Темный охотник 10 (СИ) - Розальев Андрей - Страница 16

— Я могу сформировать эти помещения изнутри скалы! — пояснила Аня, проведя рукой над рисунком. — Мне даже вынимать ничего не потребуется. Просто немного подвинуть…

— Но зачем вообще надо углубляться в скалу, Ваше Высочество? — непонимающе спросил Фёдор Олегович.

— Понимаете, — ответил я вместо Ани, — кристалл в этом разломе находится глубоко под землёй, в жерле уснувшего вулкана. Порода здесь буквально пропитана разломной энергией, ради которой всё и задумывалось.

Лицо Фёдора Олеговича вытянулось, когда до него начало доходить.

— Так вы хотите сказать… — он запнулся, — что моя дочь случайно разработала наиболее эффективный проект для лечения магических ран?

— Именно, — кивнул я. — И мне бы хотелось привлечь её к работе непосредственно над реализацией, если это возможно.

— Мы с ней неделю не разговаривали, — признался Фёдор Олегович, окончательно смутившись. — Я запретил ей тратить время на эти фантазии и потребовал переделать проект согласно стандартам…

— Федя, у тебя ведь дом в двух кварталах от разлома, — прищурился Еловицкий. — Ничего не путаю?

— Всё верно, Ваше Сиятельство.

— Так чего ты стоишь? Одна нога там, другая здесь! — князь, посмеиваясь, указал в сторону входа в разлом.

Голицын согласно кивнул, я показал большой палец и Фёдор Олегович, откланявшись, рысцой припустил по горячему песку в сторону чёрного марева входа.

И тут у меня возникла в голове блестящая, на мой взгляд, идея.

— Ваше Величество, как вы смотрите на то, чтобы немного размяться? — спросил я. — Заодно покажу кое-что из того, о чём мы с вами говорили, как это всё работает. Я же обещал дегустацию.

— Хочешь и меня припахать? — хмыкнул император.

— Почему же сразу припахать? — улыбнулся я. — Всего лишь подумал, что вам будет интересно сделать что-то с любимой дочкой.

Дочка эта самая стрельнула в меня глазами исподлобья и нахмурилась.

— Интересно, интересно, — Голицын покивал головой. — А что делать-то надо будет?

— Вот это, — я кивнул на рисунок. — Крупными мазками, так сказать.

— Это уровень мага вне категорий, — нахмурился император, глянув на дочь. — И дело даже не в объёмах, скорее в точности!

— Ты полагаешь, я справлюсь? — удивлённо посмотрела на меня Аня. — Я думала, ты Ярика позовёшь!

— Мы с Лексой немного поможем, а Ариэль если что подскажет, где что поправить. Да и Его Величество так-то маг не только огня, но и камня. В общем, как тогда с доспехом. Но здесь проще, — обнадёжил я.

— Хм… тогда ладно, — согласилась принцесса. — Я готова!

Глава 8

И это тоже

Фёдор Олегович вернулся минут через сорок, весь взъерошенный. За ним, растерянно оглядываясь по сторонам, шла стройная, даже миниатюрная девушка. Одета она была в явно студенческую форму, с которой очень гармонировали большие очки в тонкой оправе и перекинутая через плечо коса.

— Простите за столь длительное ожидание, пришлось с занятий забрать… — с ходу начал оправдываться строитель.

— Так ведь у нас никаких договорённостей не было, — резонно заметил князь Еловицкий. — Не переживай, мы без тебя время зря не теряли.

Ну да. Пили пиво, закусывая вяленым мясом из моих запасов из криптора — свежее циклопы пока не поставили, надо с ними эти моменты проговорить, кстати. Разговоры разговаривали, в основном князь с императором. Голицын даже сходил из разлома, позвонил секретарю и отменил все дела до конца дня.

А вот Аня держалась как-то отстранённо, что ли. Как будто задумалась о чём-то. Странно, с утра весёлая была, после того, как мы Тессу на ноги поставили — даже воодушевлённая, я бы сказал. Ну да, большая девочка, захочет — расскажет. Или вон, Ариэль её разговорит, которая тоже заметила странное поведение подруги и вовсю на неё косилась.

— Позвольте представить, дочь моя, Полина, студентка архитектурного, — с поклоном произнёс Фёдор Олегович.

