Основатель 6 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 37

— А! — сказала она, вскинув голову с широкой улыбкой. — Новенький? А то запах незнакомый.

— И это хорошо или плохо? — спросил я, усмехнувшись.

— Значит, не ошиблась! Не пугай бабушку! — воскликнула она, замахнувшись, будто хотела меня шлёпнуть, но её оценка моего местоположения оказалась далека от реальности. — Меня зовут Ванга, я тут вроде как старшая по туризму.

— Алексей Морозов, из Града Весёлого, — представился я. Я огляделся, отмечая редкое скопление людей в этом районе. Вокруг были в основном фермеры, конюшни и скот. — Без обид, но на город это как-то не очень тянет.

— Так ты ж на Плато, милок, — пояснила она, вставая и опираясь на трость. — Пойдём, покажу тебе то место, куда ты на самом деле стремишься.

Я последовал за ней. Она ковыляла мимо здания, мастерски передвигаясь и используя трость лишь для опоры. Очевидно, она проделывала этот путь уже не раз и шла почти без труда.

Смельчак, следовавший за мной, заметил нескольких лошадей, бегавших на свободе, и нетерпеливо заржал, словно хотел к ним присоединиться. Я отпустил его и попросил одного из конюхов присмотреть за ним.

— Ну, гуляй, — пробормотал я, похлопав коня по боку, прежде чем уйти с Вангой. Она провела меня через открытое поле к огромной медной платформе, торчащей прямо из скалы. Внутри меня начал нарастать неприятный холодок, пока мы приближались к краю обрыва. Никаких тебе перил, никаких страховочных тросов. Я видел, как мелкая ребятня носилась по самому краю, будто это была не пропасть, а какой-нибудь Арбат, но страх во мне всё равно рос.

— Что-то ты дышишь тяжело, — заметила Ванга. — Высоты боишься, что ли?

— Робею я, бабушка, — ответил я.

Это заставило её снова усмехнуться. Она проводила меня к длинной медной платформе. Сбоку виднелся ворот, поворотный механизм и навесная площадка — эдакое сочетание магии и механики, рядом с которым в кресле дремал какой-то парень. Она хлопнула его по колену своей тростью, заставив того вскочить и начать готовить механизм.

Мы ступили на платформу, и она качнулась — по мне, так слишком сильно. Пол был из мелкой сетки, и сквозь неё отлично просматривался берег далеко внизу. Ёпрст. Платформа снова содрогнулась, когда парень начал крутить ворот, приводя в действие систему блоков и рычагов, и мы медленно поползли вниз.

Спускаясь, я заставил себя перегнуться через край, чтобы увидеть, куда именно мы направляемся. Я предполагал, что остальная часть города будет у подножия, но мой взгляд замер на полпути вниз по утёсам.

Город Утёсы Кариота был построен на длинной платформе, прилепленной прямо к отвесным скалам. Я снова ахнул, поражённый этим чудом инженерной мысли. Медный город со множеством зданий из медного сплава сверкал на солнце, чистый и прекрасный. Да уж, это место могло потягаться архитектурным великолепием с самим Великим Градом Лисичанском.

Сотни зданий и башен, тысячи людей, снующих по улицам и занимающихся своими повседневными делами, — и всё это будто подвешено между небом и морем.

— Это Небесный Район, — сказала Ванга. — Местные снобы называют его так. Идеальный мир, райский, говорят. Но эти городские не понимают, что настоящий рай — это трава под ногами да плотный ужин.

— Впечатляет, — пробормотал я, пока мы продолжали спускаться всё ниже и ниже. Внизу виднелась большая соединительная платформа с охраной, где мне предстояло зарегистрироваться у местных властей.

— Да-да, очень красиво, — проворчала Ванга. — Если тебе нравится платить налоги, от которых глаза на лоб лезут. — Она указала вниз, мимо платформы к берегу, где виднелась ещё одна часть города. Это был порт из меди, со зданиями, похожими на те, что были в городе, к которому мы приближались. — А вон там — Чёрный порт. Да, с фантазией у них туго. Он же Нижний Кариот. Там предпочитает селиться всякий рабочий люд. Налоги ниже, жратва лучше, да и, честно говоря, публика не такая невыносимая.

— В этом городе что, жёсткое классовое разделение? — спросил я.

