Ренегат космического флота (СИ) - Борчанинов Геннадий - Страница 33

— Итак, дамы и господа, начнём, — произнёс я, окидывая собравшихся пристальным взглядом.

Все были собраны и сосредоточены, никто не ковырялся в планшете на заднем ряду, как это бывало на обычных совещаниях, никто не витал в облаках. Решались вопросы, по сути, нашего физического выживания. Дело касалось лично каждого.

— Я много думал о наших дальнейших действиях, — произнёс я, разворачивая перед всеми звёздную карту. — Если говорить прямо, то сейчас в наших руках три системы, это Форос, Королёв и Дер Эквинум. И это проблема.

— Почему? Наоборот ведь, это хорошо, чем больше у нас систем, тем лучше, нет? — нахмурилась принцесса.

— Нам придётся распылять силы, если мы хотим удержать хоть что-то, — проворчал контр-адмирал.

— Так точно, — согласился я. — К счастью, в данный момент есть смысл удерживать только Новый Форос. Граф Серебряный пока хранит молчание и делает вид, что подчиняется совету, а Дер Эквинум…

— Нахрен никому не нужен, — ухмыльнулся Магомедов.

— Именно так, — хмыкнул я, но всё равно метнул в старпома сердитый взгляд.

— «Эгида» и оба корвета останутся здесь, это было моим условием, — напомнил Платонов.

Я посмотрел на него и невозмутимо кивнул. Про это условие я помнил, да и вообще, разумнее всего было оставить тяжёлый крейсер как раз на обороне системы. И корветы тоже.

— Форос и Королёв в данный момент разделены, — продолжил я. — Между ними… Ротар-4, как раз посередине, и снабжаться отсюда Королёв не может. Все наши корабли будут перехвачены «Церерой», которая несёт там службу.

Кап-три Юсупов вдруг поднял руку, и я жестом разрешил ему высказаться.

— Прошу прощения, «Цереру» там усилили ещё одним кораблём, — произнёс он. — С ней теперь «Неукротимый». Они-то нас и потрепали.

— Значит, для вас это теперь личное, — хмыкнул контр-адмирал.

«Неукротимого» я знал, всего лишь корвет. Зато «Церера» это полноценный крейсер, способный надрать нам задницу, даже не вспотев. Если бы я вдруг по недомыслию вышел на «Гремящем» с ним один на один. Или если бы попался в западню.

— Ротар-4 необходимо захватить или переманить на свою сторону. Силой или дипломатией, — произнёс я. — Ваше Высочество, вы знакомы с тамошним губернатором?

— Только слышала о нём, — пожала плечами Елизавета.

— Я знаком, — подал голос граф Белогорский, в отличие от нас, сидящий в удобном кресле в своей резиденции и попивающий красное вино. — Если говорить прямо, то мы его не переманим.

— Почему? — спросил я.

— Во-первых, он, извиняюсь, редкостный мудак, — начал перечислять граф. — Во-вторых, у меня с ним затяжной конфликт на почве поставок продовольствия, он требует скидок и пытается на меня давить…

— Детали опустим, — перебил я.

— Хорошо, опустим. В-третьих, его супруга, дочь моего троюродного брата, активно поддерживает партию Стечковского, который имеет место в регентском совете, — продолжил Белогорский. — Ну и в-четвёртых, повторюсь, он просто неприятный тип. Недоговороспособный.

Достаточно было только первой причины.

— Ротар нам необходим как воздух, — сказал я. — Кроме того, он открывает путь на Новую Москву.

— К ней можно долететь и в обход, — возразил лейтенант Козлов. — Вот же, маршрут строится.

— Можно долететь и в обход, — кивнул я. — Вот только мы тогда прилетаем в систему, где базируется «Титан», оставляя в нашем тылу ещё и крейсер с корветом.

Краем глаза я заметил, как одобрительно кивнул контр-адмирал Платонов. У него определённо имелось мышление стратега, лейтенант Козлов же пока им не обладал.

— А если сделать ход конём и забрать что-нибудь вот здесь, — предложил Магомедов, показывая на карте в противоположную от столицы сторону, ближе к окраинам Империи. — Может, и без драки обойдётся.

— Заманчиво, особенно, если без драки, — усмехнулся я. — Но время играет против нас. Граф Серебряный дал понять, что его скоро заменят, а значит, Королёв тоже будет для нас потерян.

