Тактик 4 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar" - Страница 7

Я продолжал молчать и одеваться.

Вот ведь… рыцарский долг… Не так давно я был просто геймером, которого тихо-мирно отправили в Бразилию, где в лесах живёт много-много диких обезьян и спряталась одна маленькая магическая аномалия.

— Хорошо, — сказал я, оборачиваясь к мэру. — Давайте предположим, что я не отказываюсь. Однако мне были бы необходимы условия.

Лицо мэра Тибо осветилось надеждой.

— Любые условия! Что угодно!

— Ну, во-первых, мне нужна полная власть в военных вопросах. Никакого вмешательства, никаких советов, никаких сомнений от ваших горе-стратегов. Я командую — вы выполняете.

— Согласен!

— Во-вторых… Смотрите, кто бы ни был этот враг, он посчитал что для вторжения ему нужно обезглавить регион?

— Ну, выходит что так.

— Получается, враг считал, что если бы герцог был жив, то смог бы организовать оборону?

— Люди верили в сэра герцога Люзариаса.

— Не совсем то, о чём я говорю… Значит, выдержать нападение было, теоретически, возможно, однако потребует всех ресурсов города, и я сейчас вовсе не про одни лишь финансы. Люди, оружие, припасы, строительные материалы, магия, лошади, деньги. Все, что может пригодиться для обороны.

— Само собой!

— И, в-третьих, — я сделал паузу, глядя ему прямо в глаза, — если я сочту, что город нельзя удержать, мы будем отступать. Я не собираюсь геройски погибать ради красивого жеста и вам не дам.

Мэр на мгновение заколебался, но потом решительно кивнул.

— Я от лица города Каптье согласен на ваши условия. Все, что угодно, лишь бы дать нашим людям шанс выжить.

Я подошел к нему и протянул руку.

— Я ещё не говорю вам «да», господин мэр, — твердо пояснил свой жест. — И не принимают поспешных решений, тем более таких важных.

Но он схватился за мою руку с такой силой, словно это было его последней надеждой.

— Скажите, господин мэр, — добавил я, отпуская его руку, — а есть ли какая-то информация о враге?

Тибо отрицательно покачал головой.

— Ладно. Давайте вернёмся к наших силам. Что у нас с военным потенциалом?

Мэр болезненно поморщился.

— Городская стража — сорок семь человек или около того, включая соглядатаев стены и охраны ворот в город, в сторожке.

— Ворота одни?

— Да. Так вот, их охраняет городская стража капитана Волагера. Но они привыкли ловить пьяных дебоширов и разнимать споры на рынке, а не воевать.

— Логично. Гарнизон города?

— В центре у нас замок семьи герцога, они и есть гарнизон. Дружина сэра герцога… я точно не знаю, сотни полторы, наверное. Но их командир, сэр Годвин де Пейппир погиб.

— Это я понял. Сколько народа мы сможет поднять в состав ополчения?

— Мы ни разу этого не делали, я про такое только слышал и в книжке одной читал, она такая интересная и с картинками…

— Погодите вы про книгу, — перебил я его, завершая процесс сборов, подгоняя ремень и пряча ножи.

Вообще-то я теперь готов прыгнуть на коня и героически усвистать в сторону горизонта, но…

Что-то подсказывает мне, что я не побегу.

Пока мэр говорил, мой мозг работал в привычном аналитическом режиме, раскладывая полученную информацию по полочкам.

Скоординированные убийства это само по себе несколько боевых групп прямо здесь. А где диверсия, там и разведка, значит они знают всё, что надо знать. Кстати, они знают, а я — нет.

Первый ход сразу убийственно эффективен — полное обезглавливание, ликвидация командования.

— А кто, стесняюсь спросить, сейчас руководит солдатами герцога? — продолжил я допрос.

— Комендант Хюнтер и капитан Гаскер, заместитель убитого командира. Старый вояка, честный человек.

— А стража, кто ими командует?

— Достойный человек, не так давно я был на свадьбе его сына… Простите, я отвлёкся. Капитан стражи Волагер, но он… — мэр замялся.

— Трус? — предположил я.

— Невоенный человек.

— Он не сбежал?

— Эээээ… Нет, вроде не сбежал.

После некоторых сомнений я нацепил ещё и шлем и посмотрел на мэра. Тибо Джеверран стоял, сжав руки в кулаки, и смотрел на меня с отчаянной надеждой. Этот человек был готов встать на колени, если потребуется.