— Здравствуйте…

Девушка опустила глаза в пол и так покраснела, что захотелось дать ей воды попить. Похоже, от волнения даже забыла, что представляемый первым не заговаривает. Впрочем, для простолюдинки вполне простительная оплошность.

Спохватившись после отцовского тычка в бок, она всё-таки исполнила что-то вроде неуклюжего полупоклона, чем вызвала улыбки и у князя, и у императора.

— Полина, присаживайся, — Аня похлопала по свободному стулу рядом с собой, — и расскажи, как тебе пришёл в голову именно такой проект.

— Мне… — студентка с ужасом в глазах глянула на предложенное ей место и не сдвинулась с места. — Ваше Высочество, я не могу это объяснить. Мне просто показалось, что так будет правильнее и… камень, понимаете, он… — тут она подняла голову и посмотрела на тот самый холм, который был на её рисунке. — Это вулканический остров, но вдруг здесь такие холмы. Видите? Они кольцом обступают то место, где мы сейчас находимся. Я думаю…

Стоило начать говорить, и её как будто подменили. Вместо скромняжки, умирающей от смущения, перед нами теперь стояла вполне уверенная в себе девушка. На какое-то мгновение она забыла, перед кем выступает, и с энтузиазмом принялась рассказывать.

— … я думаю, здесь был паразитический кратер, — начала Полина, всё больше воодушевляясь. — Боковой конус, образовавшийся при прорыве вязкой, насыщенной кремнезёмом магмы через трещины в склоне основного вулкана. Видите кольцевое расположение холмов? Думаю, это кольцо замыкается в море, так что этот пляж — самый центр древнего кратера. Магма была кислая, риолитовая, поэтому…

Тут она заметила озадаченный взгляд императора и смутилась.

— Простите, я сейчас объясню попроще, — она схватила со стола пустую кружку и метнулась к выходу из паба.

— Куда она? — приподнял бровь Голицын.

Фёдор Олегович хотел уже бежать за дочерью, но та вернулась с полной кружкой песка.

— Смотрите, песок-то белый! — продолжила она свою лекцию. — Обычно на вулканических островах он чёрный. А здесь… Видите, как блестит? Это кварц, он остаётся, когда более мягкие минералы разрушаются. Сами холмы сложены очень твёрдым и светлым камнем, который по твёрдости не сильно уступает граниту. Со временем камень крошится, превращается в песок. Но судя по тому, что мы видим, происходит это очень медленно. Если бы холмы были просто кучей пепла и шлака, или даже пемзы, их бы давно смыло. Но они стоят! И посмотрите на растения — вереск, можжевельник, а вон те похожие на пальмы растения — это древовидные папоротники. Их корни цепляются за голый камень, потому что почвы там — на палец глубиной. Эти холмы только припорошены сверху землёй. Это не равнинные песчаные холмы, которые можно легко срыть, здесь даже с помощью магии камня работы, чтобы выровнять площадку — немеряно. Поэтому такая вот идея с углублением в скалу появилась… тем более я видела в блоге, на что вы все способны… Но самое главное — не хотелось ничего менять. Здесь же такая красота! Зачем улучшать то, что и так красиво?

— Браво! — Голицын показал ей большой палец, и Полина опять опустила глаза, залившись румянцем. — Я, правда, половины не понял, так что мы лучше посмотрим, что и как получится на практике. Артём…

А я меж тем смотрел внимательно в душу девушки астральным зрением.

— Полина, скажи, у тебя не возникало ощущения, что ты понимаешь, как камню лучше лечь, или где на него давление большое, и он вот-вот треснет? — спросил я.

Она вскинула на меня большие от удивления карие глаза.

— Откуда вы знаете? Я никогда никому не рассказывала…

Вместо ответа я встал из-за стола и подошёл к ней. Она хотела отстраниться, но удержалась. Положив ладони на её виски, я влил немного своей энергии. Чистой, не разломной. И увидел то, что и ожидал увидеть. Энергоканалы, совсем «сухие», отозвались, провели энергию, и душа девушки вспыхнула. Слабо вздохнув, она осела, и я едва успел её подхватить, посадить на стул.

Над столом повисла тишина. Испуганные глаза отца Полины, прищуренный взгляд Голицына, чуть насмешливый Ариэль, недоумевающий — Еловицкого.