Молчание матерей - Мола Кармен - Страница 20

— Сегодня ночью будет поставка?

— Похоже на то. Однажды мы его чуть не накрыли. У нас был отличный осведомитель, и мы могли взять Бирама с огромной партией.

— А где теперь этот осведомитель? — Рейес задала вопрос как бы между делом, чтобы Фабиан не догадался, как сильно ей не терпится узнать хоть что-то про Эскартина.

— Вот и нам хотелось бы знать. Он испарился. Говорят, его прикончили. Очень жаль, он помог бы нам прижать этого козла.

— А как вы его нашли?

— Кого?

— Осведомителя.

— Да как обычно: устроили облаву, задержали его, а потом отпустили с условием, что он будет рассказывать обо всем, что узнает. Обычная история, что тут объяснять?

— Понимаю, просто странно, что вы поверили нарику.

Фабиан удивленно посмотрел на нее:

— Я разве говорил, что он нарик?

Рейес запнулась. Неужели она прокололась? Надо сделать вид, что предположение вырвалось само собой и она не придавала ему значения.

— Ну, ты же говорил про облаву… Я и подумала, что ловили наркоманов.

Рейес похолодела. Фабиан смотрел на нее с недоверием.

— А что, он не был нариком? Я, может, и не так давно работаю в полиции, но знаю, что это самая распространенная схема.

— А ты не так неопытна, как я думал.

Фабиан рассмеялся, и Рейес решила, что ей удалось выпутаться. Тем временем он взял телефон и стал быстро набирать сообщение.

— Если сразу не отвечу, она мне потом мозг вынесет.

— Можно спросить? — Рейес хотелось сгладить неловкость, и она поспешила сменить тему. — Про твое ухо. Что с ним случилось?

— Откусили. Один бездомный отхватил кусок. И тут же проглотил, прикинь.

— Серьезно?

— Честное слово. Но было не так уж больно. Что скажешь, мне идет?

Он повернулся и посмотрел на нее. Рейес улыбнулась: Фабиан снова стал собой, лед в его глазах растаял.

— Если честно, хочется откусить еще немного.

Он явно не ожидал такого ответа. Рейес видела, что Фабиан с трудом сдерживается: он бы с удовольствием трахнул ее прямо здесь, в машине. Пожалуй, она была не против, но тут у Фабиана зазвонил телефон.

— Да, Кристо, уже едем.

Он положил трубку и завел двигатель.

— Куда мы?

— Сейчас увидишь.

Вильяверде остался позади. Они вырулили на автостраду М-30, потом на Андалусийское шоссе. В машине повисла напряженная тишина. Рейес подозревала, что Фабиан жалеет об упущенной возможности. Звонок шефа его явно не обрадовал. Перед Вальдеморо они свернули, миновали заправку и после круговой развязки съехали на плохую, всю в выбоинах, дорогу.

Фабиан притормозил около полуразвалившегося дома с фасадом, покрытым граффити. У входа валялись палеты и строительный мусор.

— Отдай мне пистолет.

— Зачем?

— Он тебе не понадобится. Мы взяли оружие на случай, если Бирам начнет борзеть.

Поколебавшись, Рейес отдала пистолет: она не могла пойти на конфронтацию с Фабианом. Он вышел из машины и направился к дому. Она последовала за ним.

— Нас ждут, — не оборачиваясь, произнес Фабиан.

— Кто?

Фабиан сделал вид, что не слышал вопроса. Они обогнули дом. Сзади были припаркованы две машины, старые и неприметные, как и их «фиеста». Входная дверь была взломана. Фабиан вошел первым. Внутри воняло мочой и экскрементами; видимо, здесь ночевали бездомные. Луч фонарика выхватил из темноты голые балки и свисавшую с потолка арматуру. К ним приближался Кристо в компании Номбелы, Грегора и Ричи.

— Я хочу поговорить с ней наедине, — без предисловий сказал глава бригады.

Рейес заметила, что Фабиан прячет глаза. Полицейские вышли, последний закрыл за собой дверь.

В одной руке Кристо держал фонарик, в другой — термос.

— Кофе, без сахара. Я всегда говорю: сахар перебивает вкус кофе.

Рейес покачала головой и огляделась, прикидывая, получится ли сбежать. Она раскаивалась, что послушалась Фабиана и не взяла с собой из дома оружие. Ошибка новичка. На грязном столе стояли две чашки. Кристо налил в одну из них кофе и не торопясь, будто наслаждаясь замешательством Рейес, сделал несколько глотков. Он допил всю чашку и только потом заговорил.

