Я великий друид которому 400 лет! Том 1 (СИ) - Дорничев Дмитрий - Страница 32

— Искупаться хочу. Как там водичка?

— Хорошая водичка, но я здесь не купаюсь, а слежу за особым растением. И если оно из-за тебя вдруг погибнет, моему гневу не будет предела. Как и если растопчешь мой сад, — кивнул я на круги из камней, в которых рыхлая земля и молодые растения.

В каждом кольце было по десять зелёных ростков. Я почти не давал им маны, так что росли они, можно сказать, сами.

— Тогда, пожалуй, не стоит… Боюсь набедокурить…

Девушка вернула шорты на место и, пройдясь по мне взглядом, умчалась. Я же обернулся к синему цветку. Кувшинка ещё была маленькой, так что и эффект был очень скромный. Впрочем, этот «скромный» для Земли очень даже внушительный!

Внимание!

Текущая концентрация маны: 4.2з.

Надеюсь, к концу месяца до десятки довести. Но даже это в сотни раз меньше, чем в самом безманном месте иного мира. Но, как говорят в деревне, курица по зёрнышку клюёт да сыта бывает.

Влив остатки маны в кувшинку, вышел из воды. Вскоре буду стимулировать размножение. Нет, не с Любавой. Кувшинок. А как только маны станет больше, смогу вырастить иные растения. А также… Да, почему бы и нет?

Надев штаны, пошёл искать Любаву. А она уже из дома вытащила гору мусора… И где нашла?..

— Любав, есть важное задание.

— М?

— Нужно вскопать грядки для целебных растений. Копай глубоко, чтобы убрать все сорняки и корешки. Но копай близ пруда. А я схожу в лес и соберу трав.

— Хорошо, — закивала та и вернулась к работе. Ну а я, взяв сумку да маленькую лопатку, направился в лес. Но двигался я там бегом, ибо не набегался. А так хорошо! Нагрузка на мышцы, которые воют от того, что я их толком не нагружал с утра.

Бежал я на резервные поляны бабули. Те, которые она использует, когда до основных не добраться или там неурожай. Так что быстро да с ветерком я добрался до места, где росла Пижма обыкновенная. Она от паразитов.

Набрав побольше, поспешил к ферме. Любава уже вспахала небольшой участок земли. Попросив начать копать в другом месте, я начал сажать растения.

Но тут всё просто. Берёшь растение в руку, копаешь лунку, сажаешь растение и закапываешь… Ладно, шучу. Корни растения сами начинают углубляться, и, кажется, я начал ощущать чувства цветов… Хм. Эта земля нравится пижме. Достаточно влажная, много лет нетронутая, и тут мана.

Так что я посадил, что было. Потом сбегал ещё и так, пока у меня не появилось сорок неплохих таких кустов. Сажал на небольшом расстоянии, дабы растения не мешали друг другу и насыщались полезными веществами.

Затем я добрался до тысячелистника обыкновенного. Это небольшой белый цветок, который применятся при кровотечениях, воспалениях, проблемах с печенью, мочевого пузыря и много при каких ещё болячках.

Его я тоже посадил сорок кустов. Каждый слегка насытил маной, и теперь они будут мощнее да живучее. А затем я достал зверобой. Его везде много. Едва ли не сорняк. Но если вырастить его в саду, то эффект от зверобоя будет совершенно иным.

Это как если сравнивать чистый спирт и разбавленный. Но… день подошёл к концу. И где Любава-то?..

— Зверьё, где женщина? — спросил у подошедших волков.

— Приведём! — Лай замахал хвостом и побежал. Я за ним. А прибыли мы к пруду, из которого как раз выходила Любава.

— Ой, а я и не знала, что ты любишь подглядывать… — смутилась обнажённая девушка, чьи рыжие волосы прилипли к груди и спине… Внизу тоже был рыжий мех.

— Меня волки привели…

Я отвернулся.

— Да можешь смотреть, я разрешаю. Вдруг звериное возьмёт вверх над «возвышенным»? — хихикала она, а потом подошла, и я шеей ощутил её дыхание. — Ты мне действительно люб, — едва ли не шептала она мне на ухо.

— Знаю я вас, баб. Сперва койка, а потом «ты мой навек», — возразил я и пошёл к дому. А эта хихикает, змеюка рыжая.

Любава пока только начала уборку, но в доме уже куда чище. Постепенно сделаем здесь ремонт, приведём всё в порядок, сделаем мебель, да денег заработаю. И думаю, через годик-другой можно будет переселяться.

