Босс и неподчиненная. Его ходячая проблема (СИ) - Лорен Лена - Страница 40

Свободной рукой я попыталась стереть помаду влажной салфеткой, но куда уж, она ведь была суперстойкой. Специально покупала, чтоб муж не сжирал ее с моих губ во время поцелуев.

— Оскар! Оскар, спасай! У нас тут ЧП! — уже орала я во всё горло.

— Что случилось? — ворвался он в нашу спальню и так же вздрогнул, стоило ему лицезреть воочию нашу размалеванную дочь. — Девочка, ты кто?

— Папочка, ты что, меня не узнал? Это же я, Алина.

— А, точно. Извини, не признал тебя в гриме, — натянуто улыбнувшись, Оскар потеребил ее за волосики, а затем наклонился ко мне и шепотом спросил: — Это хоть смывается? — я лишь поджала губы и обреченно развела руками. — Гости будут в ахере полном. А у отца твоего вообще приступ сердечный случится, если он увидит ее в таком виде. Я сам чуть в штаны не наложил.

— Ха-ха, очень смешно, — закатила я глаза. — Ты бы еще дольше одевался, она бы вообще на Франкенштейна была похожа. Ты же знаешь, какая Алина любопытная.

— Так есть в кого, — поигрывая бровями, ответил, намекая на меня.

Окинула его взглядом.

Благо, хоть он был уже готов. Стоял в костюме и белой рубашке с бабочкой.

Красавец мой. Прям как на нашей свадьбе выглядел. Глаз не оторвать.

— Так, юморист, Кирилл сделал свои грязные делишки, а я ни черта не успеваю, — придавая голосу важности, передала мужу сына, — поменяй ему подгуз, плиз?

— Делишки, говоришь? Прям очень грязные? — уточнил он, принюхиваясь к его попке и тут же морщась в брезгливой гримасе. — Фу, Кирюха! Чем тебя мать сегодня кормила? Тухлыми яйцами? Или кормом Эркюля и Кота?

— Без лишних разговоров, — пальцем пригрозила мужу, который как огня боялся менять нашим засранчикам подгузники. — Я всё равно не поведусь, можешь даже не плакать.

— Ну всё, Кирюх, готовь задницу, — засучив рукава, Оскар вынул из своего тайника противогаз, напялил его на голову и отправился к пеленальному столику в детской.

Не прошло и минуты, как Адамасов заверещал:

— Обоссал! Рада, он на меня надудонил опять! Прям прицельной струей!

Мы с дочкой тихонечко рассмеялись.

— А я говорила, что ему не нравится твой противогаз! Это была такая акция протеста! — выкрикнула я нарочито строго.

— Гадство, придется костюм менять, — ворчал он, скрываясь в ванной комнате.

Пока Оскар мыл Кирюше попку, я присела на банкетку, смочила ватный диск умывалкой и, оценив фронт работ, попыталась смыть помаду с лица Алины.

Капец. Это ж надо было…

Боюсь, проще будет разукрасить ее всю целиком, чем стереть эти художества.

— Мам, а это правда, что вы меня в капусте нашли, а Кирилла скопировали из интернета и распечатали? — озадачила меня дочка.

— Это кто тебе такое сказал? — спросила, хотя примерно представляла, кто мог наговорить ей подобной чуши.

Мы как раз встретились с этим шутником недоделанным взглядом.

А муж сделал вид, будто ни при делах.

— Папа, — Алина подтвердила мои догадки, сдавая папку-выдумщика с потрохами. — Он сказал, что меня нашли в дедушкином огороде, когда пьяный аист скипи… спикировал в капусту.

— Что за глупости? — усмехнулась я, приглаживая ее кудряшки. — Не верь, тебя с братиком нашли в крапиве. Вас обоих туда дятел принес.

— Правда? — округлила она и без того большие глаза, голубые, как и у ее папы.

— Нет, конечно же. Мама так шутит просто, — была вынуждена признаться, не хватало еще психологическую травму ребенку нанести. — Вы целых девять месяцев жили в мамином животике, а потом просто родились на свет. Иди скажи папе, а то, может, он и не знает, откуда берутся дети.

— Папа, папочка! — понеслась она метеором в соседнюю комнату, где Оскар возился с уже одетым с иголочки Кирюхой, катая его на своих плечах.

— Да, моя сладкая? — опустился он на корточки рядом с ней.

