Двойник короля 20 (СИ) - Скабер Артемий - Страница 10

Секунда на оценку. Прыгнуть в лес? Ещё не поздно. Исчезнуть, раствориться в темноте, пойти своим путём, без чужих глаз за спиной. Нет, выгоднее принять помощь… пока что. Сжал губы и начал спуск. Ступеньки холодные, скользкие от ночной влаги, ладонь крепко сжимает поручень. Один неверный шаг, и под колёса.

Мышцы напряжены, готов к любой неожиданности. Я за ним, глаз не спускаю. Малейшее подозрительное движение, и Дымов — покойник. Могу его убить, монстры сожрут останки, а я дальше куплю себе билет и затихарюсь.

Дымов открыл дверь. Тусклый свет направился из коридора вагона, запах пыли и кожаных сидений ударил в нос. Ничего подозрительного… пока.

Проверил периметр: никого в коридоре, пусто. Мёртвая зона для атаки справа — там туалет, слева — купе. Возможный путь отступления — окно в конце коридора.

Переступил порог, половицы скрипнули под ногами. Тепло обволокло тело после ночного холода. Дверь закрылась за спиной с тихим щелчком, отрезав путь назад.

Дымов обернулся. Его взгляд скользнул по моему лицу, по плечам, по рукам. Оценивающе, изучающе, как тогда, в Енисейске. Только сейчас в глазах что-то новое.

— А ты заматерел! — хмыкнул Дымов. — Когда я тебя в прошлый раз видел, ещё пацан был.

Я молчал, продолжал оценивать обстановку. Три двери слева, одна — справа. Куда ведут? Кто за ними? Насколько быстро смогу среагировать, если оттуда кто-то выскочит?

— А сейчас… Вон лицо какое, взгляд, да и в плечах разошёлся.

Пытается расположить к себе? Или просто болтает от нервов? Дышит чаще обычного, пальцы теребят цепочку часов — нервничает. Боится меня? Хорошо. Страх делает людей предсказуемыми.

— А сколько всего успел сделать за это время? И ведь не скажешь, что тебе столько лет.

— Слушаю, — никак не отреагировал на его слова.

Пусть говорит, пусть раскрывает карты первым. Я подожду.

— И всё такой же подозрительный… — хмыкнул мужик, поглаживая свои тонкие усики указательным пальцем. — Пойдём место твоё покажу. И не переживай, нет никакой ловушки или обмана. Зачем мне рисковать и великому князю, чтобы тебе помочь?

— Потому что он заинтересован в успехе моего путешествия, — ответил я, наблюдая за реакцией.

Зрачки Дымова чуть расширились, дыхание на мгновение сбилось. Попал в точку.

— Тут ты прав, — пригладил он свои тоненькие усики, скрывая нервозность.

Я двинулся за ним по коридору, держусь на расстоянии двух шагов — не ближе, не дальше. Оптимальная дистанция для атаки и защиты. Взгляд скользит по стенам, потолку, полу, ищу скрытые механизмы, ловушки, артефакты.

Целый вагон — роскошь по нынешним временам, орден не жалеет средств. Обстановка добротная, но не кричащая: тёмное дерево, медная фурнитура, тяжёлые шторы на окнах. Два купе и остальное, как я понял, что-то типа камер. Запертые двери с маленькими окошками. Усиленные петли, магические печати по углам. Серьёзная охрана для обычного преступника.

Мне указали на дверь, которая находится слева.

— Твой номер. Обустраивайся, я позже загляну, и обсудим наши дела.

Кивнул, но не спешил заходить, сначала проверка. Магическое зрение активировано. Мир вокруг подёрнулся голубоватой дымкой, контуры предметов стали чётче, ярче.

Духовное зрение тоже на пределе. Ещё одна реальность наложилась на первую. Тонкие нити энергий, связи между предметами, отпечатки чужих прикосновений, напряжение отдаётся пульсацией в затылке.

Ловушек, артефактов не вижу. Дверь чистая, ручка холодная на ощупь. Повернул медленно, готовый отскочить при малейшем подозрительном звуке. Зашёл. Просторнее, чем ожидал. Большая кровать, застеленная свежим бельём. Запах лавандового мыла щекочет ноздри. Столик у окна, два кресла. Занавески плотные, не пропускают свет. Ванная с туалетом скрыта за раздвижной дверью, внутри чисто. Медный кран блестит, вода шумит в трубах под полом.

