Темный охотник 10 (СИ) - Розальев Андрей - Страница 45

В ответ прозвучал сдавленный стон, сопровождавшийся, тем не менее, довольными улыбками. Возражений, и даже ворчания я не услышал.

Даже Нага молча затянула ремни на броне потуже.

Улыбнувшись, я встал в общий строй.

ㅤ

Вечером Ри улетела.

Мы с Мальфиром проводили её до того самого военного спецаэродрома. Золотая драконесса, несмотря на свои скромные размеры — с небольшого слона — всё равно произвела неизгладимое впечатление на лётный состав, когда элегантно, без пробега, опустилась на бетонку рядом с транспортным самолётом.

Фирсов, принимая её под свою опеку, был, как всегда, не в духе.

— Знаешь, сколько седых волос добавило мне знакомство с тобой, Чернов? — проворчал он, наблюдая, как Ри с любопытством заглядывает в приготовленный для неё грузовой отсек. — Теперь ещё и дракона в Китай везти…

— Зато как интересно живёшь, — усмехнулся я.

— Ага, у китайцев такое проклятие есть, — буркнул граф. — Чтоб тебе жить в интересные времена. Так вот ты и есть моё проклятие.

Рассмеявшись, я пожал руку графу и пожелал ему удачи. А Ри помахал рукой и попросил на прощание слушаться этого ворчуна.

Не то чтобы мы не доверяли Чжао, но не подобает девочке-подростку, пусть и дракону, совершать дипломатические визиты одной. Граф должен был сопроводить её на всё время визита в Пекин и убедиться, что всё пройдёт на высшем уровне.

ㅤ

По возвращении в усадьбу меня ждал сюрприз — к нам заглянула Махиро. Сидела с моими невестами в гостиной, пила какой-то невероятно ароматный чай и просто болтала о чём-то девичьем. Оказывается, Аня заглянула в казарму, как раз когда японка переговорила с дежурным сотрудником Разумовского и собиралась обратно на Итуруп. Вот Аня и затащила её на чаепитие.

Я посидел с ними, послушал о чём говорят, рассказал как Ри садилась в самолёт, само собой заранее пригласили Махиро на свадьбу… после войны.

Хороший, тёплый, семейный вечер, когда в камине трещат дрова, за окном бушует вьюга, в кружке чай, а с двух сторон любимые девушки. И не надо никуда бежать, что-то решать, лить кровь, свою и чужую.

Лепота…

Всё же есть что-то в этом…

А потом неделя завертелась с бешеной скоростью, превратившись в один сплошной, нескончаемый день сурка.

Я разрывался между задачами, пытаясь успеть всё и везде. Утро начиналось с изучения копий сводок Разумовского для императора — информационная война набирала обороты, хотя до серьёзных результатов было ещё далеко. Всего десять дней прошло с начала операции, и наши агенты ещё только прощупывали почву в японском обществе. Впрочем, на фоне наших успехов в Арапахо, которые Япония не смогла замолчать, как и победу над вормиксом, почва эта постепенно теплела. Ещё очень и очень осторожно, но в обществе страны заходящего солнца проклёвывались ростки нужных нам идей.

После завтрака я мчался на границу Коломенского эпицентра контролировать запуск очередной «глефы» — Периметр медленно, но верно рос, опоясывая эпицентр километр за километром. Каждая новая машина, каждый новый сектор становился ещё одним шагом к полному контролю над эпицентром.

Потом, ещё до обеда — на тренировочный полигон, где Даронис гонял мою армию до седьмого пота. Его муштра была жестокой, но эффективной. Я видел, как на глазах меняются мои воины: гвардейцы учились ярости и скорости, а инферны — дисциплине и тактике.

Легат всегда был гением. Он умудрился даже Ярика вписать в свои тактические схемы. Но главное — он неожиданно подружился с Ратмиром. Сидя вместе с ним и Лексой в рубке Стража, древний воин передавал молодому командиру свой бесценный тысячелетний опыт управления боем.

— Война — это хаос, — услышал я как-то. — Твоя задача как мудрого командующего — видеть этот хаос, управлять им и находить в нём путь.

И с каждым днём моя маленькая армия училась всё лучше ориентироваться в этом хаосе, который для них, с учебными целями, конечно, создавал призрачный XII легион Астории.