— Ерунда, — отмахнулась Ванга. — В этом городе всего два кармана, и ты либо в одном, либо в другом. Есть Дядюшка Али, и есть Торговцы. Платят и те, и другие хорошо. Люди Али обычно обитают и работают в доках, а торгаши ведут дела в Небесном Районе. А самые умные живут на Плато, где мы можем спокойно пасти своих овец и коз.

— Похоже, вы не очень-то жалуете городскую жизнь, — заметил я.

— Я тоже когда-то была молодой, — сказала Ванга. — Думала, что чем больше, тем лучше. Самый большой город, самый толстый кошелёк — главное, чтобы другие завидовали.

— И что изменилось? — спросил я, когда наш лифт мягко приземлился на платформу, соединённую с Небесным Районом. Удивительно, но платформа не дёрнулась и не загрохотала, когда состыковалась с причалом. Тем не менее, несмотря на плавную посадку, я поспешил соскочить на твёрдый, гладкий мраморный пол.

— Я подхватила болезнь, ослепла, — сказала она. — И вот тогда-то я и задумалась: а стоило ли оно того? Бегать, вкалывать как проклятая, и ради чего? Ради квартиры в самой высокой башне? Ради кучи барахла? Ты ведь постоянно платишь из своего кармана, чтобы всё это содержать. Вечно к чему-то стремишься. Лишившись зрения, я поняла, что всю жизнь пахала ради невероятного вида на море, которым так ни разу и не удосужилась насладиться. Теперь я живу наверху, с пастухами. И я гораздо, гораздо счастливее, когда мне нечего делать.

— В выходе на пенсию определённо что-то есть, — ответил я.

Конечно, будучи человеком старым, может, даже старше этой бабки, лично я придерживался иных взглядов. Но мне было проще: магия Истока и одна богиня со скверным характером дали мне новое тело, омолодили. Теперь мне на пенсию не хочется. Для меня смысл работы заключался не в простом зарабатывании денег, а в том, чтобы вырастить из чего-то мелкого нечто титаническое. Создать систему, которая приносит пользу людям, повышает общий КПД и меняет мир вокруг. Я не винил её, нет. Большинство людей всю жизнь занимаются тем, что делает их несчастными, в надежде, что когда-нибудь в конце этого туннеля их ждёт счастье.

Моя же философия была иной: работать над тем, что приносит радость и удовлетворение сегодня, а не пахать ради гипотетического счастья в будущем. Так что, в каком-то смысле, хоть наши методы и были радикально разными, конечная цель у нас с Вангой была одна: наслаждаться жизнью здесь и сейчас.

— Ну, вот мы и на месте, — сказала Ванга, указывая на группу солдат у пропускного пункта, за которым виднелись огромные медные ворота. Ворота были наглухо закрыты, и я не видел никакого механизма, чтобы открыть их с этой стороны. Неудивительно, что город не стал заморачиваться со стеной. С единственной точкой входа и отвесным обрывом сверху у любой армии вторжения не было бы ни единого шанса. Логистика обороны — моё почтение. Спускаться по скалам — чистое самоубийство, в основном из-за огромных баллист, которые постоянно целились прямо в стены утёса. Пара залпов — и любой трос будет перебит, а солдаты полетят вниз, удобрять камни.

Я сделал несколько шагов вперёд, но понял, что иду один. Ванга всё ещё стояла на платформе, махая мне.

— А вы со мной не пойдёте? — спросил я.

— Нет уж. Моя работа — тебя проводить. Ты вроде парень смышлёный, сам разберёшься, — сказала она. — Главное, не беси торгашей и не зли людей Дядюшки Али. Будешь придерживаться этих двух правил — доживёшь до моих лет.

— Справедливо. Спасибо, что спустили меня сюда, — сказал я и начал было кланяться, но на полпути замер, сообразив, что она всё равно меня не видит. Неловко вышло.

— Удачи, — пробормотала Ванга себе под нос, щёлкнув переключателем. Платформа начала медленно подниматься обратно на вершину утёсов, фактически оставляя меня в ловушке. Если я умудрюсь разозлить местные власти, свалить отсюда будет, блин, куда сложнее, чем просто дать дёру из города на полной скорости. Разве что обратиться рыбкой и уплыть… Эх, таких навыков у меня нет, значит, придётся действовать осторожно.