Дева Ки, демон Шо. Том 1 (СИ) - Журавлев Владимир А. - Страница 18

Повозка укатила на юг. Ки Шо посмотрел на солнце и через сотню шагов свернул в лес. Ночлег следует готовить заранее и не спеша, это он понял хорошо.

Хотелось кушать, и сильно хотелось. У Ки Шо имелись деньги, и наверняка недалеко найдется притрактовая деревня, деревни всегда предпочитают лепиться к тракту. Деревенские у тракта, как обычно, должны продавать еду и всякие безделушки вроде цветов. Но — граница провинции рядом. Что мешает дорожной страже заехать слегка в соседнюю провинцию? А тут он им навстречу с полной сумкой еды. Явно намерен прятаться на ночевку в лесу. Нет, Ки Шо, чтоб уцелеть, должен опережать противников на два шага. А лучше — на три. Переночевать можно и без ужина, старый каллиграф хорошо днем угостил. А утром напроситься в очередную закрытую повозку. То есть — неужели какой-нибудь почтенный чиновник не пожалеет хорошенькую девочку, бредущую по тракту в одиночку? А не попадется чиновник — семейство состоятельных горожан тоже сгодится. Если они еще и едут в столицу — совсем хорошо.

А вот состоятельный горожанин без семейства — плохой, очень плохой вариант. Слишком легко обманываются мужчины. Слишком сильно хотят обмануться.

«Ки Шо, ты уличная проститутка!» — сердито заклеймил себя Ки Шо и зашагал в лес. Но потом улыбнулся. Победа есть победа, нечестных приемов не бывает, когда рискуешь жизнью. Ки Шо — герой! А что? Мастера боевых искусств победил? Победил, и трофеи взял. Ушел чисто? Чисто. От дорожной стражи отбился? Получается, что да. Пограничный досмотр проскочил? Несомненно. Значит, Ки Шо — воин-победитель! Совсем как Семь Непобедимых. Только лучше. Семеро Непобедимых, чтоб сделать то же, что удалось Ки Шо, навалили бы гору трупов, и за ними уже гналась бы целая озлобленная армия. А Ки Шо как невидимка — был и нету.

Но гордиться нельзя, это очень опасно. Лучше-то он лучше, но попадись вон за тем кустом завалящий «ночной работник» с ножом — и конец Ки Шо. Потому что мгновенно уходить в боевой транс у Ки Шо не получается. Значит, что? Надо тренироваться!

Ки Шо обогнул следующий куст — и замер. Перед ним стояли двое «ночных работников» с ножами и гнусно ухмылялись. Тоже, видимо, устраивались на безопасный ночлег, а тут девочка сама подошла для ночных утех, счастье какое!

Вбокквелл

Мастер Пинг устало прикрыл глаза. Вторые сутки без сна. А результата нет. Обычный подросток, а исчез, словно в воздухе растворился подобно демону, которых не существует и не существовало. И поездка по южному тракту не принесла ничего, кроме усталости. Да, стражник слетел с лошади буквально на ровном месте. И недалеко обнаружилась лежка для ночлега. И что? Лошадь могло укусить какое-нибудь насекомое, вот она и взбрыкнула. А лежка… ну, ночевал там кто-то. Мало ли бедных путников на тракте? Верно? Верно. Только что докладывать имперскому инспектору?

Мастер Пинг открыл глаза и уставился на стоящего перед ним возчика.

— Значит, девочка? — уточнил мастер снова. — Ошибки не может быть? Бывает, знаешь ли, что мальчишки переодеваются для смеху.

Возчик ухмыльнулся:

— Именно девочка, почтеннейший! Ходит как девочка, бегает потешно, как девочка, и вся из себя девочка-девочка, перед почтенным каллиграфом всю дорогу кокетничала и крутилась! И таким грудным голоском ворковала, аж меня проняло! Ну какой мальчишка может кокетничать и строить глазки? Да каллиграф ее лапал всю дорогу! Я сам слышал!

— Стонала? — рассеянно поинтересовался мастер Пинг.

Что-то царапнуло краешком его внимание. Что-то… но что?

— Не, — признался возчик. — Стонут трактовые проститутки, а эта вроде из скромниц.

Мастер Пинг разочарованно выдохнул. Действительно девочка.

— А лицо, говоришь, не разглядел? — попрекнул он возчика. — Что ж ты так? На «ночных работников» трудишься, а лица запоминать не научился!

— Так… я же возчик! Она в дорожной шляпе шла! А в повозку не сунешься, там имперский чиновник, почтенный каллиграф! Долго ли я на работе удержусь, если свое рыло к чиновникам совать стану?

