Истинный. (Не) любимый. Мой - Михаль Татьяна - Страница 7

Я сжала пальцами подлокотники. Кожа скрипнула под моим натиском. Подняла на него гневное лицо.

– Ты теперь моя, Арина, – сказал Дарий. Я вздёрнула брови. – И ты будешь жить здесь, в этом доме. Тихо. Скромно. Ты не сделаешь шагу без моего разрешения. Считай, это и есть твой отпуск.

Я вскочила, мои руки задрожали, но я всё равно толкнула его. И в итоге я шлёпнулась обратно в кресло, так как эта каменная глыба даже не шелохнулась.

Я боялась. Очень сильно.

Моя гордость была ущемлена. Какой-то хмырь с клыками покусился на мою свободу!

– Ты чудовище, – выдавила из себя. Во мне плескалась ярость вперемешку с ужасом и отчаянием. – Ты не можешь меня удерживать! Я свободный человек! Свободная женщина! Я уйду, ты не остановишь меня, ясно?!

Я снова поднялась с места и попыталась обойти этого зверя.

Ну да, так он и сдвинулся с места.

Я посмотрела в его лицо.

Его глаза, холодные, мрачные, как чёрные дыры, в которых угасает любой свет, глядели на меня пугающе пристально.

– Нет, Аринка, – он произнёс моё имя так, как я ненавидела. – Ты не уйдёшь. И ты будешь жить здесь, в этой квартире. Без телефона. Без интернета. Только ты и я, когда буду свободен. Здесь есть всё для твоего комфорта.

Он обвёл рукой просторную квартиру, где всё было безупречно – от чёрных мраморных полов до стен из молочно-жёлтого оникса с подсветкой. Панорамные окна, откуда открывался потрясающий вид. Красиво, обманчиво спокойно, как и его взгляд, как и его сущность.

Здесь было всё слишком. Как будто я оказалась в логове самого Дьявола.

– Во-первых, не называй меня Аринка. Ненавижу такое обращение. Во-вторых, что тебе нужно от меня? – я обняла себя за плечи, не в силах сдержать дрожь, не в силах спрятать паническую атаку, которая вот-вот накроет меня. – Я тебе не игрушка, Дарий! Я не буду здесь жить! Я хочу домой! К себе!

Он склонился надо мной, как скала, и я почувствовала его дыхание – тёплое, как жар от огня, на своём лице.

– Ты думаешь, я позволю тебе жить как прежде? Ты увидела то, что не должна была видеть, Арина. Ты сама сделала свой выбор. Ты могла пройти мимо, но ты не прошла. И теперь ты вся – моя. По всем законам. Ты больше не принадлежишь ни себе, ни миру людей. Ты – мой трофей. Моя забава. Моя игрушка. Я решаю, как жить тебе дальше. Или умереть.

От его слов я забыла, как дышать. Душа ухнула в пятки. Меня начало трясти, как будто я на морозе в минус сорок.

Вампир взял меня за подбородок, заставив встретиться с его взглядом.

– Ты будешь жить здесь, в моём доме. И ты будешь делать всё, что я скажу. Если попытаешься убежать, а я с удовольствием буду ждать, когда ты снова попытаешься, то я сделаю тебе больно. Ты никогда не покинешь моего мира, Арина. И ты никогда больше не станешь свободной. Отныне – ты часть тёмного и ужасного мира вампиров. И ты сама вошла в него, по собственной воле.

Я дёрнула головой, вырываясь из его хватки.

Вампир, наконец, отошёл от меня и очень изящно опустился в кресло напротив.

Моё дыхание стало тяжёлым, сердце бешено колотилось, а глаза наполнились горячими слезами. Смахнула их, чтобы они не потекли по лицу, не хотелось мне, чтобы эта тварь видела как я плачу.

Чёрт возьми, я не верила, что когда-то могу оказаться в такой дикой ситуации!

Я была в его ловушке, и ему было всё равно, как я себя чувствую.

Он – бездушная тварь, вот и всё.

Но по натуре я боец и я не могла позволить ему победить.

– Я не буду твоей игрушкой, Дарий. – Мой голос был тихим, каким-то жалким и беспомощным, но в нём чувствовалась решимость. – Ты можешь заточить меня в этой клетке, но я всё равно найду способ вырваться. Ты поймешь, что я не та, кого ты можешь сломать. А быть может…

Теперь я подошла к нему, указала на него пальчиком и прошипела:

– А быть может, я убью тебя.

Он лишь улыбнулся. Своей хищной улыбкой.