А после обеда я, как на галеры, возвращался в лабораторию. И каждый вечер нас ждал один и тот же результат — его полое отсутствие. Мы бились над ацтекским артефактом, как мухи о стекло. Дед становился всё мрачнее, Ариэль — всё тише. Надежда, вспыхнувшая было так ярко, угасала с каждым днём.

ㅤ

Ри вернулась в субботу утром, сияющая и довольная.

На ней красовалась лёгкая, но невероятно прочная броня из тёмного, переливчатого материала, похожего на хитин гигантского жука, усиленная позолоченными пластинами. То, что броня была не просто защитой, а артефактом, я понял, едва взглянув на неё астральным зрением.

— Артём! — воскликнула она, едва приземлившись во дворе усадьбы. — Ты не представляешь, какого дракона я встретила!

Она с восторгом принялась рассказывать о встрече с древним драконом, покровителем Китая.

— Он огромный! — размахивала она крыльями. — В десять раз больше меня! И такой мудрый! Он сказал, что восхищён моей смелостью в столь юном возрасте. И просил передать Охотнику… почтительное уважение, так он, кажется, сказал.

Хм… Значит Чжао тоже в курсе, кто я. Надо будет потолковать с этим драконом по душам. Кто вообще по жизни, чем дышит…

— А броня? — поинтересовался я, оценивающе оглядывая её новое снаряжение.

— Подарок от Чжао, — гордо ответила она. — Изготовлена лучшими артефакторами Китая специально для меня, в знак уважения к моему роду.

Она покрутилась, демонстрируя, как броня идеально облегает её драконий силуэт.

— Кстати, — добавила она, — император напомнил о приглашении. Как только у тебя и твоих невест появится время, вы всегда желанные гости в Запретном городе!

— Угу… как только у меня появится время.

ㅤ

Вечер субботы застал меня в гостиной. Я решил сделать перерыв как в исследованиях, так и во всех делах. Просто, один вечер отдохнуть, выдохнуть, остановиться и никуда не бежать.

За окном валил снег, в камине потрескивали дрова.

Мы сидели в тишине, вымотанные этой бесконечной неделей. Аня склонилась мне на плечо, Ариэль свернулась калачиком, положив голову мне на колени.

Звонок телефона раздался неожиданно. Ещё неожиданнее было имя звонившего.

— Привет, Габи! Чего в гости не заходишь?

— Вот как раз хотела, — засмеялась госпожа мэр, — но потом посмотрела на сводку погоды в Коломне, и как-то желание само собой отпало. Отморожу себе что-нибудь! Как вы там вообще выживаете?

— Да мы ж привыкшие, — хмыкнул я. — Ты просто так звонишь или по делу?

— И просто соскучилась, но и по делу, — тон Габи неуловимо изменился. — Толтекатл разбирал архив пирамиды…

— Толян что ли? — вспомнил я, как нарёк жреца новым именем, ибо старое хрен выговоришь.

— Да-да, То-лян, — Габи запнулась на непривычном для неё звучании. — Так вот, он обнаружил первое упоминание инферн. Один, очень потрёпанный рогатый воин вышел из внезапно открывшегося разлома и потерял сознание. Его сразу в антимагический ошейник, в клетку — и в столицу, жрецам на изучение. Не знаю, важно ли это?

— Важно, Габи, другое, — я даже встал с дивана, под удивлённые взгляды задремавших было девушек. — То, что между этим событием и открытием охоты прошло минимум семь лет. Спасибо тебе!

— Да не за что, — я по голосу понял, что она довольно улыбается. — Как у вас потеплеет — заскочу в гости. Ну или вы к нам!

— Угу… как только у меня появится время, — повторил я сказанную утром фразу.

И положил трубку.

— И что это значит? — насторожённо спросила Ариэль.

— То, что до появления в этом мире инферн, ключа от их мира у ацтеков не было, — я остановился напротив неё, не столько отвечая на вопрос, сколько размышляя вслух. — И даже после появления создания артефакта заняло годы. Но вряд ли обычный воин оказался великим артефактором, указавшим по памяти свой домашний адрес.

— Они его изучили и смогли определить координаты мира? — предположила Аня.

— Точно! — согласился я. — Правда, это не снимает вопроса, чем именно этот адрес является. Но теперь мы хотя бы знаем, где его искать!