Половинка (СИ) - Медведская Наталья Брониславовна - Страница 48

Катя закивала головой, как китайский болванчик.

– Офигительно.

– Может лучше то, что я знаю, – неуверенно протянула Елена. – И ваших… унесённых ветром… я не слышала. Ох, налажаю…

– Не бойтесь, мы будем петь с вами, – обрадовала её Надя. – Пап подключи караоке.

Пока Филипп настраивал караоке, гости выпила ещё по рюмочке. Елена залпом выпила бокал шампанского, заставив хозяйку дома ахнуть.

– Когда будешь мучиться от головной боли, то пеняй на себя, мы тут не причём.

Филипп обернулся к дочкам, посмотрел на Елёну.

– Ну что трио готовы зажигать?

Надя и Катя громко крикнули:

– Готовы! Тётя Лена идите к нам.

Катя шустро выбрала из списка нужную песню, нажала на кнопку, музыка заполнила комнату.

Первые пару строк Елена молчала, пели только сёстры, она вслушивалась в музыку, а потом подхватила:

Ты знаешь, уже не болит.

То, что мёртво не может болеть.

Я спокойно могу говорить,

Ни о чём не хочу жалеть.

Перелюбила, переценила, переждала.

Переразбила, перепростила, переспала.

Перелюбила, переценила, переждала.

Перелюбила, перезабыла, пережила.

Хочешь встретиться, а зачем?

Не хочу, да и времени нет.

В этом поиске общих тем

Я вне доступа, всё, привет.

Едва музыка смолкла, Елена с облегчением выдохнула. Всё получилось. Её мощный, красивый голос вплёлся в приятные, но слабые голоса девочек и это вышло довольно органично.

Все захлопали. Филипп засвистел, и тут же получил ложкой по лбу от матери.

– Не свисти, денег не будет.

Юля потребовала продолжение концерта.

Надя выбрал в плейлисте музыку и текст песни «День рождения» любимой группы.

День рожденья у тебя, я к тебе спешу,

И в открыточке любя это напишу.

Я немножко опоздаю, простишь меня,

Ну что ж, я знаю, я здесь не лишняя.

С днём рожденья, милый друг, с днём рождения,

Принимай из первых рук поздравления.

Прочь тревоги, прочь испуг, прочь сомнения,

С днём рожденья, милый друг, с днём рождения.

Последние две строчки гости и девочки пели хором, повторили их три раза.

Сев на своё место, Елена вытерла салфеткой вспотевший лоб. Юля опустилась на стул рядом.

– Спасибо, кума, порадовала нас и девочек.

Вечер набирал обороты.

Дедушки на пару затянули песню юности «Белые розы» из «Ласкового мая», внучки с радостью подпевали им. Бабушки расщедрились на пару песен Ирины Аллегровой, особенно девочек развеселили строчки из «Императрицы», которые шестидесятилетние женщины с воодушевлением проорали:

И там шальная императрица

В объятьях юных кавалеров забывает обо всём,

Как будто вечно ночь будет длиться,

Как будто разочарованье не наступит новым днём.

Гуляй, шальная императрица!

И вся страна, которой правишь ты, берёт с тебя пример.

Легко влюбиться, императрица,

Когда так страстно бирюзовым взглядом смотрит офицер.

Дедушки отобрали у жён микрофоны и, сбиваясь с нот, пьяненькими голосами прогорланили «Розовые розы» Светке Соколовой[1].

Триф и София подарили имениннице традиционную песенку Крокодила Гены.

Пусть бегут неуклюже

Пешеходы по лужам,

День рождения Нади удался, расходились поздно, далеко за полночь. Хозяева вызывали гостям такси и каждому вручали судки с куском торта. Первыми отправились Триф и София, за ними родители Юли, потом Филипп усадил в автомобиль Елену.

Дмитрий уезжал последним, ему не удалось поговорить с бывшей женой. Хотелось объясниться и сказать, чтобы она не обращала внимания на Аллу. А ещё извиниться за грубые слова о её пении. Решив, что обязательно позвонит и всё это скажет по телефону, Дмитрий попрощался с гостеприимными хозяевами. Сидя в такси вдруг осознал: не хочет возвращаться в квартиру и видеть Полину, его голова была переполнена мыслями об Алёне, душа рвалась к ней. Что он там думал прежде? Всё с ней ясно, просто, тихо и ничего нового не узнает. А оказалось, Алёна как тот ларчик секретом, тайны которого и наполовину не разгаданы. Сегодня он испытал те же чувства, что и при первой встрече: волнение, беспокойство, страсть и жгучую потребность заполучить себе эту удивительную женщину. Дмитрий пребывал в смятении. Неужели он ошибся, чудовищно ошибся. Когда его хотелки касались лишь вещей, желания заполучить дорогую вещь, отдохнуть от семьи, провести время с друзьями, то если случались недоразумения, ошибки они были исправимыми. Но теперь он поменял одну женщину на другую, и этим, вероятно, совершил неверный шаг, обманул сам себя. Как же он заблуждался, что спокойно обойдётся без Алёны. А теперь как сталкер следит за ней по соцсетям, украдкой приезжает на работу, чтобы хотя бы мельком увидеть. Вот уж точно, как в расхожей шутке: первые сорок лет для мальчиков самые трудные. Повернув на пятый десяток лет, не созрел душой, не повзрослел, эгоистично и беззаботно рискнул своим браком.

Нет! Нет! Всё не так.

Дмитрий разозлился. Чего он расклеился. Нет никакой ошибки. Их брак превратился в дружеский, чувства поутихли и только тлели. Он понимал, что лукавит и врёт сам себе.

Дмитрий из последних сил оправдывал себя: «Алёна тоже виновата в распаде нашей семьи. Приучила: чтобы не пожелал, в результате всегда это получал. Могла бы сильнее противостоять. С другими же не церемонилась, только мне потакала. Если бы любила по-настоящему, плакала бы, цеплялась за меня до последнего, а она вещи помогла собрать. Только что платочком не помахала, провожая в новую жизнь».

Его до панического состояния пугало прозрение. Он готов был заблуждаться и дальше. Даже имея чёткое представление о характере Алёны, обвинял её в том, что не умоляла. Его полная достоинства, уважающая себя жена никогда не стала бы унижаться. Он знал это и всё равно ставил в вину.

Такси остановилось у восьмиэтажки. Дмитрий расплатился и вышел из салона автомобиля. На улице сильно похолодало. Землю присыпало тонким слоем снега. Подняв воротник куртки, он зашагал к подъезду. Через десять минут уже отворял дверь в квартиру. Жадно выпив полный стакан холодной воды, направился в спальню. Раздевшись, тихо лёг в кровать. Больше всего он боялся, что Полина проснётся, сейчас он не смог бы даже прикоснуться к ней.

Утром Дмитрий проснулся от звука работающего телевизора. Вкусно пахло кофе и выпечкой. Он потянулся, разминая мышцы. Ночь унесла с собой часть тревоги и беспокойства. На тумбочке громко зазвонил телефон.

– Слушаю, – кашлянул Дмитрий, прочищая горло.

– Не разбудила? – пропела в трубку Алла.

Дмитрий покосился на телефон. Чёрт! Не посмотрев на экран, ответил на звонок. С этой заразой разговаривать не хотелось.

– Чего молчишь? А я с новостью…

– Сцеживай уже яд, – фыркнул Дмитрий. – Всё равно ничего хорошего не скажешь.

– Это как посмотреть. Для меня, например, новость замечательная. С первого ряда продолжу наблюдать следующую серию драмы под названием «Бывшие». Я срежиссировала продолжение, хочу насладиться действием.