Вскоре мы пошли в деревню. Любава вся сияла и была бодрее, чем обычно. Похоже, маной насытилась, вот и полна сил.

— Хорошая погода. Тепло, темно, романтично…

— Темнота — лучший друг молодёжи? — хмыкнул я.

— Ага! Но я немного о другом. Гулять по темноте я всегда опасалась. Она ассоциируется с угрозой. Утащат да надругаются. Или ещё что похуже сделают. Сам видел, какой здесь контингент. Люд пьёт, и не всегда соображает, что делает. А если белочка придёт…

— Да, заметил.

— Ну а без образования в городе я не нужна. Да и там уверена всё то же самое. Только у меня появится начальник на работе, у которого будет власть надомной. Эх… тяжело порядочным бабам живётся.

— Почему сразу бабам?

— Девушкам? — заулыбалась она.

— Людям! — возразил я. — Всем порядочным тяжело живётся, ибо вокруг одна лишь сволота. Миром же правят сволочи с деньгами, и порядочные люди им не нужны.

Так было в ином мире, но и Земля ничем не отличается. Разве что там в деревнях пили меньше, ибо алкоголь дорогой. А тут чудеса прогресса и самогонный аппарат у каждого третьего…

Но ладно, мы пришли домой, а бабули нет…

— Похоже, ночевать будет у родни, — предположил я.

— Да, наверное. Засиделась, — согласилась со мной Любава.

Бабуля утром уехала в город, к родне. Точнее, за ней заехали. И да, у неё и дочь есть и внуки, но, похоже, они сильно переругались с бабулей. О причинах не знаю, ибо она не рассказывала. Ну а я и не спрашивал.

И напомню, баба Нина не мать моей мамы. Просто друг семьи. С бабушкой моей вроде дружила, или что-то такое. А мать у меня широкой души человек, так что присматривала за старушкой.

Оказавшись дома, Любава переоделась и занялась готовкой. Я же занялся настойками. Бабуля не доделала, и я как раз успел к ужину.

Сидели мы в тишине и просто ели. Но Любава улыбалась.

— Что? — спросил её.

— Сложно сказать. Просто начала жить в своё удовольствие. Как мне кажется… Раньше день без мата и ругани был счастьем. А у вас с бабулей такая идиллия, что сердце поёт. Вы словно два старика пара. Ой, хотела сказать, сапога! — она расхохоталась.

Но она права, с этой седой молодкой мы хорошо ладим. Всё же я — старый и мудрый друид, и за свою долгую жизнь я научился ладить даже с драконами.

— А может… — она прищурилась и мерзко заулыбалась. — Может, ты по старушкам? Ай! За правду не бьют!

Она схватилась за лоб, а я вытер ложку тряпочкой. А то вдруг на ложку с этой рыжей головы глупость передалась? Не хочу заразиться этой самой распространённой в мире болезнью.

— Не говори чепуху.

Я вернулся к еде, а эта всё прожигала меня взглядом.

— Что?

— Тебе точно двадцать пять лет?.. Ощущаешься как поживший жизнь мужчина.

— Ты хотела сказать, старик? — приподнял я бровь.

— Ага! Порой ощущаешься как старик! — хихикала она.

— Хм. Выходит, ты у нас по старикам? — улыбнулся я, а та застыла и рот открыла.

— Уделал, так уделал… сдаюсь, — она подняла лапки и вернулась к еде. Любаве, к слову, двадцать два года. Совсем юная дева.

Поев, я вернулся в мастерскую. Времени было немало, но спать не хотелось. Так что занялся шишками. У нас тут инсультник есть, так что я начал подготавливать отвар из сосновых шишек. Помогает. А вот настойка на кедровых шишках помогает при проблемах с суставами, а также повышает иммунитет.

Можно для бронхитчиков сделать мёд из шишек. Сахара там кабздец. Но я пробовал, оно вкусное очень. Можно к чаю. И полезно, и вкусно. А ещё можно варенье сварить. Но бабуля собрала мало молодых шишек. А для варенья нужны прям молодые. Полузрелые для настоек. Ну а зрелые мне почти не нужны. Да и созреют они лишь к сентябрю.

— В баньку пойдёшь? — спросила Любава, выглянувшая из-за двери.

— Потом просто ополоснусь.

— Хорошо! Я тоже лишь ополоснуться.