– Это будет очень интересно, Арина. Но запомни, девочка, ты – моя игрушка. И ты даже не подозреваешь, как мне интересно будет с тобой поиграть.

– Ты не знаешь, на что способен человек, загнанный в угол.

Я встретилась с ним взглядом, мои глаза лихорадочно горели. Я сжимала руки в кулаки и хотела кричать. Но я лишь смотрела на этого монстра.

Дарий тоже внимательно глядел на меня.

– Я хочу твоей крови. Сейчас, – сказал он и его голос прозвучал как предсмертный приговор.

Я отшатнулась, обернулась, пытаясь найти выход или… хоть что-нибудь, что спасёт меня.

Взгляд упал на какую-то уродливую чёрную статуэтку, изображающую… да фиг пойми, что это. Зато если ею долбануть вампира по башке, то ему мало не покажется.

А вдруг он сдохнет?

О! Я тогда станцую ламбаду! Прямо вокруг его трупа!

– Я хочу, чтобы ты уяснила, кто твой хозяин, Арина. Иди сюда…

Я увидела клыки. Секунду назад их не было, а сейчас они обнажились. Длинные. Острые.

Ма-ма…

Вампир похлопал по своим коленям, приглашая меня сесть к нему и подставить свою шею.

Я сглотнула вязкую слюну и прошептала:

– Мне надо пойти пописать…

* * *

Заперлась в туалетной комнате.

Прижалась спиной к двери и выдохнула.

Дрожащими руками протёрла лицо, будто умылась.

На мгновение я почувствовала свою слабость.

Что я могу? Чем могу противостоять против этого существа?

Взглядом искала что-то, чем могла бы себя защитить.

Увидела рядом с роскошным унитазом ёршик.

Его набалдашник был сделан в виде массивной гаргульи – грубая, мощная форма с заострёнными деталями.

Схватила ёршик и стиснула в руке, как оружие. Тяжёлый.

Бронза холодила ладонь.

Открутила совершенно новый, ни разу неиспользованный (я на это надеюсь) ёршик от рукоятки и улыбнулась.

Главное правильно нанести удар.

Если по виску шмякну вампира, он сразу умрёт или просто лишится чувств?

Лучше ударить несколько раз.

А когда он грохнется у моих ног, я сбегу отсюда к чёртовой матери.

– Тебе конец, – прошептала я и сделала судорожный вздох.

На всякий случай нажала на кнопку слива на унитазе. Потом помыла руки с ароматным мылом. Умыла лицо и промокнула махровым нежнейшим полотенцем.

Крепко сжала в руке своё оружие и вышла из туалета.

Руку с горгульей завела за спину.

Он стоял в центре гостиной, как статуя.

Его взгляд был сосредоточен исключительно на мне, на моём горле, где всё ещё заживала рана от его первого укуса.

Дыхание вампира было тяжёлым.

Можно был подумать, что он не мог сдерживать своё желание сцапать меня.

Я остановилась в десяти шагах от мужчины, моё тело напряглось, как струна, готовая порваться.

Всем своим существом чувствовала, как его взгляд прокрадывается в каждую клетку моего тела, пронзающий до самых костей.

Да, он был силой, против которой нет оружия, но я хотя бы попытаюсь. Я не собиралась сдаваться без борьбы. Я не была обычной женщиной, не была добычей.

– Подойди, – приказал он.

Мотнула головой.

– Ты не будешь кусать меня, и пить меня, Дарий, – мой голос предательски дрожал, но я попыталась сохранить твёрдость. – Я не дамся.

Он не ответил. Но его губы дрогнули в усмешке.

Вампир просто шагнул вперёд, и в моём теле снова вспыхнуло ощущение смертельной опасности.

Его взгляд был холодным, почти насмешливым.

И тогда я решилась. Или сейчас, или никогда.

Вскинула руку со своим импровизированным оружием и со всей дури, (а дури у меня много) обрушила, как мне показалось на голову вампира.

Я ударила. С размаху, целясь прямо ему в голову, в висок.

Но он оказался быстрее. Мужчина перехватил мою руку так легко, как если бы это была ткань, а не кость с мышцами и жилами.

Палка с горгульей выскользнула из моих ослабевших пальцев и с грохотом упала на пол.

Я ощутила силу Дария, от которой перехватило дыхание.

Его рука обхватила моё запястье. И с таким хладнокровием, с таким презрением он взглянул на меня, что я почувствовала, как моё тело отдает ему всё моё слабое сопротивление.