Хозяйка гостиницы у моря (СИ) - Гуда Хелен - Страница 2

Не знаю, по какой-то причине, но Кати уверена, что нападение на карету, при котором погибла ее семья, – это умышленное убийство, а не трагическая случайность. И направлена она была именно на гибель ее матери, то есть моей семьи. Девочка говорит, что ей это приснилось. Что она видит вещие сны, но не из будущего, а просто отрывки чьих-то жизней. Я в это не верю, но мурашки по коже ползут, когда она рассказывает о том, что ей снилось. Она даже пару раз описывала сцены из моей прошлой жизни, что наводило на размышления о том, что это не фантазии ребенка, а что-то иное. Это иное пугало не только меня, но и Матильду. Это ее гувернантка и просто хорошая женщина. Которая заботилась не только о Кати, но и обо мне. Я в этом доме была скорее бесправная приживалка, а не хозяйка. Почему так повелось, я не знаю, потому что воспоминания хозяйки тела были отрывочными и порой непонятными. В доме целиком и полностью властвовала другая женщина. Сводная сестра моего мужа. Это мне кое-что напомнило, аж до мурашек пробрало. Но здесь вроде все по-настоящему, не фикция, как в моем мире. Хотя…. они же сводные и не родственники по крови. Ладно, не буду сама себя накручивать еще сильнее. Хватает мне и того, что Кати сказала, что мое падение – не случайность, а подстроенная закономерность. Я даже не поняла сперва, о чем она. Но ребенок вдумчиво пояснила, что если каждый день класть мыло около ванны, то в какой-то момент человек, пользующийся этой самой ванной, должен на нем поскользнуться.

Я пока помалкивала и вела себя максимально скромно, чтобы разобраться в ситуации, понять, откуда ноги растут и как жить дальше. Быть домашним питомцем, чем-то вроде болонки, я не хотела. Не по мне такое. Я больше привыкла сама принимать решения и строить жизнь так, как хотелось именно мне. А здесь без разрешения от муженька мы даже в город с Кати и Матильдой выехать не могли.

Вот на этой почве мы первый раз с ним и закусились.

– Я сказал: нельзя, – мужчина даже глаза не поднял на меня. Я как школьница стояла перед директорским столом.

– Почему? – я устала от сидения в четырех стенах. Я уже полностью окрепла после падения и хотела вообще осмотреться, что есть в городке, где мы жили. Кати говорит, что это столица королевства, но мне кроме части улицы из окна ничего не было видно. А в воспоминаниях Софи я не нашла ничего примечательного, что касалось бы города и его инфраструктуры.

– Мне некогда тебя сопровождать, – так же не глядя на меня, отвечает мужчина.

– Можешь не утруждать себя, – я подошла и просто забрала со стола бумагу, что так внимательно читал мужчина. Это был какой-то счет, и я думаю, что это был лишь повод сослаться на занятость и избавиться от меня по-быстрому.

– Что ты себе позволяешь? – мужчина растерянно посмотрел на счет, что был у меня в руках, который он только что так внимательно изучал, что даже на меня не мог поднять взгляд.

– Я себе еще ничего не позволила, а надо бы, – я отдала мужчине счет и продолжала вопросительно на него смотреть.

– Ты еще не оправилась после падения, – начинает с устало-скучающим видом перечислять Дениэль.

– Оправилась, – не соглашаюсь, и на лице мужа снова появляется удивление.

– Это не прилично – выезжать одной в город, – выдвигает еще один довод мужчина.

– Я не одна, – парирую усмехаясь. – Со мной поедет Кати и Матильда.

– Что ты хочешь купить? – сдается мужчина. – Скажи, я пришлю портниху, лавочников.

– Я хочу походить, посмотреть, и если вдруг мне что-то приглянется, то купить, – я не стала вдаваться в подробности. Шоппинг – вполне достойный повод выбраться из дома.

– Что ты хочешь купить? – Даниэль хмуро смотрит на меня. – Я не узнаю тебя в последнее время после падения. У тебя точно голова не болит?

– Спасибо за заботу, у меня ничего болит, – я недовольно поджимаю губы. Что ж он так прицепился к тому, что я хочу купить? – А купить я хочу новые шторы к себе в комнату.

– А Анабель разрешила? – мужчина удивленно смотрит на меня. – Она же совсем недавно обновляла интерьер.

