Босс и неподчиненная. Его ходячая проблема (СИ) - Лорен Лена - Страница 9

Босс окинул меня угрюмым взглядом и обнажил свои клыки, словно намереваясь впиться ими в мою яремную вену.

— Ну давай, еще ты меня поучи.

— А вы считаете, что повели себя рационально? — сложила я руки под грудью.

Босс посмотрел на меня так, как если бы я посмела в него плюнуть.

— Я спасал будущий многомиллионный контракт. А для этого я сделаю что угодно и скажу что угодно, если посчитаю нужным. Так что не обессудь. И потом, не забывай, за тобой должок.

— Но…

— Рада, прекращай по нервам ездить! — вскинул он руку и вскочил с дивана, вынуждая меня отступить назад. — Ты поедешь со мной и прикинешься моей девушкой, хочешь ты того или нет.

Он явно обратился не по адресу. Я, вообще-то, на экономическом факультете учусь, а не на театральном.

Но, похоже, выбора у меня нет. Равно, как и у Адамасова.

— Слушаюсь и повинуюсь, Тиран Савельевич.

С понурой головой я сделала шаг в сторону и сама не поняла, как оказалась зажатой между шкафом и грудью Оскара Савельевича.

— Как ты меня назвала? — с прищуром склонился он к моему лицу, и я заметила играющую полуулыбку на его губах.

Меня вдруг затрясло. Кожу покалывало от стрекочущего напряжения между нами.

— Никак. Вам, видимо, послышалось, — соврала я, с трудом ворочая языком.

И с губ его мгновенно сошла улыбка, а в глазах тем не менее чертята не переставали отплясывать.

— Еще раз подобное услышу, и я передумаю выписывать тебе солидную премию к Новому году.

— Как… как скажете, — ответила почти беззвучно и протиснулась в сторону, пока генеральный не расплющил меня. — Дайте мне минут десять. Я быстро уложу волосы, накрашусь и….

— Нет у нас на это времени, — вновь перебил меня жестко и оглядел мою прическу, пучок, закрепленный карандашом. — Распусти волосы и просто причешись.

— Вам же не нравятся распущенные волосы, — вырвалось тут же с языка и я замялась, когда босс вздернул бровь.

— Кто сказал?

— Вы. Когда забраковали монашеское платье с кедами.

“Еще и Еву сюда приплели”, — мысленно добавила и раздраженно вздохнула.

— Правда? Не помню, — он вскинул руку и сверился с часами. — Славка вот-вот приедет. Одевайся и бери все необходимое с собой. По дороге наведешь марафет.

— Слушаюсь, — высунула язык, когда босс размашистым шагом двинулся к выходу, но тут же втянула в рот, потому что он резко обернулся.

— Пока не забыл, представиться тебе нужно Евой.

— Что-о-о? — намертво вросла я ногами в пол.

Мое лицо исказилось в удивлении, а затем перекосилось гневом. Пар из ушей повалил и рот раскрылся в беззвучном вопле.

— Привычка. Твое имя как-то вылетело из головы, а переигрывать было уже поздно, — пояснил Адамасов с полной невозмутимостью, будто в этом не было ничего такого.

Но было еще как.

Меня это оскорбило, как минимум.

Да он помешан на этой чертовой Еве!

Я знать ее не знаю, а она всюду меня преследует!

Глава 8. Чудеса эквилибристики

Пока мы с боссом торопливо скатывались по лестнице на улицу, я думала об этой его Еве.

Разве бывают идеальные люди? И какой надо быть, чтобы заслужить нимб над головой от самого строгого оценщика, каким был Адамасов.

Лично я от него получала одни только придирки!

Зато вот Ева…

В общем, где бы она сейчас ни была, наверняка заполучила икоту, думая и гадая, кто это ее такой вспоминает.

— Рада! — просвистело над ухом, и я подпрыгнула. — Тебе особое приглашение нужно?

Оскар Савельевич стоял как джентльмен, услужливо открывая мне дверь автомобиля, который уже успел вернуться.

— Эм, простите.

Юркнула внутрь теплого салона и поздоровалась с водителем, тем самым Славой, судя по всему.

Тот сразу отчитался, что вещи он купил и я могу ими распоряжаться.

— Поторопимся, — генеральный многозначительным взглядом указал на пакеты с логотипами модных брендов, стоящими между нами на заднем сиденье. — Рада, вперед.

