. А ещё у меня своё производство в Аламо. Мы хотим изготавливать багги. Знаешь, что это такое?

— Да, да, тигра. У нас их зовут тигра за скорость. Мы делали такие по заказу партизан. Они любят тигра за их проходимость.

— Ну и отлично, мне ещё нужны на завод сварщики, станочники и слесаря. Человек десять. Что скажешь?

Фред задумался, — есть такие. Но придётся подождать. Они только завтра должны попасть сюда, в Новый мир.

— Ты можешь сказать мне точно, сколько человек приедет и какие у них специальности.

Мужчина отрицательно покачал головой, — я не могу сказать даже живы они или нет.

А вечером в номере я пытался пояснить Роме свою позицию. Просто тот немного удивляется моему желанию работать с азиатами. Ведь у них чуждая культура, а как с ними общаться — один аллах знает.

— Рома, а в вашем хвалёном Израиле кто работает на чёрных работах?

— Ну, раньше репатрианты шли работать на стройки. Но сейчас приезжают другие, ушлые. Им чистую работу сразу давай. Арабы вообще работать не стремятся. Зачем? Их бабы все числятся матерями-одиночками, вот они семьями и сидят на пособиях. На стройки завозят китайцев, в поля филиппинцев и тайцев.

— Ну вот, что и я делаю. Эти ребята жили там в ужасающих условиях. И если они нормальные спецы, мне похрену, как они выглядят. Работать — язык не особо нужен, достаточно пары человек, с кем можно объясниться. Было бы желание. Дадим им человеческие условия для жизни и будут пахать как миленькие. Вон наш Цвика со своими индусами, пашут и не жалуются, только работу подкидывай.

Улетели мы только через неделю. За это время мне удалось организовать работу по разборке машин со свалки. В отсутствии запланированного стационарного крана у нас пока поработает наёмный автокран. Ручным инструментом я бригаду обеспечил. Для проживания поставил тут же три вагончика. Пусть ютятся, всё равно, с первым караваном большая часть выедет в Аламо. Я проплатил места в автобусе и выдал небольшой аванс на жизнь. Всего я ожидаю несколько семей. Дюжина мужчин, которые будут работать у меня в цеху. А их семьи я попытаюсь пристроить по возможности.

Видать закончилось моё спокойное времечко. Знать бы, где упадёшь, соломки бы подстелил. Или задержался бы тут на денёк.

На этот раз возвращались мы, воспользовавшись услугами небольшого четырёхместного самолётика. Мы с Романом обосновались на заднем ряду, а рядом с пилотом пристроился ещё один пассажир. Крупный парень сразу после взлёта вставил затычки в уши и повернув голову на бок заснул. По-крайней он не надоедал пилоту с вопросами. А вот мы с Ромой уснуть не смогли. Вчера неплохо посидели с нашими ребятами из русского конвоя. Те только прибыли и у них целая неделя в ожидании ценного груза с базы. Вот мы и зацепились с ними языками. Всё-таки приятно поговорить с земляками. Три парня, это водила и два стрелка, решили расслабиться после нелёгкой проводки каравана. Десяток тяжёлых грузовиков по непросохшей толком дороге. Хорошо с ними был тягач, который следовал именно на такой случай. Вот с этими ребятами мы и ушатали за вечер полтора литра местного самогона и изрядное количество пива.

Я не успел толком попытаться подремать, как вдруг завозился наш пилот. Знаете, заметно, когда человек что-то делает спокойно и когда он начинает истерить. Так вот и наш летун задёргался и начал щёлкать ногтем по панели приборов. А ещё появился лёгкий запах бензина.

— Что случилось? — деликатно влез я в его мельтешение.

— Дьявол, давление топлива падает.

— И что это значит?

— А чёрт его знает.

Когда парень рядом с тобой не вполне себя контролирует, это полбеды. Хуже, когда от его действий зависит твоя жизнь.

— А уровень топлива в баках?

— Нормальный, как положено.

— Получается у тебя утечка между баком и мотором. Бензином пахнет.

Тот согласно кивнул, вот же зараза. Я сижу за пассажиром и мне видны приборы, но там все цифры в долбанных американских единицах, в футах и милях.

