Основатель 6 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 27

— Разумеется, — произнёс я, стараясь, чтобы голос не дрогнул от внезапно открывшихся перспектив. — Постараемся обеспечить.

— Вас что-то смутило в моём скромном заказе? — тут же уловил мою заминку Парнифер. — Кажется, я вас чем-то озадачил.

— Не то чтобы смутило, — я быстро взял себя в руки. — Скорее, я удивлён, что ваш народ обладает таким… финансовым потенциалом.

Парнифер пожал плечами, как будто речь шла о паре мешков картошки.

— Панноний существует очень давно, и все мы здесь живём очень долго. Откровенно говоря, кланы, которые я представляю, не так уж и баснословно богаты. Но мы многочисленны и амбициозны. Деньги, которые мы потратим на эту пшеницу, в конечном итоге принесут нам целое состояние в сделках с другими кланами. Это, так сказать, инвестиции в будущее.

— Ну разумеется, — кивнул я. — Бизнес есть бизнес. Я сделаю всё возможное, чтобы обеспечить вас большим количеством товара, но на выполнение такого крупного заказа потребуется немало времени. Так что не ревнуйте, если я тем временем буду работать и с другими торговцами. Диверсификация, понимаете ли.

Кроликотон на мгновение перестал обращать на меня внимание, его взгляд снова приковался к очередному снопу пшеницы. Он вытянул длинные золотистые колосья и принялся рассматривать их на свету, словно ювелир — драгоценный камень. Когда он наконец понял, что я всё ещё говорю, его мордочка слегка покраснела.

— Прошу прощения, что вы сказали? Я немного отвлёкся.

— Я сказал, что это займёт некоторое время, — терпеливо повторил я, мысленно добавляя: «И потребует серьёзных капиталовложений».

— Да, да, всё хорошее требует времени, — пробормотал Парнифер себе под нос, явно уже предвкушая, как будет хрустеть свежими колосьями.

— Прежде чем вы рассчитаетесь со мной, я хотел бы заказать у вас три тысячи единиц сахара, — перешёл я к следующему пункту нашей сделки. — Вычтите стоимость из той суммы, что вы мне должны. Взаимная торговля, закупки вслед за реализацией.

Уши Парнифера при этих словах встали торчком.

— Любопытно, весьма любопытно, зачем вам столько этого… продукта, — он прищурился, разглядывая меня с явным интересом. — Особенно учитывая, сколько у нас других товаров на продажу. Говорят, люди очень любят свой сахар. Почти так же сильно, как мы, Кроликотоны, любим пшеницу.

— Почти так же, — подтвердил я с улыбкой. — И будем надеяться, что оба торговца с уважением отнесутся к ценовой политике друг друга. Демпинговать не станем, верно?

— Конечно, конечно, — закивал Парнифер. — Цена на пшеницу не вырастет, так с какой стати должна расти цена на сахар? Всё по-честному.

Он посмотрел на меня с хитрецой.

Забавно, он представитель совсем другой расы… В первый момент я удивился, что в мире Истока есть эльфы, потом гномы. Потом не удивился, что есть крокодилы, кролики, мыши и козлы. Местная магия проявляет себя самым разным образом. И что ещё более странно, я нахожу с ними общий язык, например, понимаю намёки своего коллеги. Он почти открытым текстом говорит, что если я не стану завышать цены на товар, он тоже не станет. И, хотя в отличие от него я был монополистом, обманывать его не был намерен.

— Думаю, мы поняли друг друга, — с достоинством ответил я. — Мне нравится стабильность в ценообразовании. Прогнозирование — основа долгосрочных отношений.

— Вот именно, — удовлетворённо кивнул Парнифер, широко ухмыляясь и демонстрируя ряд очень острых для травоядного зубов. — Джентльменское соглашение.

Глава 14

Короче, с этим Парнифером, даром что он нелюдь, мы неплохо нашли общий язык.

Что такое картель?

Картель — это же не про мексиканские наркотики, картель — это договорённость.

Например, если все пекари в городе договорятся продавать пирожки по шесть рублей за штуку, и никаких гвоздей. И сообща держат эту цену, так что покупатель покрутится-походит и примет её как объективный факт.

Согласитесь, при чём тут наркота? Мексиканцы сильно опошлили значение термина.