— Куда — вперед? Тут, вообще-то, спинка сиденья, — я чуть не показала ему язык, из вредности делая вид, что не понимаю, что от меня требуется.

Прекрасно понимала. Но во мне продолжало бурлить сопротивление.

Ну не привыкла я подчиняться всяким там тиранам. Мне и папы хватало. Я всегда обещала себе, что больше ни под одного властного мужчину не прогнусь.

И нате вам — босс и тиран в одном флаконе!

Адамасов наклонился ко мне, его рука опустилась на спинку сиденья, а потом он обнял меня ненароком за плечи. От этого прикосновения меня прибило к месту. Я вжалась в сиденье молочного цвета, и натуральная кожа жалобно скрипнула, словно олицетворяя мой внутренний испуг от мощной ауры босса.

— Ты решила наказать меня? Ну, хорошо. Только давай не сейчас. Я же популярно объяснил, что время поджимает.

— Да всё я поняла, не тупая! — вызверилась я в свою очередь, но во взгляде босса отчетливо читалось, что он готов опровергнуть мое заявление. И чтобы не услышать очередные оскорбления — завуалированные и не очень, — я закивала. — Поняла, поняла. Время поджимает, и поэтому я вынуждена переодеваться прямо в машине на полном ходу. Скажите, а вы за проявленные мною чудеса эквилибристики тоже мне накинете премию?

— Ра-да… — предупредительно прорычал босс, и желваки заходили на его чеканном лице ходуном, а у меня сердце стало выбивать бешеную чечетку. — Я тебе заплачу премию, если немедленно переоденешься и станешь называть меня на “ты”! И не забудь, сегодня ты отзываешься на имя Ева, — напомнил он, сбавляя обороты своей злости.

Я тоже выдохнула и решила больше не испытывать его нервы на прочность.

— Хорошо! Отвернись, — надавала на последний слог, чуть ли не просвистев это “ись”.

— И зачем мне отворачиваться? Что я там не видел? — нагло заявил босс, намекая на наше рандеву в душе.

Что-о-о?

Я уставилась на него, полыхая от злости и готовясь броситься на защиту своей чести, как вдруг босс растянул губы в самодовольной улыбке:

— Не кипятись, дорогая, я просто пошутил. Проверяю границы твоей скромности. В ресторане, знаешь ли, нам придется изображать пару.

— Лапать будете? — буркнула я, а босс кивнул.

— Угу.

— И целовать?

Сердце совершило в этот момент свое коронное сальто.

Я представила, как Адамасов целует меня этими своими невозможно совершенными, соблазнительными губами, и в животе засуетились бабочки.

— Азиаты не очень-то уважают прилюдные выражения эмоций, так что можешь не переживать. Но, если хочешь, я тебя поцелую. Потом. Когда останемся наедине.

— Вот уж не надо! Отворачивайся уже! — наплевав на субординацию, замахала я руками и, когда босс подчинился, принялась судорожно переодеваться.

Достала платье и потрясла его. Черное, в меру короткое и закрытое. Материал, к счастью, не мнется.

Я скинула с себя куртку с домашней майкой и аккуратно натянула платье. Выкручиваясь, как гусеница, избавилась от пижамных штанов и одернула подол.

Я прямо как йог. Умудрилась сделать всё быстро и изогнуться в три погибели.

— Помочь? — раздался рядом насмешливый приглушенный голос.

Адамасов не смотрел на меня, но сумел выглядеть надменным даже с затылка.

— Обойдусь!

Настало время колготок. Тут я действовала медленнее, чтобы их, не дай бог, не порвать. А когда мне удалось их надеть, показалось, что я прошла тысячу километров вверх по горному склону.

Надеть легкие черные ботильоны на среднем каблучке оказалось делом пары секунд.

А вот наносить макияж в трясущемся автомобиле я наотрез отказалась.

— Иди так, — босс пожал плечами, — в ресторане темно, а ты и так симпатичная.

Скажи он второй аргумент сразу, я бы даже покраснела от удовольствия, ведь доброе слово и кошке приятно, но Оскар Савельевич выбрал очень странную манеру делать комплименты. Будто походя. Или вынужденно. В общем, не так, как бы мне хотелось их услышать.

Поэтому я решила непременно поразить его своим умением выглядеть роскошно.