Мотор кашлянул, как старый зэк, больной туберкулёзом, но исправился и вновь бодро замолотил.

— Далеко мы улетели от города?

— Не совсем, километров на четыреста.

— А дорога где? — пилот махнул в левую сторону, — где-то там.

— Может запросить помощь по рации?

Только сейчас парень щёлкнул тумблером и нудным голосом забормотал, — Мэйдэй, мэйдэй! Твою мать, кто на частоте, падает давление, сажусь в чистом поле. Кто слышит — ответьте!

Ни звука, только шорохи. Интересно, а в море мы можем сесть? Здесь не так и далеко.

— Слышь, запомни место, где мы находимся. Чтобы понять куда идти после посадки.

— Сначала сядь умник, — огрызнулся тот. В этом момент мотор опять закашлял и сразу наступила оглушающая тишина. Мотор окончательно заглох, винт крутится только в результате потока набегающего воздуха.

Глава 2

И только сейчас очнулся тот, чью могучую спину я лицезрею почти час. Ромка и так не спит, испуганно смотрит на меня.

А дальше поехал театр абсурда. Незнакомый пассажир вкурил наше, мягко говоря, незавидное положение и сразу ударился в панику. Он зачем-то отстегнул ремни и начал махать руками, требуя его высадить. Причём говорил он с отчётливыми истеричными нотками и на лающем языке Гёте. А пилот в такой же тональности пытался ответить ему на не менее выразительном языке Вольтера.

— Заткнулись оба, — это я не выдержал. Не хватало тут разборки устроить, — ищи место для посадки. Может дорога рядом, так на неё сядем.

Хотя дорога тоже не идеальный вариант, там и камни, и резкие повороты. Но пилот хоть занялся делом.

Мы летели на высоте двух тысяч метров, сейчас упала и скорость, и высота. Причём почему-то нос самолёта стремится вниз, и пилот явно борется с этим, выравнивая машину.

Уже отчётливо видны животные, мирно пасущиеся среди травы. Бог его знает, что делать в таких случаях, наверное молиться. Самолёт неожиданно завалился на левую сторону, видимо пилот увидел подходяще место. Мне видно только крыло и стремительно мелькающую землю под ним. Удар, мы запрыгали как на гигантской стиральной доске. Затем самолёт подскочил и вскоре опять запрыгал по неровной поверхности. И вдруг сильнейший удар, меня рвануло вперёд, ремень больно врезался в живот и мгновенное ощущение полёта, следующий удар был ещё чувствительнее, и я на какое-то время потерялся.

Как тихо, я вишу на ременной системе, кабина завалена набок и в иллюминатор я вижу близкую землю. Казалось, протяни руку и можно её коснуться. Ко мне притулился Ромка, когда тот застонал, я попробовал отстегнуться. Не сразу, но получилось.

— Мы живы, — слава тебе господи, мой напарник выглядит неважно, но и не похож на умирающего. А вот его отстегнуть не получилось, заклинило крепление ремня. Пришлось освобождать Ромку с помощью его же ножа.

Теперь он совсем увалился на меня. Спереди шевеления нет. Зато в кабине отчётливая вонь бензина.

— Рома, надо срочно отсюда выбираться, — для пассажиров заднего ряда нет своего выхода. Только через передний ряд. А там уютно устроились два человека, которые не торопятся реагировать на ситуацию.

Вместо ответа Рома неловко достал свой пистолет и навалившись на меня дважды выстрелил в иллюминатор с моей стороны. Тот покрылся трещинами. Теперь уже я рукояткой своего принялся выбивать стёкла.

*лять, это не стекло, а какой-то пластик. Выбивается с трудом, толщина миллиметров пять. Но мне удалось очистить проём. Вот только он откровенно тесноват для взрослого человека.

Пришлось снимать лёгкую куртку. Я брякнулся на землю, благо она совсем рядом. Но от удара заныли ребра, которые и так пострадали от ремня безопасности. Ромке проще, он постройнее меня, выскользнул наружу как угорь. Мой товарищ только придерживает левую руку, видать такое неласковое приземление и для него тоже не прошло даром.