– А при чем здесь Анабель? – я не хотела ругаться. Просто хотела выйти погулять, но это уже ни в какие ворота не лезет. – Я не могу в своем собственном доме поменять занавески?

– Ну, давай будем честны, – мужчина поджимает губы, – ты и платье-то себе самостоятельно выбрать не можешь, не говоря уж о занавесках в доме.

– И кто же спонсор этого убожества? – и я расправляю подол ужасающе безвкусного платья.

– Тебе одежду подбирает Анабель. И раньше ты была ей благодарна за эту помощь, потому что сама же и признавала, что у тебя нет вкуса, – Даниэль удивленно смотрит на меня. – Честно, я не узнаю тебя, Софи.

– Я тоже себя не узнаю, но так, как раньше, уже не будет, – я в упор посмотрела на мужа, а он удивленно качает головой.

Все-таки мне теперь придется разгребать все это богатство, что неожиданно свалилось на мою голову. И когда я говорю «богатство» не имею в виду финансовое благополучие, скорее это ворох проблем, что мне надо решить.

– Еще раз говорю, скажи, что хочешь купить, и я или Анабель купим тебе это, – мужчина раздражается и видно, что хочет свернуть этот разговор.

– Я и сама прекрасно могу распоряжаться своими собственными деньгами, – муж говорил со мной, словно я неразумное дитя. Да я даже в детстве самостоятельно выбирала себе одежду, а здесь мне какая-то Анабель будет покупать какие-то обноски.

– Видел я, как ты ими можешь распоряжаться, – Дениэль потерял терпение и встал из-за стола. – Ты даже в ванне помыться не можешь, чтобы не упасть и голову себе не расшибить.

– Не знаю я, что ты там видел, а упасть каждый может, – я упорно пыталась выудить из своей памяти события, после которых ко мне было утеряно доверие, но никак не получалось. Я вообще заметила, что в памяти у Софи были пробелы, словно после большой попойки. Но я понимала, что такая тихая и домашняя девочка, как Софи, не могла даже подумать о таком. То есть по каким-то причинам девушка не помнила какие-то отрезки своей жизни. Я, конечно, не сыщик, но даже мне кажется это подозрительным.

– Да ты настолько не приспособлена к семейной жизни, что я искренне жалею, что женился на тебе, – говорит мужчина, а меня его слова задевают. Видимо, Софи любила мужа, а я чувствую отголоски ее эмоций. По крайней мере, я попыталась себя в этом убедить. Что как бы обиделась не я, а настоящая Софи, что была в этом теле до меня.

– Видимо, вас, мой дорогой муженек, привлекли мои деньги, а не способности в части ведения хозяйства, – я не могла спустить на тормозах такие слова и ничего не ответить.

Мужчина резко обернулся и удивленно посмотрел на меня, приподнимая бровь. Эх, хорош чертяка! Да только пока я не пойму, что у него с этой самой Анабель, быть ему мужем только по документам. А разбираться мне надо отдельно от него и его сестрицы. Потому что я пыталась вспомнить, как я так упала, но не могла. Сколько бы ни рылась в воспоминаниях Софи, но не могла вспомнить даже, как пошла в ванную. Весь тот день словно выпал из жизни, и это тоже наводило на размышления. Вдруг в голове вспомнился вчерашний разговор с Кати. Мы тогда сидели перед камином вечером, и я читала ей книгу. Кати и сама умела прекрасно читать, но, как и любой ребенок, любила, чтобы ей почитали перед сном, погладили ручки и поцеловали. Мы читали книгу про морские путешествия маленькой отважной девочки, которая переоделась в мальчика и поступила на службу на судно. Девочка была сиротой, и Кати, естественно, представила себя на месте этой малышки и напридумывала еще кучу приключений, которые с ней случились бы, если бы она была на месте той самой девочки.

– Жаль, мы не у моря живем, – мечтательно проговорила девочка. – Хотя…

– Что ты задумала? – я подозрительно прищурилась. Кати была настоящей авантюристкой, очень этим похожа на меня в детстве. На настоящую меня, а не обморочную Софи из этого мира. Как так сложилось, что кроме имени нас с хозяйкой тела ничего не объединяет? Почему я оказалась в ее теле? Видимо, известно только вселенной, которая забросила меня сюда.