Не потревожим зла - Фрейм Соня - Страница 55

Глава пятнадцатая

Тишина

Стало ясно, что лето пройдет под дождливыми тучами. Плаксивая погода была неизменна. Утро разливалось среди особняков легким туманом, обещая очередной день, полный серого света и непросыхающих луж. Машина Анри влажно скользила к особняку Люка Янсена, и великий продюсер вез к нему корреспондента известного развлекательного журнала, которому он уже час старательно полоскал мозги разговорами о своем лучшем друге.

Правда, этот друг вчера выкинул его вместе с женой и детьми то ли из-за куска старинного стекла, то ли из-за незнакомой патлатой девки… Но дела должны делаться даже вопреки личным стычкам. Интервью было запланировано еще неделю назад. И через пару часов после их размолвки Люк ответил на его сообщение и сказал, чтобы он приезжал наутро с журналистом, как и договаривались. Анри решил, что тот остыл, и сам слегка расслабился.

Они с журналистом вышли из машины и двинулись по дорожке, вымощенной аккуратной круглой плиткой.

— …такие вот дела, — завершил очередную тираду Анри и наконец-то повернулся к двери.

Та была открыта.

— О, Люк бывает растяпой, — протянул он, пропуская вперед журналиста.

Они живо поднялись наверх. Анри уверенно шел впереди, но это была напускная уверенность.

«Лишь бы этот засранец сейчас не был бухим…»

— Люк! Ты помнишь, что у тебя интервью сегодня? — прокричал менеджер, стремительно несясь к его спальне.

Дом молчал. Корреспондент вопросительно взглянул на Анри.

— Наверняка еще дрыхнет, — хмыкнул продюсер, широким жестом распахивая дверные створки. — Подождите в коридоре…

«Я же его предупреждал, — вертелось в голове у Анри. — Он должен быть готов. Что за безалаберность!».

Журналист, несмотря на просьбу не входить, появился на пороге, с интересом оглядел угольные стены и мрачную обстановку покоев Люка, а затем присвистнул.

— Он действительно предпочитает жить в такой абсолютной черноте?

— Я же попросил вас подождать пару минут в коридоре. Спасибо.

Люк лежал на кровати одетый и, казалось, спал. Его голова покоилась на подушке, а веки были наполовину прикрыты. Ну точно, надрался.

Иногда Анри думал, что ведет себя как хорошая мать, каковой его настоящая мать никогда не была.

«Неужели мне его еще и собирать перед каждой встречей?..»

Внезапно в глаза бросились его ступни, и он похолодел. Их покрывала засохшая темная кровь, в которой, как драгоценные камни, сверкали осколки.

«Что за чертовщина? Чем он занимался?» — мелькнуло в голове.

— Люк, вставай, — громогласно сказал Анри, пытаясь прикрыть его ноги краем одеяла.

Он потряс его за руку. Она была пугающе холодной.

— Люк…

Продюсер осторожно коснулся его плеч, но тот по-прежнему не реагировал на прикосновения. На него упал луч проглянувшего солнца, и Анри увидел разбегающиеся по лицу и шее широкие темные пятна. Это уже не походило на алкогольное забытье.

— Люк! — истерично взвыл Анри, ощущая невероятный холод его тела и запоздало замечая, что тот не дышит.

Он тряхнул его изо всей силы, и голова Янсена безвольно упала на подушку. В уголках рта тоже скопилась кровь… Что же такое… Анри чувствовал, как в глазах темнеет и появляется то самое предчувствие некой страшной неотвратимости.

Корреспондент подошел ближе, с любопытством глядя, как менеджер суматошно трясет тело вокалиста Inferno № 6, и сам потрогал звезду готик-сцены с легким возбуждением и убедился в своей догадке.

Люк Янсен был мертв.

Мир непрерывно лил слезы. Тысячи фанаток выходили на улицы, неся над головами плакаты со своим кумиром и размазывая слезы вперемешку с черными тенями.

— Вернись, Люк! — кричали они.

В посланиях на разных языках мира звучала непритворная девичья боль и скорбь.

