Мир без женщин (СИ) - Северная Елена - Страница 83

Я вопросительно посмотрела на Брогана – берём? Он потёр переносицу, пытаясь что-то вспомнить.

– Надир? Это тот у которого глаза разные? – наконец отрыл он в своей памяти то, что было нужно. – И ты этого ущербного мне подсовываешь? – громыхнуло следом.

Управляющий слился с цветом своих белоснежный крыльев.

– О-о-о-н с-с-са-ам-м-м-м п-п-прос-с-с-ит-т-тс-с-ся! – проблеял новорождённым барашком мужик, приближаясь к спасительному обмороку.

– И что!?

Гневался император самым настоящим вулканом. Того и гляди пыхнет пеплом засыплет всех в зале. Я тихонько дёрнула его за рукав в надежде немного остудить его высочайший пыл, и шёпотом спросила:

– А что там такое?

– Да он перламутровый! – прорычал Броган.

– А что это означает?

Император растерянно поморгал, затем махнул рукой:

– Ах, да, ты же не в курсе. Перламутровый – это по цвету крыльев. Видишь ли, если обычные белые цвета можно улучшить до белоснежных, то перламутровый не подвергается апгрейду. Совсем.

Я всё равно ничего не понимала.

– А на чём это отражается?

– Как на чём? – недоумённо воззрился на меня император. – Он же не может впитывать высшую магию!

– И только? – я облегчённо фыркнула. – Ну, а в остальном он нормальный?

Император перевёл вопросительный взгляд на застывшего управляющего.

– Да-да-да! – поторопился он бухнуться в ноги правителю. – Вы не пожалеете, Светлейший! Он будет предан своей госпоже душой и телом навеки!

По правде сказать, мне его заявление до лампады. Я давно решила привести весь персонал к магической присяге, как только научусь это делать. Чтоб не было поползновений к сплетням и предательству. Я в своей прошлой жизни нахлебалась этого. Хватит.

– Конечно «будет»! – мрачно усмехнулся император. – Иначе с головой попрощается. Зови его сюда! – решил он. – Сам на него посмотрю!

В зал втолкнули невысокого – по меркам леар, а так я ему чуть выше плеча буду, – молодого мужчину. Он спокойно и с достоинством приблизился и поклонился. Император долго и скептически рассматривал его, склоняя голову. Даже перья на крыльях вздрагивали.

– Почему ты хочешь эту должность? – спустя продолжительное время, сурово пророкотал вопрос правителя.

– Мне всё равно, какую должность занимать. Лишь бы служить в замке, – так же спокойно ответствовал мужчина.

Я почувствовала безысходную тоску в его душе. По тому, как отодвинулся от него отец, я поняла, что вся семья его стесняется. Его перламутрового цвета. И тут в голове щёлкнуло: для него этот замок, вероятно, ощущается, как дом – такой же перламутровый. М-м-м, это даже как-то знаково: перламутровый замок – перламутровый управляющий.

– А ты потянешь? – я решила, что возьму этого парня и дам ему шанс проявить себя и доказать всем, что цвет крыльев – это не показатель ущербности. А просто … цвет.

– Я в курсе всех дел, госпожа, – с лёгким поклоном ответил он. – Вы можете меня взять на испытание.

– Ария, детка, – зашептал Броган, – подумай хорошенько. Зачем тебе этот убогий?

– Что, кроме цвета, в нём убогого? – так же тихо спросила я.

Император задумался на секунду.

– Да, вроде бы, ничего. В остальном он вполне нормальный.

– Значит – беру. Не справится – заменим.

– Только без жалости, – жёстко поставил условие Броган. – Малейший залёт – и ты мне сообщаешь.

– Ок!

У императора брови поползли навстречу волосам.

– Ок? – переспросил он удивлённо. – Что это значит?

– Значит – всё хорошо. Договорились, – я улыбнулась, радуясь, что пришли к компромиссу, и обратилась к Надиру: – собирайся, завтра к вечеру отправимся в замок вместе.

– Да мне и собирать-то нечего, – пожал он плечами, – все мои вещи в замке, я их оттуда не забирал.

– Тогда завтра в 21 час я жду тебя в своих покоях.

– Кхм, – кашлянул император и многозначительно покосился на меня.

– Что? – не поняла я. – Я соберу детей и все вместе перенесёмся. За один раз.

