Огонь во плоти (ЛП) - Флауэрс Дэнни - Страница 31

Улыбка Сорроу увяла. Он опустил руку.

— Мне все же нужно ваше имя, — сказал он, и двое его Размольщиков придвинулись ближе. — Просто чтобы известить дражайшего Сайласа о теплом приеме, который вы оказали.

Предводитель кавдорцев бегло посмотрел на массивных громил, а затем его взгляд сместился, обратившись на что–то за плечом Сорроу. Гильдиец услышал позади себя движение: как будто крысы ползли из вентиляционных труб.

— Меня зовут брат Тритус, — проговорил кавдорец. — И мне, возможно, следует проявить больше гостеприимства и представить вас моим братьям.

Повсюду вокруг появлялись все новые его братья, лица которых были скрыты под мрачными масками. Часть была более детализированной, как минимум по меркам Кавдора, и изображала глумливые ухмылки или мрачный вид, но многие представляли собой немногим более, чем грубо сшитые тряпки, окрашенные в ярко-красный цвет. Их было больше, чем он мог сосчитать. А лорд Креденс Сорроу умел считать по-настоящему хорошо.

Его Размольщики стояли рядом, внешне не смутившись и готовясь приняться за работу шкуросъемным ножом и цепным лезвием. Однако против стаи это было ничто: две скалы, пытающиеся остановить движение сточного моря.

— Стало быть, вы планируете нас убить? — поинтересовался Сорроу, небрежно подкручивая печатку на левой руке. — Вы же понимаете, что это лишь первая из множества поставок, необходимых для прокорма ваших людей. Полагаю, вы могли бы съесть меня, однако могу вас заверить: из человека со стройной фигурой и изящным телосложением, как у меня, не выйдет много пищи.

Тритус покачал головой.

— Никаких убийств, не сегодня, — сказал он. — Есть большие грешники, требующие моего внимания. Мои братья позаботятся о поставке и покажут вам ваше новое жилье. Уверен, оно вам понравится: как я понял, ваш босс лично его выбирал.

— Когда я смогу поговорить с лордом Пьюрберном?

— Я уверен, он найдет минуту для доброго друга вроде вас. Но у меня есть вопрос. Сколько мяса вы можете снять со сгоревшего тела?

— Мало, — пожал плечами Сорроу. — Не так много, как с не сгоревшего.

— Тогда надеюсь, что будут и другие поставки, — произнес Тритус. — В Его милости нуждалось много грешников.

Он перевел взгляд на ближайшую жаровню. Сорроу поступил так же. Дымка смога мешала обзору, но он был членом Меркатор Паллидус и хорошо изучил человеческую анатомию. Ошибки быть не могло: пламя плясало в глазницах давно уже почерневших черепов.

7

Обитый железом мостик едва достигал одного плеча в ширину. Металл был покорежен и окислился, покрывшись ржавчиной. Сол заглянул за край и немедленно об этом пожалел. Не то, чтобы он особо много увидел: в этой секции подулья практически не работали лампы, так что они полагались на фонари-люмены Делаков. Однако тьма внизу пугала, будучи чистым холстом. Он рисовал собственные страхи — полузримые нашептывания, преследовавшие его в перерыве между сном и явью. Сол мог поклясться, что под ними что–то движется — как будто щупальца какого–то громадного зверя.

Его нога угодила на разболтавшуюся часть обшивки. Он покачнулся и едва не потерял равновесие. Фонарь-люмен выскользнул из руки и, закувыркался в темноте. Мгновение он еще мерцал, а затем погас, словно нечто протянуло руку и выдавило из него жизнь. Однако в этот миг Солу показалось, будто он видит мелькнувшую внизу бледную кожу.

Ангвис находилась прямо перед ним. Она резко повернула голову.

— Вы держитесь? — спросила она. — Не трясет?

Он покачал головой. После их перелета из Иглы его дважды поражали припадки, хотя ни одного из них он почти не помнил. Каждый раз Ангвис возвращала его к жизни при помощи очередной дозы из тех склянок, что бы в них ни содержалось. Но каждый раз восстановление проходило медленнее, а видения были более яркими. Он постоянно бежал, и земля приставала к его ногам, будто смола, а из–за плеч лился ино-свет. Он продолжал бежать, поскольку знал, что если оглянется, то пламя заберет его, как забрало остальных. Он представлял Мандрекса, до того, как его поглотил огонь — цепная сабля закинута на плечо, блестит золотой зуб, палочка лхо не покидает рта.