Но я вот этого всего очень не люблю.

А я… я хотел отказаться и сказать «нет». Каждая клеточка моего тела кричала мне: «Беги! Седлай коня и скачи куда глаза глядят! Это не твоя война, не твой город, не твои люди!»

Я устал спасать чужие задницы и решать чужие проблемы. Вообще-то после всего пережитого я вполне заслужил свой отпуск.

Я же выполнил задание Анаи, получил награду, и теперь имел полное право заниматься своими делами? У меня есть собственный домен, который ждет моего внимания. У меня есть планы на будущее, которые не включают в себя героическую смерть на стенах захолустного городка.

«Скажи 'нет» и уходи,« — шептал внутренний голос. — 'Ты им ничего не должен. Ты не местный феодал, не их владыка, не их защитник. Ты просто путник, который оказался не в том месте не в то время. У тебя нет никаких обязательств перед этими людьми».

И это была правда. Юридически, морально, практически — я был свободен от любых обязательств. Я мог развернуться и уйти, и никто не имел бы права меня в этом упрекнуть.

Но…

— Вы же не бросите нас, — тихо сказал мэр, и в его голосе не было вопроса. — Я вижу это по вашим глазам. Вы рыцарь. Вы не сможете оставить беззащитных людей на растерзание зверям.

Черт его возьми. Он был прав. Я действительно не мог.

— Честно говоря, господин мэр, — медленно проговорил я, — моя первая мысль была — немедленно седлать коня и мчаться отсюда подальше. Это не моя война. Я всех вас в первый раз вижу и то, что тут происходит — это не мои проблемы.

Лицо Джеверрана побледнело.

— Но… — я сделал паузу, глядя в окно на мирную утреннюю улицу, — я, видимо, действительно — рыцарь. Хотя и не очень хороший. И я не смогу спать спокойно, зная, что бросил людей в беде.

Мэр выдохнул с таким облегчением, словно до этого момента не дышал вовсе.

— Однако, — продолжил я жестко, — у меня всё ещё есть несколько вопросов. Начнём с обратного… А что, если вы прогоните меня как постороннего и откроете ворота? Теоретически, если убийства организовали бруосаксы. Ваш, так сказать, прогноз развития событий без активной обороны? Без прикрас, что по вашему мнению произойдёт?

Джеверран сглотнул и отвел взгляд.

— Не знаю как там у вас в Кайенне…

— У нас гражданских не трогали, хотя в критических ситуация, — тут я вспомнил защиту моста через реку Йорат и крепость Двух лун. — Их гнали взашей, эвакуировали. Но по большому счёту, дерущиеся не трогали «мирняк», хотя бы потому, что те представляли для них ценность живым и здоровым. Пустые города никому не нужны.

Мэр тяжело вздохнул и посмотрел мне в глаза.

— Прогноз? Три дня грабежа, — сказал он тихо. — Это традиция. Когда город берут штурмом, солдатам разрешают три дня делать все, что они хотят. Грабить, убивать, насиловать. Никаких ограничений, никакой дисциплины. Независимо от того, было сражение или нет, армию-то их полководец собрал, их солдаты захотят крови. Так что… Традиция…

Я молчал, слушая.

— Потом начнутся массовые казни, — продолжил он монотонно, словно зачитывал инструкцию. — Убьют всех, кто хоть как-то связан со старой властью. Всех зажиточных купцов и ремесленников — чтобы не было потенциальных лидеров сопротивления. Всех, кто покажется подозрительным или опасным.

Его голос стал еще тише.

— Выживших угонят в рабство. Мужчин — на рудники, женщин — в бордели или на плантации. Детей разберут по домам как слуг. Тех из них, кого не передавят. А сам город заселят переселенцами из Бруосакса. Тех, кстати, тоже сгонят сюда насильно, но для нас это слабое утешение. Через год от старого Каптье не останется и следа.

Я непроизвольно крякнул.

— Крепко тут у вас дела делаются, на границе.

То, что описывал мэр Тибо ужасно напоминало мне историю собственного мира. Кое-какие неприглядные, но совершенно реальные эпизоды. Геноцид под прикрытием законности. Стирание с лица земли целых сообществ во имя расселения другого народа под флагами политических амбиций и липовых рассуждений о расовом превосходстве.