Мир без женщин (СИ) - Северная Елена - Страница 70

– С прибытием! – выдохнул посеревший Шон и вяло шевельнул крылом. – Ты эт-та, – он поморщился и потёр виски. – Двоечница, – сделал вывод и хмуро уставился на меня. – И кто тебя учил? Или присутствие монарха все мозги сахаром засыпало? Раньше же нормально ходили? Что сейчас-то? Не портальный коридор, а душегубка!

– Не бухти! – прикрикнул на него Николас.

– Ну, слава богам, мы дома! – выдохнул Грэй, оглядывая вытянувшихся в струнку стражников.

Мы, оказывается, переместились в разгромленную спальню.

– А дом-то переполовиненный! – мстительно оскалился Шон. – Был дворец целый, а стал половинкой, – голосом сказительницы прошамкал мелкий язвенник и вспорхнул на груду обломков мебели. – Чё не убрали? – рявкнул он на стражников. – Ишь, обрадовались, что без хозяина остались! Тунеядцы!

Те явно виновато косились на возмущенного демона в миниатюре и переминались с ноги на ногу.

Грэй только сурово зыркнул на рейка и тот поперхнулся очередной своей колкостью.

– Думаю, нам стоит отдохнуть и поесть.

– Очень правильные слова! – залебезил Шон. – Поддерживаю! Куда лететь?

– Шон, – мне в голову вдруг пришла обалденная мысль, я прямо здесь решила и высказать её. – Я вот тут подумала …

– Не-не-не! – Завопил мелкий. – Никаких «подумала»! Обычно после этого у нас начинаются большие неприятности, и всё на твою ж … – он округлил глаза и быстро поправил: – на нижние полушарии мозга! Только после трапезы! На голодный желудок никаких приключений!

Обстановка резко разрядилась, мужчины заулыбались и направились к проёму, где ещё вчера была роскошная дверь, стражники немного расслабились, уверовав, что нагоняй отменяется. А зря расслабились. Зло всегда возвращается к месту своего рождения. Я спиной почуяла холод этих самых, накликанных Шоном, подбирающихся неприятностей. Медленно повернулась и столкнулась с яростным взглядом Элайны. Столько ненависти и злобы на меня никогда не выливали! Казалось, на потолке открылся портал из Хаоса и оттуда льётся вязкая субстанция ужасающей тьмы. Время замедлило ход. Я заторможенно наблюдала, как девица вскидывает руку с маленьким пистолетом, как золотыми осами одна за одной вылетают пули. Висок обожгло калёным железом, а горло затопила острая булькающая боль. Глаза застило холодным липким туманом, сквозь который сумели пробиться яркие синие всполохи портала, уносящего Николаса с моим сыном. Внезапно одна половинка сердца облегчённо сжалась: Николас позаботится о малыше, передаст Марту, а тот уж воспитает сына достойным. Другая половинка трепыхалась в беспокойстве за Анечку. Я была уверена, что Грэй не оставит мою девочку, вырастит, как свою, но она здесь будет одна. Одна со своим даром.

А мозг вскипел от возмущения на самого себя. Дура! Какая же я дура! Ведь должна была сообразить – мир НЕМАГИЧЕСКИЙ! Заклинания здесь не действуют! А, значит, как только нога Элайны ступила на Нэю, подчинение спало, и она действует в согласии со своим разумом.

Последнее, что я услышала перед очередным путешествием в мир духов, были дикий рёв Грэя и беспомощный вопль рейка:

– О н-е-е-ет! Ринка, только не сейчас! Не смей умирать! Я тебя сам придушу, птеродактиль бессмертный, когда воскреснешь!

*********************

Я опять парила в плотном белом тумане. Боли не было. Всё тело заполонило приятное отупение. Оно просто двигалось в клубах призрачного плотного дыма, подчиняясь существующим здесь потокам. Вяло шевельнулась мысль: куда меня несёт? И сразу стало безразлично. Не знаю, сколько времени провела в этом благостном состоянии покоя. Внезапно меня потянуло куда-то вверх, в яркое белое ничто. Замутило, закружилась голова и на мозг обрушился поток звуков и запахов. Я распахнула глаза и огляделась.