— Придумай что-нибудь! — холодно сказал мастер Пинг. — Спрыгивай, подсаживай в повозку, или еще что. Я тобой недоволен, так бригадиру и передай. Свободен.

Возчик, огорченный, ушел, даже поклониться на выходе забыл. Мастер Пинг выдохнул сквозь зубы и решительно поднялся из кресла. Пора докладывать инспектору о неудаче. Была одна зацепка — девочка, которая вылезла из повозки сразу за границей провинции. Оказалось — девочка. А вылезла… Пинг на ее месте тоже вылез бы. Ночевать вместе с разгоряченным мужчиной — сомнительное удовольствие. Как минимум не выспишься, как норма — подцепишь пару болячек. Девочек закон только на тракте защищает, а что происходит в стороне от него, никого не интересует. Жалобы имперскому инспектору нет? Значит, ничего и не было.

— Почтеннейший! — внезапно влетел в кабинет гонец. — Беда!

— Докладывай! — подтянулся мастер Пинг.

— Граничную стражу «ночных охотников» перебили! — выдохнул гонец. — Кто — непонятно! Как — непонятно!

— Убиты, но на телах следов нет? — уточнил мастер Пинг.

— Какое там нет! Их об деревья размазало!

— Что?

— Размазало! — содрогнулся гонец. — Почтеннейший, я всякое видывал, но такого — никогда!

— Южный тракт? — быстро спросил мастер Пинг

— Южный тракт!

— Есть! — хищно ощерился мастер Пинг. — Отдыхай, понадобишься! Эй, там, на воротах! Паланкин мне! К инспектору Хай! Немедленно!

Глава 9

«Ночные работники» осторожно шагнули вперед. Ки Шо настороженно отшагнул назад. И юбочку руками испуганно придержал, чтоб смотрели только на юбку да на ноги, и никуда более. Он совсем недавно был уверен, что убьет любого, кто покусится на него, да? Что ж, Ки Шо мог себя поздравить с феноменально быстрой потерей иллюзий: сейчас он страстно мечтал, чтоб обошлось только изнасилованием. Убудет с него, что ли? Потому что если посмотрят на лицо — замучают страшными пытками. О традициях мести у «ночных работников» были наслышаны даже в деревне Ки Шо.

— Девочка, не бойся нас! — ласково сказал долговязый бандит и спрятал нож. — Мы на охране тракта. Зачем идешь в лес? В лесу, кроме неприятностей, ничего не найдешь. Возвращайся к тракту, и будешь в безопасности.

— Мы гарантируем! — подтвердил низенький бандит. — Ступай к тракту, мы проводим! «Ночные работники» чтут закон!

— Благодарю, — сказал Ки Шо грудным и, как он надеялся, чарующим голосом и еще отступил назад. Бандиты тут же подшагнули ближе.

— Странная девочка, — задумчиво сказал низенький бандит. — Очень странная, да, Штырь? Одна на тракте, без сопровождения. Идет вечером в лес и не боится бунтовщиков. А зачем идет, а, Штырь, ты знаешь? И я не знаю. Девочка, ты зачем шла в лес? Если за кустики, то это запрещено, у тракта бадья для отходов специально установлена, а лес загрязнять нельзя! Штырь, может, ее наказать, чтоб не ходила, где нельзя?

— Не болтай! — сердито сказал долговязый Штырь. — Мы трактовые охранники!

— Но она не на тракте, — справедливо заметил низенький.

Штырь посмотрел на ноги Ки Шо и призадумался. Ки Шо еще отступил назад.

— Кусок, что нам говорили про шелковую юбку храмовой танцовщицы? — вдруг спросил долговязый. — Что-то я подзабыл, ну-ка напомни!

Ки Шо похолодел от страха. Попытался в панике уйти в транс — не получилось. А у кого получится, когда вот-вот опознают и убьют⁈

— А верно, Штырь! — поразился низенький Кусок. — Что-то говорили!

— Но там был мальчик, — медленно сказал Штырь. — Эй, девочка, ты девочка или мальчик?

— Надо проверить! — тут же возбудился Кусок. — Верно, Штырь?

— Не надо проверять! — ухмыльнулся Штырь. — Я вспомнил! Чужеземное лицо, длинный нос без переносицы, черные прямые волосы — такое редко встречается! Уж повезло нам так повезло! Мальчик это! И за него сто монет обещаны! Не золотых, а нефритовых!

— И я вспомнил! — хлопнул себя по лбу Кусок и деловито смотал с пояса веревку. — Эй, ты, стой спокойно, вязать буду! И не вздумай бегать, Штырь все равно быстрее, он даже Бешеного Лю обгоняет! Побежишь — искалечим!