И даже еда… Поднос на столике накрыт салфеткой. Пахнет мясом и специями. Желудок предательски сжался. Когда я ел в последний раз? Не помню.

Мозг отказывался верить в то, что мне помогают, пусть и незначительно. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Где подвох? В чём ловушка?

Упал на лежбище и потянулся. Пружины мягко сжались под весом тела. Удобно, слишком удобно, но расслабляться нельзя.

Выпустил двух морозных паучков. Они тут же юркнули вверх, расположились на потолке. Восемь глаз каждого осматривают комнату, передают мне картинку. Идеальные часовые.

Мясные хомячки в форме зверей разбрелись по углам. Маленькие, незаметные, смертоносные. Ещё в форме насекомых — несколько сотен. Распределил их по всему купе: за шкафом, под кроватью, вдоль плинтусов. Теперь каждый сантиметр под контролем.

Окно рядом — в крайнем случае я смогу уйти. Стекло двойное, но не проблема: один удар, и путь свободен. Снаружи — поручни, можно спуститься или прыгнуть.

Поднялся, провёл рукой над едой. Яда нет — ни магического, ни обычного. Запах свежий, аппетитный. Язык ощущает привкус собственной слюны.

Взял ложку и съел всё. Не смакуя, не наслаждаясь., быстро, методично. Потребовалось всего несколько минут. Пюре, две котлеты, салат и солянка исчезли. Последний кусок я проглотил, почти не жуя. Желудок издал звук лёгкого облегчения. Тепло разлилось по телу, в голове прояснилось. Только сейчас понял, насколько был голоден.

В дверь постучали — три коротких удара. Паучки на потолке замерли, повернули головы ко входу. Мясные хомячки приготовились атаковать.

— Войдите, — произнёс я спокойным тоном.

— О, смотрю, ты уже перекусил, — улыбнулся следователь, входя в купе.

Глаза быстро оценили обстановку. Он заметил пустую тарелку, удовлетворённо кивнул. Я выпустил своих монстров, чтобы проверить, чувствует ли их Дымов. Судя по тому, как себя ведёт, нет.

Вот только как он меня обнаружил на вагоне поезда? Заключённый — в вагоне. Что Дымов там делал? Да и никто не знал, когда я отправлюсь.

— Ну что, пробежимся по твоему заданию? — произнёс следователь.

Он расположился на стуле у окна. Расстегнул пуговицу на пиджаке, достал часы, глянул на время и положил обратно.

— Давайте попробуем, — холодно ответил я, садясь напротив.

Сидел прямо. Спина не касалась спинки стула, руки свободны, ноги готовы к рывку. Могу атаковать за долю секунды, если потребуется.

— Я помогу тебе добраться до южных земель, — начал Дымов. — Дальше нужно будет пройти через нашу армию, выйти на твои бывшие территории и потом уже по Османской империи.

Интересно, они уже в курсе письма султана, отправленного мне? Поэтому такое «задание»?

— У меня свой план, — отрезал я, наблюдая за реакцией мужика. — Помимо просьбы Амбиверы, есть и другие вопросы, которые я буду решать. Как, в какой последовательности — моё дело.

Чётко обозначить границы. Я не их марионетка, не исполнитель приказов. У меня свои цели, свои методы. Могу сотрудничать, но не подчиняться.

— Да на здоровье! — улыбнулся Дымов, разводя руками. — Главное — сделай то, что тебе приказали.

Приказали? Глаза сузились, пальцы едва заметно дрогнули. Сердце ударило чуть сильнее. Приказали? Мне?

— Приказывают вам, — дёрнул щекой, не скрывая раздражение. — Я лишь соблюдаю договорённости, мне помогли — я отвечаю. Если что-то пойдёт не так, то и делать ничего не буду.

— Мальчик мой… — хмыкнул Дымов, покачав головой.

Мальчик? Во мне что-то щёлкнуло. Холод растёкся от сердца, мороз начал расходиться волнами. Воздух в купе стал кристально чистым, звенящим. На окне появился лёд — тонкая паутина инея быстро расползалась по стеклу. Капли конденсата на графине с водой замёрзли, становилось всё холоднее.

Когда следак выдохнул, то вышел пар — густой, белый, как в самый лютый мороз. Его глаза расширились. Он понял, что перешёл черту. Зубы застучали, Дымов дёрнулся всем телом. Кожа побледнела, на щеках выступили красные пятна, дыхание сбилось. Страх. Чистый, неподдельный страх.

— Я не это хотел сказать… — пропищал Николай Сергеевич, обхватывая себя руками.