— Тогда и выбора у нас нет, — сказал Козлов. — Надо лететь к Ротару и освобождать путь.

— Я почту за честь присоединиться к вам в этом походе, — произнёс Юсупов, млея от собственного пафоса.

Я вспомнил предоставленную Игнатовым записку с краткой характеристикой капитана Юсупова. Склонен к красивым жестам, к игре на публику, честолюбив, даже тщеславен. При этом его задвигали по службе, предпочитая давать звания и чины менее способным, но более родовитым кандидатам. Неудивительно, что он поднял мятеж и решил перейти к нам.

— И я почту за честь сражаться с вами плечом к плечу, — ответил я. — Но, чтобы не было путаницы, флагманом будет «Гремящий». Несмотря на различие в классе.

— Безусловно, — ответил Юсупов.

Кажется, такое решение устраивало абсолютно всех. И контр-адмирала, и мою команду, и самого Юсупова.

— Теперь к вопросу безопасности Её Высочества, — переменил тему я.

Елизавета посмотрела на меня с недоумением, и я продолжил.

— Нужно определиться, где для вас будет безопаснее, — пояснил я. — Если «Гремящий» пойдёт в бой…

— Нет, стоп! — перебила она меня. — Вы что, хотите оставить меня здесь?

Её взгляд метал молнии, она бы испепелила меня на месте.

— Я не могу вами рисковать, Ваше Высочество, — медленно произнёс я, выразительно глядя ей в глаза.

Даже если бы нас связывали исключительно рабочие отношения. А теперь и подавно. Я не прощу себе, если по моей вине она пострадает или вообще погибнет. Без неё всё наше сопротивление не имеет смысла. А держаться подальше от сражения, трусливо прячась за кормой «Гелиоса»… Не в моём стиле.

— Это обоснованный риск, господин командор, — холодно произнесла принцесса. — Вы летите со мной, или не летите вовсе.

— Если с вами что-то случится… Всё наше сопротивление развалится, — возразил я.

— Ровно то же самое можно сказать и о вас, командор, — хмуро произнесла она.

И в этом она тоже была права. Я тоже, сам того не желая, стал одним из символов сопротивления. Тот же Юсупов наверняка не переметнулся бы, если бы наш мятеж возглавлял кто-то другой. Но я-то был имперским офицером, каждый день готовым погибнуть во имя государя, я знал, на что иду.

— Ваше Величество, я буду счастлив пригласить вас погостить в моём поместье, — подал голос граф Белогорский.

— Вынуждена ответить отказом, Ваше Сиятельство, — продолжая буравить меня ледяным взглядом, произнесла Елизавета. — Но за приглашение искренне благодарю.

— Командор прав, вам не следует… — сказал контр-адмирал Платонов.

— Мне решать, что мне следует делать, а что нет, — перебила его принцесса.

— Если вдруг начнётся космический бой, вероятность вашего выживания снижается на порядок, — спокойно продолжил адмирал. — Корабль может быть уничтожен одним удачным попаданием, вы это понимаете?

— Понимаю, но буду надеяться, что господин командор не подставится под выстрел, — хмыкнула она.

Уже не так уверенно.

— Даже если вы успеете добраться до спасательной капсулы, есть шанс, что вы попадёте в руки врага, а это ещё хуже смерти, — произнёс вдруг подполковник Игнатов.

Лестно было осознавать, что в этом вопросе все на моей стороне, а не пытаются выслужиться перед Её Высочеством. Отступать, однако, она не собиралась, хотя пыл её заметно поугас. Принцесса решила зайти с другой стороны.

— Так, может быть, со мной на борту до сражения вообще не дойдёт? — сказала она. — Разве станет кто-то атаковать корабль с членом императорской фамилии?

— Может сработать и наоборот, — хмуро заметил Игнатов. — У вас тоже достаточно врагов, Ваше Высочество.

— Я лечу на «Гремящем», это не обсуждается, — заявила принцесса. — Я понадоблюсь вам, если придётся принимать капитуляцию системы, если понадобится назначать губернатора. В Королёв лететь тоже мне.

Елизавета посмотрела на меня умоляющим взглядом и одними губами прошептала «пожалуйста». Я опустил взор и тяжело вздохнул, понимая, что принцесса всё равно добьётся своего, даже если её скрутить и вывезти на другую планету. Проникнет на эсминец в багаже или подкупит кого-нибудь из команды, или ещё как-нибудь. Пусть лучше будет под моим присмотром.