Темный охотник 10 (СИ) - Розальев Андрей - Страница 53

Но я смотрел не на него. Я смотрел на Могрима.

Гном стоял абсолютно неподвижно, опустив свою огромную секиру. Он не смотрел по сторонам, не изучал руины. Его взгляд был прикован к центральной площади, к руинам того, что когда-то было, наверное, дворцом. По его суровому, каменному лицу, медленно катилась одна-единственная слеза, оставляя за собой тёмную, влажную дорожку.

Он явно узнал это место.

— Это… — ответил он императору дрогнувшим голосом, — это мой мир. Это прах моего народа.

Я жестом приказал паре канцелярских егерей остаться у портала. Связь с базой в разломе нужно было держать любой ценой.

Пора разворачивать армию.

Я достал из криптора Ярика-Стража. Пятнадцатиметровый колосс материализовался с металлическим лязгом, его тяжёлые стальные стопы с глухим стуком врезались в слой праха, поднимая серые облака пыли. Сервоприводы заработали с характерным гулом, бронированные ноги заскрипели, подстраиваясь под рельеф.

Следом, хлопок за хлопком, на сером пепле начали появляться инферны. Они выстроились в чёткие боевые порядки.

Лекса подошла к строю. Закрыла глаза, подняла руки — и я почувствовал, как между ней и каждым воином протянулись невидимые серебряные нити-каналы энергии. Благословение легло на армию без всяких спецэффектов, но, уверен, почти все здесь ощутили его влияние.

— Готово, — коротко сказала Лекса и направилась к лестнице, ведущей в рубку Ярика.

Через несколько секунд в наушнике зазвучал голос Ратмира:

— Князь, тактическая сеть активна. Все подразделения на связи.

И в этот момент прах зашевелился.

Это началось медленно, почти незаметно. Лёгкая рябь пробежала по серой поверхности, будто от невидимого ветра.

— Движение по периметру, — напряжённо доложил один из бойцов «Заслона».

— Вижу, — кивнул я.

Потом вихри стали плотнее, закручиваясь, обретая форму. Из-под земли, из пыли, которая и была здесь землёй, стряхивая с себя забвение, начали подниматься фигуры.

Сотни только здесь, на площади.

— Круговая оборона! — скомандовал я в общий канал.

Молчаливая, неумолимая армия. Скелеты гномов. Их пустые глазницы вспыхнули холодным фиолетовым огнём. Они действовали без тактики, без командиров, как безмозглые автоматы, реагируя на единственное раздражение в этом мёртвом мире — на нас. На жизнь.

Да уж, это будет нелегко. Армия мёртвых не знает усталости, не чувствует боли, не ведает страха.

Голицын и его «Заслон» напряжённо ждали приказа, полностью доверяя моему командованию. Император был собран, но спокоен.

Я же подошёл к Могриму. Он всё так же стоял, оцепенев, глядя на то, как его мёртвые собратья поднимаются из праха. Я положил руку ему на плечо.

— Могрим, — сказал я тихо, не отводя взгляда от приближающихся мертвецов. — Это твои братья, обращённые в рабство. Эти тела — рабская клетка для их душ. Мы упокоим их окончательно, их души освободятся и смогут вернуться в круг перерождений.

Гном медленно поднял голову. Слёзы на его лице высохли, а в глазах зажёгся яростный огонь. Он посмотрел на руины — и его пальцы сжали рукоять секиры так, что побелели костяшки.

Я почувствовал мощнейший всплеск силы, исходящий от него. Земля под его ногами треснула от переполняющей его энергии. Благословение Лексы, умноженное на его ярость, превратило Могрима в нечто совершенно новое.

— ЗА МОЙ НАРОД! — зарычал он, срываясь с места.

Этот рёв, полный боли, скорби и всепоглощающей ярости, прокатился по мёртвому миру, отразившись эхом от руин.

ㅤ

И завертелось.

Лавина. Безмозглая, но плотная костяная лавина обрушилась на нас.

— Ратмир, распредели по площади! — бросил я в канал штаба.

— Принято! Заслон и отряд Чернова — второй квадрат… — тут же отозвался начштаба из рубки Стража.

Не дожидаясь окончания распределения, я призвал Шейру, Весту и Мальфира с Лавой. Пантер я сразу подключил к Лиане, она с ними ещё в Арапахо общий язык нашла.

