Босс и неподчиненная. Его ходячая проблема (СИ) - Лорен Лена - Страница 20

Тело пришло в движение, и я зажмурилась, задергалась как припадочная, особенно сильно и хаотично отбиваясь ногами, лишь бы не позволить Адамасову пробраться в мою святая святых!

Но Оскар Савельевич, видимо, совсем не ожидал этого от меня.

Эта неожиданность повлекла за собой звук глухого удара, затем последовал грудной рев, а потом — страшный грохот, от которого задрожали пол и стены и посыпалась штукатурка с потолка.

Открыла глаза, а никакого босса ни между моих ножек, ни в поле видимости уже не было, словно он растворился в воздухе. И только пыль поднималась с пола столбом…

Я резко села и очень медленно наклонилась, чтобы глянуть вниз, а там…

Мля...

Там Оскар Савельевич катался по полу и, сморщившись от боли, натирал свой копчик.

— З-зараза… Как больно-то, — бурчал он.

— Вы там как? Сильно ушиблись? — пропищала я, ощущая за собой жгучую вину, внутренности жгло и из-за нее, и от поцелуев босса.

— Нормально. Не знаешь, гипс на жопу накладывают вообще? — спросил Оскар Савельевич, кряхтя и постанывая.

— Не уверена, кажется, только перевязывают тугой повязкой, — ответила с сожалением, прикрывая грудь палантином.

Наверное, Адамасов теперь точно будет обходить меня стороной, несмотря на все слова, которые он говорил обо мне. Слишком много проблем от меня. Я бы вот точно избегала себя по возможности.

— Простите, я не хотела вас покалечить, — я посчитала нужным извиниться до того, как узнаю, что по моей вине его копчик теперь раздроблен.

— Да ладно, не за что тебе просить прощения, — отмахнулся босс и попытался приподняться с пола. — Сам виноват.

— И то правда. Кто так делает вообще? — не подумав кинула предъяву и даже в темноте я увидела, как брови Адамасова взлетели к росту линии волос.

— Как? Ласкает девушку, желая доставить ей удовольствие?

Жар, скапливающийся внизу живота, мгновенно растекся по всему моему телу, стоило только воскресить в памяти последние минуты нашего уединения и прокрутить их несколько раз у себя в голове….

Это было… Горячо, черт возьми.

А я возьми и все испорти…

Ну кто ж знал, что он сразу с козырей пойдет?

— Хоть бы предупредили о своих намерениях.

Оскар Савельевич подошел к печи, наши глаза уже находились на одном уровне, и не знаю, каким образом, но я разглядела в них тлеющий огонек, который еще не успел погаснуть окончательно.

— Серьезно? А может, мне еще письменное разрешение нужно было тебе предъявлять? Многоуважаемая Рада, как вас там по батюшке, сегодня в промежутке между одиннадцатью и двенадцатью часами вечера я, Адамасов Оскар Савельевич, с вашего позволения хотел бы нырнуть за вашей жемчужиной. Так, что ли? — проговорил он беззлобным тоном.

— Ну зачем же так официально, — смутилась я жутко и глаза опустила.

Немного погодя я ощутила горячие пальцы босса у себя на щеке. Он нежно погладил скулу и ухватился за подбородок. Приподнял мою голову и проницательно заглянул в лицо.

— Постой, я что, первый у тебя? — произнес он тихо и удивленно, словно сам не верил своим мыслям.

— Ну, пальму первенства вам уже не заполучить в некоторых вещах, а вот по части погружения за жемчужиной…

И босс ухмыльнулся. Лицо его украсила совершенно мальчишеская улыбка. Никогда не видела такой у него.

— Ну что я говорил? Загадка ты, Рада, — подмигнул мне и кивнул на печь. — Впустишь или я уже просрал свой шанс?

Ой-ёй…

Он что, подумывает о продолжении? Со сломанной-то задницей?

Я придвинулась к стеночке, и, только Оскар Савельевич забросил ногу на полати, как входная дверь отворилась и сразу же впустила внутрь дома потоки морозного воздуха, а следом за ним порог пересек…

Медведь?

И этот гризли с огромным рюкзаком на спине и со свисающими с плеча тушками кроликов сначала остолбенел, а потом наставил на нас дуло двуствольного ружья.

— Руки вверх! — заговорил вдруг медведь басом.

Глава 19. Медведь Борис

Мы с Оскаром Савельевичем медленно протянули свои руки к потолку. Так и замерли.