В данном случае у нас с Парнифером не совсем картель, но договорённость по ценам возникла.

Смекнули оба, что у каждого из нас есть то, что у другого — лютый дефицит, ну и договорились: цены не задирать, пока спрос не схлопнется до убытков.

Коммерческая дисциплина — это я люблю и уважаю.

Правда, пришлось мне этому Парниферу, здоровенному кроликотону, ответный «Дань за Первый Рейс» презентовать — типа, в знак доброй воли и подтверждение того, что я слов на ветер не бросаю.

Хотя нутром чую, падла ушастая, это он мне так за мой предыдущий «подарок» решил отомстить, хитрожопый. Я ему, значит, отвалил банку какой-то рыбёшки, которую наши рыбаки наловили и в бочке засолили для припасов.

Ну, буквально то, что под руку попалось. Пахла она, конечно, специфически — эдакий аромат дальних странствий и пролетарской закуски, аж слезу вышибало. Вроде сюрстрёмминга, где ключевым словом было «стрёмный».

Я ему ещё и наплёл, что, мол, деликатес знатный, у нас за таким очередь в три витка вокруг Кремля. Он, бедолага, аж расплылся в подобии улыбки, пытаясь изобразить, будто я ему прям царский подгон сделал.

Ну, короче, как только сделку закрыли и заказали сахар, я этому здоровенному кролику, Парниферу, пожал лапу и двинул в гостиницу, где меня уже дожидалась Ираида.

Фома, мой штатный маг-алкоголик, не видя в окрестностях кабака или хотя бы винной лавки, грустно плёлся следом, тихий, как мышь под веником.

Ввиду своей вынужденной трезвости (хотя я ему бухать и не запрещал) он объявил мне молчаливый протест за то, что я его силком потащил в эту экспедицию.

Ага, протест.

Вообще-то, я своими глазами видел, как он с капитаном нашего судна келдырил и байки травил про свои былые «подвиги».

Выходит, всё-таки нет никакой трезвости, а есть дешёвая театральщина, чтобы меня разжалобить.

Так что его обет молчания, похоже, работал только тогда, когда ему это было выгодно. Ну, или когда он был слишком пьян, чтобы членораздельно протестовать. Или когда я был рядом — чтобы начальство не гневить. Хитрец, одно слово.

Встретившись с Ираидой, мы последовали за ней. Она повела нас прочь от этого, с позволения сказать, «отеля» — клоповник тот ещё, если честно, даже в моих бандитских общагах в девяностые почище было.

Фома было открыл рот, чтобы поныть, как обычно: мол, ноги отваливаются и вообще жизнь — боль, но тут же вспомнил про свой великий «протест» и захлопнул варежку, не успев и слова выдать.

Прям гигант мысли, отец русской демократии, а не маг. Кремень-мужик.

Честно говоря, у меня язык не повернулся сказать этому колдуну хренову, что его молчание — это просто бальзам на душу по сравнению с его внезапными словоизвержениями и частенько бредовыми разглагольствованиями.

Уж лучше пусть молчит, ей-богу. И он, и мои нервы целее будем.

Ираида уже здорово ориентировалась в городе и, кажется, даже с кем-то временами здоровалась.

Повела она нас в некие Северные кварталы.

Судя по всему, там обитали те, кто составлял гарнизон города, — такие как Хемиш и его ящеры-охранники.

Здесь на них можно было посмотреть в их естественной среде обитания.

Здоровенные, надо сказать, рептилоиды. Нахальные, крепкие, бицепсы как у Шварценеггера на пике формы.

Ходят такие, зыркают, поигрывая мускулами, иногда клацают зубищами.

Может, это у них непроизвольно, а может, пугают. Хрен его знает, но все эти крокодилы мне не особо нравились. Мне бы моего простого Гену, а этих всех — убрать обратно в клетку.

Но это их квартал, и они тут у себя дома.

Глядя на то, как Ираида здесь ходит с уверенным видом, я тоже сделал лицо кирпичом и старался не показывать беспокойства.

А посреди всего этого драконьего Гарлема был высеченный в скале герб, вероятно, символика города.

Оленьи рога, какие-то долота или стамески и отпечаток лапы — всё вместе. Герб Паннонии или около того.

Местный колорит, запечатлённый в камне.