— Ратмир, — позвал я. — Лиана отвечает за взаимодействие с кошками. Драконы на мне!

Энергетический канал между Лексой и Могримом вспыхнул в астрале, и по нему хлынул поток чистой силы. Гном, уже врезавшийся в первые ряды нежити, буквально взорвался мощью.

«Лава, наверх! — скомандовал я своей виверне. — Мальфир, давай поджарим самых прытких!»

«С удовольствием!» — прорычал дракон, расправляя крылья.

С высоты, с шеи Мальфира, открывалась завораживающая и жуткая картина. Руины города шевелились. Куда ни кинь взгляд серебристо-белая рябь костей вставала их праха и ползла к площади. «Реки» нежити текли по бывшим проспектам, «озёра» скапливались на перекрёстках. Враг был повсюду, лез из-под каждой арки, вываливался из окон, полз по грудам мусора. Город выплёвывал кости.

Но наша позиция оказалась на удивление выигрышной. Площадь оказалась достаточно большой, чтобы мы смогли на ней развернуться в полную силу, а примыкающие улицы — достаточно узкими, чтобы нежить не могла накинуться на нас всем скопом.

Так что если они думают, что заперли нас со скелетами, то хрен им по лбу. Это их заперли с нами.

В центре этого ада царил даже не Ярик — Могрим. Он был аватаром мести. Его секира двигалась с нечеловеческой скоростью, не просто разрубая, а дробя костяные тела в пыль. Каждый взмах превращал десятки скелетов с ржавыми секирами и молотами в облако костяной крошки. Он не защищался — он шёл вперёд, прорубая просеку в бесконечной армии мертвецов.

Император Голицын и его «Заслон» действовали как слаженный огнемётный комплекс. Они создавали стены огня, выжигая целые улицы. А будто этого мало, Голицын плавил сам камень мостовой, превращая улочки в реки раскалённой лавы, которая поглощала целые отряды нежити, оставляя за собой блестящие пятна чёрного стекла.

— Командир, к руинам в седьмом квадрате подходит отряд бронированных скелетов! — доложил Ратмир.

— Задержите, я их сверху угощу! — скомандовал я. — Мальфир, ныряем!

Дракон сложил крылья, и мы камнем рухнули с неба. Бронированные скелеты — возможно, бывшие королевские гвардейцы — размахивали двуручными мечами. Мальфир, пройдя над ними на бреющем полёте, выжег драконьим огнём целую просеку. Скелеты рассыпались, превращаясь в обгорелую пыль.

— Голицына сюда, — передал я Ратмиру, — Ариэль пусть перебросит. Тесса на подборе

Пять секунд, и Ариэль, прихватив императора, телепортировалась через всю площадь прямо ко мне. Я жестом указал на потом бронепехоты и Голицын понял. Когда мы с Мальфиром заходили на второй заход, тяжёлые скелеты уже вязли в ставшем вдруг жидким камене. А тех, кто прорывался, встречал взвод Тессы. Их мечи с магопроводностью взрывали скелетов изнутри, не оставляя им никаких шансов.

Но в основном инферны сражались не на площади — они использовали руины. Хлопок телепортации — и пятёрка инферн появляется на крыше полуразрушенного здания, обрушивая на головы нежити огненный шторм. Ещё хлопок — и они уже внизу, в тылу очередной волны, их мечи прошивают позвоночные столбы скелетов, магия огня сквозь магопроводящие клинки превращает черепа и кости в мелкое крошево.

— Командир, у нас четвёрка попала в окружение! — сообщил Сергеев по рации.

— Ариэль, Нага! — я переключился на канал своего отряда. — Выручайте хлопцев, где-то во втором квадрате.

Хлоп, хлоп — и окружённые гвардейцы один за другим исчезли, телепортированные обратно к основному отряду.

А в самом центре, как несокрушимый утёс, возвышался Ярик. И он не разменивался на мелочь.

— Ратмир, в пятом квадрате, скопление тяжеляков! — передал я, заметив группу скелетов-великанов.

— Принял. Седьмой взвод, отойти. Ярик, цель справа, — перераспределил задачи Ратмир.

Молот Ярика, выкованный из танковой брони, опускался с гулким, сотрясающим землю ударом. Но это был не просто удар — Ярик бил по земле, и от точки удара расходилась концентрическая ударная волна, которая не только сносила сотни скелетов, но и обрушивала полуразрушенные стены на их головы.