У меня вся жизнь перед глазами пронеслась. Я боялась даже моргнуть. А вот босс предпринял попытку развернуться лицом к незваному гостю.

Вот только зря. Наверное, он забыл, что голыми гостей как-то не принято встречать.

Решив немедленно исправить ситуацию, я вытащила из-под себя краешек палантина и бросила на плечо Оскара Савельевича, чтобы тот прикрыл хотя бы свое хозяйство.

— Я сказал, руки вверх! — брякнул мужик, одетый в объемную шубу, за счет чего он и был похож на медведя. — Вы кто такие, вашу мамашу? — спросил он следом, разглядывая поочередно нас. На Адамасове он решил долго взгляд не задерживать.

— Мы путники, — начал было объясняться Оскар Савельевич, сдвигаясь чуть левее и намеренно загораживая меня своей фигурой. — Непогода застала нас в дороге, вот мы и пережидаем буран. Мужик, опусти ружье, здесь же девушка.

— Вижу, что девушка. Застал бы я тут двух мужиков, вообще бы ни с кем не церемонился, — плюнул он в сторону, но ружье не убрал.

Оскар Савельевич оглянулся на меня через плечо. Заметив, что я дрожу от страха, он осмелился опустить руки и быстренько повязать у себя на бедрах палантин.

— Мы не местные, оказались здесь по нелепой случайности, — босс не упускал возможности вразумить охотника, который так и держал нас на мушке. — Проблем мы не доставим. Нам бы согреться да связаться с кем-нибудь, чтобы помощь прислали.

— Ну, с первым пунктом, я вижу, у вас дела и без того неплохо обстоят. Во всяком случае обстояли, пока я вам не помешал, — подметил он ироничным тоном, а затем сбросил тяжеленный рюкзак с дичью на пол и стряхнул с шапки и воротника снежные хлопья. — А вот со вторым…

Как-то умудряясь одновременно держать нас под прицелом и рыскать в рюкзаке, мужик достал изнутри керосиновую лампу, емкость с зажигательной смесью и спички. А в следующее мгновение домик залил свет, повеяло теплым воздухом.

Прищурилась от непривычки и поглубже нырнула в овечью шубу. Съежилась вся, разглядывая мужчину, который в свете керосиновой лампы выглядел совсем не так устрашающе, как при свете луны. Он, скорее, был похож на Деда Мазая, нежели на грозного медведя: пышная борода с проседью, добрые глаза с налетом грусти.

Незнакомец подбросил коробок спичек в воздух, а Оскар Савельевич с ловкостью поймал его.

— Печь растопи, пока вы тут совсем не задубели. Дрова под лавочкой лежат, — распорядился охотник, поставив ружье в уголок за ненадобностью.

И я выдохнула. Кажется, опасность миновала.

Босс передал мне все мои вещи, оделся и обулся по-шустрому. Пока я напяливала на себя колготки и юбку с блузкой, он принялся растапливать печь.

Охотник тем временем что-то искал в своем необъятном рюкзаке. А на столе уже стояли буханка хлеба, складная кружка и металлическая овальная фляжка.

— Это ваша машина стоит в двух верстах отсюда? — поинтересовался незнакомец, вытаскивая из рюкзака нечто похожее на телефон, только громоздкий и с длинной антенной.

— Да, наша, — ответил Оскар Савельевич, раздувая огонь. — Вот вытащишь нас отсюда, будет твоей.

— Шутишь? — опешил тот, выкатив глаза в удивлении.

Да что там, даже я удивилась от столь щедрого вознаграждения.

— Нет. У тебя ружье. С тобой шутки плохи, — отметил босс.

— Это верно, — хмыкнул охотник, а затем открутил крышку фляги, наполнил содержимым кружку и опрокинул в себя одним махом.

Скривившись, поднес корочку хлеба к носу и втянул в себя аромат.

— Зовут-то тебя хоть как? — обратился Оскар Савельевич к мужику.

— Борис я.

— А я Оскар, а девушку Рада зовут, будем знакомы, — обменялись мужчины крепким рукопожатием.

Борис кивнул мне, приветливо улыбнувшись, и отлил еще одну порцию из фляги. С горкой на сей раз.

— Держите вот, Оскар и Рада, — протянул кружку Адамасову и передал кусок хлеба. — Не шампанское с икрой, конечно, но чем богаты, тем и рады. Надо же вам как-то Новый год отметить, коль уж занесло вас сюда.