WE DON’T BELIEVE IN HIS DEATH![26]

KOMM ZURÜCK! DIE WELT IST LEER OHNE DICH![27]

TOUJOURS VIVANT![28]

Было похоже на то, как будто большей трагедии планета не знала…

«Люк Янсен покинул нас, так и оставшись обаятельной, навеки неразгаданной тайной» — писали журналисты, блогеры, да и вообще все кому не лень.

К посольствам Швейцарии по всему миру несли венки. Поклонники испещряли стены домов просьбами к Люку ожить и вернуться со своей триумфальной, демонической ухмылкой. Как будто там и без того было мало про него написано…

Каналы наперебой твердили о смерти самой популярной звезды современности, а обложки периодических изданий украшало бледное лицо с пронзительными зелеными глазами, взирающими на всю эту суету с проникновенной усмешкой и скукой.

Он умер накануне выхода своего нового альбома. Люк Янсен не дожил даже до тридцати лет, и его необъяснимая, внезапная кончина казалась нелепой шуткой. Властелин сердец, поющий о смерти, теперь сам был мертв.

Около особняка Люка слонялись толпы рыдающих фанаток, которые бросались на чугунные прутья забора, и их оттаскивали силами секьюрити.

Презентация сингла Inferno № 6 прошла весьма успешно. Никогда Янсена не раскупали с таким остервенением. Пресса, памятуя о его наркоманском прошлом, предполагала либо передоз, либо — что вероятнее всего — суицид, и ответ на вопрос, почему он это сделал, крылся в его песнях. Приличные самоубийцы ведь не уходят без объяснительной записки.

«Конечно, это самоубийство! — сообщила звезда датской темной сцены Азазель молодежному журналу “Звезды под прицелом”. — Я хорошо знала Люка, мы даже встречались недолгое время. Он не выдержал прессинга своего продюсера, который давил из него баксы до последнего. Анри — гениальный кукловод. Неудивительно, если смерть звезды он преподнесет как свой последний громкий пиар-ход».

Потом случилось еще кое-что.

Некая семнадцатилетняя Ракель из Мексики утонула при неясных обстоятельствах, и по слухам, это было самоубийство под влиянием смерти Янсена. Девушка была его ярой фанаткой, и в интернет даже просочились скриншоты переписки с подругой о ее скорби. Правда, кто-то обмолвился, что она была пьяна, но происходящее начинало напоминать снежный ком, который уже никто не мог остановить. Предсмертное селфи Ракель с татуированной на щеке слезой превратилось в вирусный мем.

Родители и журналисты забили тревогу, а пресса тут же разделилась на два лагеря — одни продолжали скорбеть по нему, другие лили потоки посмертной грязи.

«Была ли его смерть самоубийством или нет, по-прежнему неизвестно. Однако косвенная вина Янсена в смерти Ракель Гонсало неоспорима. Молодежь сидела на его песнях как на игле…»

«Проблема современных субкультур в том, что наряду с эстетическими и творческими интересами они прививают и очень сильные мировоззренческие установки. Я считаю, что группа Inferno № 6 имела крайне губительное влияние на молодежь, и важно оградить современное поколение от деструктивных субкультур…» — поделился своим мнением известный психолог Вольфганг Кнурр.

«Будут ли запрещены все рок-группы, чьи тексты содержат какие-либо намеки на агрессию, насилие и суицид? Самоубийство одной рок-звезды всколыхнуло бурную волну в прессе и даже среди политиков, и похоже, что готика, как и все альтернативные течения, может быть приравнена чуть ли не к правоэкстремистским организациям…» — такие заявления появились под конец этой недели безумия на страницах даже общественно-политических изданий.

«Правовых основ для ввода цензуры пока не так много, — считает юрист Люка Янсена Юрген Гордон. — Если тексты песен современных групп не призывают эксплицитно к насилию, то речь идет о поиске подтекста, а широта интерпретации так велика, что невозможно ее измерить и, соответственно, разработать такой механизм, который выверял бы вредоносность того или иного продукта искусства…»

Лингвистическая экспертиза не нашла в его последнем тексте какой-либо пропаганды суицида или распространения деструктивных идей.