— Мама родила меня и Кирилла. Ты не знал разве?

— Да как же не знал? Я же участвовал в вашем зачатии.

— А это как?

Алинка как обычно проявляла чрезмерное любопытство, и нет чтоб Оскару замять тему, он с большим удовольствием прокладывал ей тропинку к психологу, ведь сложно было отказать ребенку, который души в нем не чаял.

Оскар задумался, а я задницей чувствовала, что ответ шокирует даже меня.

— Я дул маме в… в сокровищницу до тех пор, пока ее животик не надулся до больших размеров.

— Вот это да-а-а, — протянула Алинка восторженно.

Откинувшись на стену, я втихушку наблюдала за ними, а улыбка сама по себе расползалась на моем лице.

В такие трогательные моменты я забывала обо всем. Время останавливалось, суета прекращалась.

Помнится, четыре с лишним года назад я нашутила себе девочку. Через девять месяцев на свет появилась наша очаровательная малышка. А еще через два года родился Кирилл. И кажется, Оскар не планирует на этом останавливаться. Он решил задуть в мою сокровищницу еще как минимум двоих.

Я, в общем-то, не против. Он непревзойденный отец и замечательный муж. Я безумно люблю его, и купаюсь в его заботе и любви ежедневно. На протяжении всех этих лет.

Вот только “лавочку” на время я была вынуждена прикрыть.

Дети у нас чересчур гиперактивные, за ними двумя нужен глаз да глаз.

Так что подождем, пока они немного подрастут, и тогда можно будет думать о пополнении.

— Ну что, Рад, ты готова? — спрашивал Оскар, держа под мышкой малышню.

— Да, можем выходить.

— Подарок не забудь.

И я побежала в гардеробную, где стоял наш подарок для молодоженов.

Сегодня мой папа женится. Наконец-таки.

Они с Ириной частенько встречались у нас дома, когда папа приезжал в гости к внукам. А позднее папа уже начал наведываться к Ирине.

Так и сошлись два одиночества.

Отец сделал правильный выбор, а спустя год сделал ей предложение. После стольких лет он наконец смог полюбить по-настоящему. Без фальши.

Я очень рада за своего старика…

— Чему ты улыбаешься? — поинтересовался Оскар, сидя за рулем.

— Да так, вспомнила нашу свадьбу.

Зная меня, уже можно догадаться, как прошла наша свадьба.

Разумеется, без происшествий не обошлось.

Будучи на сносях, я буквально затопила водами наш алтарь. Хорошо хоть после обмена кольцами и росписи воды отошли.

Ну просто приспичило мне бракосочетаться с Оскаром в день его рождения. Вот хотела, и всё тут.

Короче, нашей малышке подфартило. Она родилась в день нашей свадьбы и в день рождения своего папки любимого.

— А давай переиграем? — предложил Оскар с серьезным видом и горящими глазами.

— Ты о чем? — изумилась я.

— Ну снова свадьбу сыграем. В день нашей годовщины.

— А так можно? — не знаю, что на меня нашло, но я уже загорелась этой идеей.

Я и в форму как раз пришла. Вернулась в прежний вес, так что платье можно будет купить то, которое понравится мне, а не то, в которое я влезу с мылом.

И отгулять смогу как полагается, а не как в прошлый раз. Когда я подыхала от схваток в родильном отделении, а Оскар тужился вместе со мной, в это время все гости без нас веселились на нашей собственной свадьбе.

— Можно, дорогая. Я могу хоть каждый год на тебе жениться, — с теплотой произнес Оскар, — если ты пожелаешь.

— А давай! — решительно я ответила, махнув рукой.

— Ура! — Девочка радостно хлопала в ладоши, сидя в детском кресле, рядом с Мальчиком, пускающим пузыри.

— Только в брачную ночь даже не смей дуть мне в сокровищницу! Понял, Адамасов? — в шутку я пригрозила любимому пальцем, а он поймал его, поднес мою руку к своим губам и оставил на тыльной стороне ладони поцелуй.

— Буду дуть, Адамасова! Пока ты не лопнешь!

Ну конечно…

А впрочем, что еще можно было ожидать от Тирана Савельевича?

Черт, но я же сдамся…

Поломаюсь и сдамся, потому что бесконечно люблю его…

И потом, у нас получаются такие красивые дети, что грех не произвести на свет еще пару таких же красавчиков…

Да!