Всё также парила в пространстве, но теперь далеко внизу можно было рассмотреть зелёную долину, утопающую в кружеве леса. Спустилась пониже, присматривая мест, где можно было бы приземлиться. Вокруг меня кружили яркие огненные фениксы. Они с любопытством косили оранжевыми глазами и курлыкали. Горько усмехнулась: мир Эоса. Мир призраков. Значит, ещё не умерла. Где-то на пути застряла. С облегчением ступила на тёплую травяную растительность. Весёленькие тоненькие стебельки так и манили прикоснуться к ним. Не удержалась и погладила представителей местной флоры. От лёгкого касания травинки задрожали и испустили приятный тонкий аромат.

– А ты им нравишься!

Я подпрыгнула от неожиданности и обернулась:

– Эос, мать твою! – от души выругалась и недобро уставилась на хозяина этого мира.

Местное божество сияло, как тульский самовар после реставрации. Эос наклонился ко мне и поцеловал запястье.

– И я рад тебя видеть!

– Ну? И как ты мне всё это объяснишь? – я выдернула руку, продолжая сверлить его глазами.

– Что? – левая бровь недоумённо поползла вверх.

– Всё! Какого чёрта я тут делаю? – ситуация никак не способствовала дружеской беседе.

– Ну … Может, гостишь?

Невинный взгляд нахальных глаз местного божества действовал как катализатор для химической реакции: ещё немного и взорвусь.

– Я вот вся в сомнении: ты из принципа игнорируешь здравый смысл или у тебя к нему врождённая неприязнь? – Я сложила руки на груди и отступила подальше. На всякий случай. Кто его знает, этого призрачного дона, что у него на уме. В прошлый раз Армэль его отвлёк, а Шон помог слинять. А сейчас я одна. Кто бы мог подумать, что я буду жалеть об отсутствии мелкой язвы?

– Ария, дорогая, почему ты так упорно сопротивляешься? Не могу понять: что тебя здесь не устраивает? – продолжал нахально недоумевать бог.

Он плавно обогнул меня и сверкнул глазами с тремя зрачками.

– А что меня ЗДЕСЬ должно устраивать?

– Тут никто, слышишь, никто не причинит тебе вреда, никогда не обидит, будешь жить, как королева!

– Очень заманчиво! – хмыкнула я. – А что взамен?

– Ничего! Просто живи! – он развёл руками. – Одно твоё присутствие вселяет жизнь в мой мир. Даже свет стал тёплым с твоим появлением!

– Но у тебя же тут целая стая фениксов! – возразила я ткнула пальцем на резвящихся огненных птиц.

Мужчина тяжко вздохнул и предложил:

– Пройдемся?

Я пожала плечами и оперлась на предложенную руку.

Эос повел по еле приметной тропинке к речушке, звонкое журчание которой не мог заглушить даже гомон курлыкающих фениксов. Когда мы спустились к берегу, я увидела небольшую беседку, увитую ярко-зелёной лианой с огромными белыми цветами. А в беседке пыхтел кофейник рядом с вазочкой с конфетами. Я втянула носом будоражащий запах и подобрела. Ладно, выпью пару чашек и послушаю, что у этого монстродона на уме. Явно видно было, что его распирает поговорить.

– Кофе? – предложил радушный хозяин.

Я великодушно кивнула и зачарованно смотрела, как ароматная жидкость перетекает из тонкого носика кофейника в изящную чашечку. Как же я люблю кофе! Особенно со взбитыми сливками, когда пенка возвышается шапочкой, а, если бариста ещё и вензелёк какой изобразит, так это бальзам не только на желудок, но и на всю исстрадавшуюся душу. С наслаждением обняла чашку ладонями и замерла, кайфуя от уже начинавшего забываться запаха.

– Конфеты, – продолжал искушать Эос. – Шоколадные, с ореховой начинкой, как ты любишь.

Блин, где и когда он успел это узнать? Я развернула блестящий фантик и вонзила зубы в тёмное лакомство.

Несколько минут прошли в молчании. Я пребывала в кофейной нирване, Эос благоразумно не мешал. Когда опустела вторая чашка, он осторожно начал:

– Я, наверное, должен извиниться. Столько раз пытался затащить тебя сюда! Испробовал столько методов! Даже пошёл на сделку с королём Нэи, – он огорчённо покрутил головой. – Кто ж знал, что этот ненормальный поднимет руку на детей!

Я хотела высказать, всё, что думаю о его умственных способностях, но, заглянув в глаза, поперхнулась первым же словом. Эос, действительно, переживал. Странно, раньше я за ним не замечала такого сентиментализма. Стареет?