— Фабиан сказал, ты расспрашивала про нашего осведомителя.

Вот оно что. Ее прокол не остался незамеченным. Фабиан насторожился и сразу сообщил о своих подозрениях шефу. Это ему он писал, а не жене.

— Ты его знаешь? — поинтересовался Кристо.

— Нет.

— Но ты откуда-то знала, что он нарик.

— Ничего я не знала. Фабиан сказал, что вы подцепили его во время облавы, вот я и предположила, что он из этих. — Рейес пыталась казаться спокойной, но вся словно одеревенела. Она боялась, что в случае необходимости не сможет даже пошевелиться, не то что побежать.

Кристо ходил туда-сюда, аккуратно ступая по песку и щебню.

— Я пока не понял, стоит ли тебе доверять. Что такой девушке, как ты, делать в бригаде Вильяверде?

— Учиться. Я пошла в полицию не для того, чтоб за столом сидеть.

— Хотела движухи?

— Да, и полевой работы.

— Ты знаешь, что это сложный район? Что тут иногда приходится искать обходные пути?

Рейес молча смотрела на Кристо. Тот уселся на гору мешков с цементом и направил фонарик прямо ей в лицо. Она заморгала.

— Не все это понимают. Многие в полиции только и ждут, когда мы проколемся, чтобы покончить с нами раз и навсегда. Так что нам приходится соблюдать осторожность. Каждый новый член бригады находится под подозрением, потому что может оказаться кротом, которого подослали наши враги. Как только я увидел твое почти детское личико, сразу подумал, что ты шпион.

— Неужели они не нашли бы кого-нибудь лучше племянницы начальника оперативного управления? Тебе не кажется, что это не очень умно?

Кристо приподнял бровь:

— Да, это скорее глупо. Ты абсолютно права.

— Дядя отправил меня к вам понюхать пороху, — продолжала Рейес, пытаясь придать голосу уверенности.

— Может, у меня паранойя. А может, комиссар Рентеро очень хитер. Вдруг он подослал к нам племянницу, уверенный, что мы ничего ей не сделаем? Что она неприкосновенна?

— Кто, я? — Во рту у Рейес пересохло, она говорила с трудом. — Я просто хочу, чтобы ты научил меня работать как следует.

Он кивнул, явно польщенный.

— Я не должен ничему тебя учить, но, раз уж ты в моей бригаде, я буду заботиться о тебе как о родной дочери. Я забочусь не только о своих подчиненных, но и об их семьях. У Фабиана есть сын, он тебе говорил?

— Да.

— Фабиан мне как брат. Я за него жизнь отдам, и он за меня тоже.

— Это очень благородно.

— В нашей бригаде все друг другу доверяют, это главное. Но я не знаю, могу ли доверять тебе.

— Испытай меня.

Кристо улыбнулся:

— Хороший ответ.

Он убрал фонарик от ее лица и достал пистолет.

— Мы конфисковали его во время облавы, но в хранилище не сдали. Зато проследили, чтобы на нем остались отпечатки владельца, Уилсона Кабельо. Его безуспешно разыскивает ФБР.

— Зачем вам его пистолет?

— А ты как думаешь, Рейес? Если из этого пистолета кого-то прикончат, убийство повесят на его владельца; его продолжат искать. Если, к примеру, из него убьют тебя, все решат, что это дело рук Уилсона Кабельо. — Кристо поднял пистолет и наставил его на Рейес. — На улице четыре человека, и все покажут под присягой, что это он тебя застрелил. Облава, нарики, перестрелка… И Кабельо прикончил новенькую.

— Но зачем вам меня убивать? — Рейес пыталась скрыть отчаяние. — Чтобы на вас ополчился мой дядя? Чтобы разогнал бригаду? Может, проще отказаться от паранойи и поверить мне? Я с вами, черт, я одна из вас.

— В чем-то ты права, но знаешь... Я стреляный воробей и нутром чую: ты врешь. Так что мы как-нибудь разрулим трудности, связанные с твоей смертью. Нам не впервой. — Кристо с сухим щелчком взвел курок. — Ты явилась шпионить за нами?

Рейес почувствовала, как к глазам подступают слезы.

— Если сомневаешься во мне, стреляй.

— Сомневаюсь, — ответил Кристо.