– А, – он хохотнул. – Понял. Но ты в будущем постарайся избегать таких оборотов, мало ли как окружающие могут это растолковать.

Чхала я на них. Жаль, вслух сказать так нельзя.

На этом мы с управляющими закончили.

Для переезда всё было готово. Осталось только забрать Арину и драконов. Марка Николас переместил ещё в первый день, после нашего примирения, и он делил покои вместе с Аней, на радость Мишела.

– Ты чего задумала? – подозрительно прищурился Шон со своего любимого кресла, где он спал после очередного акта обжорства.

– Принесу Арину с Арни, хочу Керри сюрприз сделать, – простодушно похлопала я ресницами.

– Так замок ещё не готов! – не сдавался рейк. – Там ещё детские покои не обставили!

Я пожала плечами.

– Ну и что? Долго ли? Тем более Керри постоянно нервничает из-за того, что Аришка у драконов. Сам слышал.

– Это да, – он важно кивнул. – Хозяин злится. Только, Рин, давай завтра, а то я немного не в форме!

Как же это вовремя! Как глоток рассола после бурной новогодней ночи! Я деланно задумалась и приняла «тяжёлое» решение:

– Нет, сейчас. Но ты оставайся. Если что – сам сможешь к нам перенестись, резерв у тебя полный.

– Тогда ладно, – он сонно поморгал и свернулся клубком. – Толкнёшь, когда надо будет, – глухо пробормотал рейк и засопел.

************************

Визит к драконам начался с обморока Смотрителя Брыля. Вот уж никогда не думала, что посмертия могут падать в обморок. Прям так натурально! Закатил глазки, схватился за «сердце» и туманом сполз по стеночке. Зато Мефодий (домовой), вывентился из угла спустя всего несколько секунд и радостно обхватил своими мягкими лапами.

– Хозяйка! – прогудел он, счастливо щуря шоколадные круглые глаза. – Как мы по тебе соскучились! У нас столько новостей!

Новостей, действительно, было много. Одна из них – Мирра, оказывается, та самая, которая из призрачного мира Эоса пришла сюда со мной, была при жизни женой Брыля, и это её он ждал так много лет в замке Юстаса, веря предсказанию. И этот обморок у него второй. Первый случился, когда Мирра вылетела из портала вслед за Арни с Ариной. Но, правда, с некоторым разнообразием. Если сейчас он дипломатично стёк по стеночке, то тогда – просто превратился в непонятную вздрагивающую кучку на полу. Затем вздрагивали стены всего замка – это они так радовались встрече.

– И до сих пор наш Смотритель и Мирра не расстаются друг с дружкой, – доверительно шептал Мефодий, пока мы шли к покоям Арины. – Боятся, как бы опять чего не случилось и они снова потеряются.

– Тебе этого не понять, – высокомерно буркнул Брыль, плавно следуя следом вместе с Миррой.

Она мигала, поочерёдно то уплотняясь, то становясь опять еле видимой, от волнения.

– Ах, Ария! – заламывала Мирра прозрачные руки. – Это так восхитительно: вновь соединиться с возлюбленным супругом!

– Угу, – хихикнул Мефодий, – об их «соединении» можно трактат о сексуальной жизни призраков написать! Где только их не заставали в пикантные моменты!

Мирра заалела, а Мефодий горделиво выпятил грудь колесом. Мол, знай наших, я ещё ого-го!

– Мамулечка-роднулечка! Ура-а-а-а-а! Ты прилетела за мной! – разрезал размеренную жизнь обитателей замка весёлый вопль Арины.

Девочка ураганом набросилась на меня, еле успела подхватить в полёте. Детские ручки крепко обняли шею. Моё сердце пропустило удар. Господи, как же я соскучилась! Бедный ребёнок! Как же ей не повезло с родителями! Вечно где-то пропадают, а дитё вынуждено проводить время с няньками. И «Доброе утро!» она слышит не от матери, а от няня, и сказку на ночь ей рассказывает не мама, а нянь, и по светлой головке её гладит не тёплая материнская ладонь. Осознавая всё это, у меня слёзы застряли комом в горле. Я буду наполнять каждую минуту, проведённую с дочерью, любовью, чтобы она не чувствовала больше себя отделённой от семьи. Доченька, доченька моя, родненькая!