Вот только он никогда не слышал о Мандрексе. Потому что это воспоминание принадлежало не ему. Оно было взято у другого человека.

Ангвис продолжала пристально смотреть на него. Сол выдавил из себя натянутую улыбку и подал ей знак двигаться вперед. Он не знал точно, сколько еще, но вдалеке едва заметно мерцал огонек — немногим более свечи. Они понемногу двинулись туда: Ангвис впереди, Сол за ней, в хвосте двое агентов. Он предполагал, что это те же самые, кто посещал с ним Иглу, однако наверняка убедиться в этом не было возможности.

Он почти не помнил их спуск на дно улья. По большей части тот состоял из сидения на корточках в потайных отделениях, пока Делаки петляли по нижнему улью. Сол кое–как сумел передать через инфопластину сообщение лорду Сорроу. Похоже, что Трупомола, невзирая на его протесты, тоже притянуло к падшему куполу. Таким образом, помимо вероломных Делаков, у него был еще один союзник. Он надеялся, что этого хватит.

— Еще пятьдесят шагов, — произнесла Ангвис спереди.

— Это дорога в Перикулус? — спросил Сол.

— Это дорога, — отозвалась она. — Малоисхоженная и известная только нам. Полагаюсь на то, что вы ее таковой и сохраните.

— Как пожелаете, — пожал плечами Сол. — Но что не так с главным входом?

— Дело в том, что мы родом из теней, — ответила она. — Ходить там же, где остальные, не наш путь. Мы наблюдаем, но остаемся не на виду. Мы слушаем, но не говорим. А когда маршрут представляется очевидным, и есть дверь, через которую все должны проходить, мы находим другую дорогу.

— Звучит так, словно вы излишне стараетесь вести себя не как все.

— Вас сотворили на свету, а нас сотворили во тьме, — сказала она. — Мы просто разные. Однако пофилософствовать можем в другой раз, мы на месте.

Перед ними находился разлом во тьме, рубец света. Видение было знакомым, хотя и не ободряло.

— Что это? — спросил Сол, будучи не в силах скрыть страх в своем голосе. Ангвис нахмурилась и посветила ручным люменом. В его свете стало видно, что они подошли к цельнометаллической преграде.

— Это Стена Перикулуса, — произнесла она. — Он полностью окружен ей. Насколько нам известно, сквозь нее существует всего два прохода. Главные ворота, которые открыла леди Уайрпас, и эта трещина, куда более древняя.

Он вгляделся во мрак, пытаясь оценить масштабы, однако Стена Перикулуса тянулась дальше, чем доставал свет. Она казалась гладкой и странным образом нетронутой ни коррозией, ни временем.

За исключением трещины.

Та располагалась на конце мостика и была чуть больше него в высоту и вдвое меньше в ширину. Изнутри лился свет: зарево чего–то на той стороне, а сочившийся сквозь нее воздух был неприятно теплым, и его пронизывал дым.

— Добро пожаловать в Перикулус, — сказала Ангвис. Сол не ответил. Он сосредоточился на потрепанном металле, из которого сделали купол. Состав был ему неизвестен. Материал имел насыщенный синий цвет, тускневший на сколотом крае до фиолетового оттенка. Судя по сечению, его пробили изнутри. Присев, Сол провел по нему рукой и вздрогнул, когда с пальцев соскочила искра. Отливающий лиловым металл рассыпался от прикосновения.

Он нахмурился и перевел взгляд на мостик. Ранее он предположил, что это какой–то остаток былой эпохи, однако, несмотря на древность металла, было похоже, что его приварили недавно.

— Лорд Сол, не останавливайтесь.

Он поднял глаза. Над ним стоял один из агентов. Оружие он держал опущенным, но и Сол сидел на корточках, так что ствол все же был направлен на него.

Он поднялся и двинулся в разлом следом за Ангвис. Под стеной было еще темно, но внизу сумрак пронзали лезвия света, захлебывающиеся в миазмах тумана. Большая часть, похоже, была сосредоточена в центре купола, расположенном на сотню уровней ниже.