Четыре подвала (СИ) - Прокофьев Андрей Александрович - Страница 43

Все остановились. Максим хотел сказать, уже открыл рот, но так и остался в этом положении, потому что в группе мальчишек возник Петр Васильевич.

— Да, закончите свою игру завтра, а сейчас мне нужно вас кое-что спросить. Костя, Максим, давайте отойдем на скамейку, присядем, а то дяденька старенький.

Костя и Максим ничего не сказали, они молча последовали за следователем, который направился к близлежащей лавочке, бывшей возле злополучного подъезда номер шесть, дома 38/3.

— Вопрос такой у меня к вам. Знаете ли вы о том, что сейчас собака Баскервилей в подвале? — спросил он, этим удивив ребят.

— Нет, откуда мы можем знать — ответил Максим.

Петр Васильевич посмотрел на Костю.

— Может и быть, я подумал, потому что Андрюха резко бросил играть и ушел домой — произнес Костя.

— А вот это ближе к теме, к той теме, которая мне интересна. Значит, ты заметил, что Андрей временами ведёт себя странно и ты уверен в том, что это происходит из-за того, что кто-то появляется в подвалах, что между этим есть прямая связь.

— Ну, не совсем, не знаю, и не только я — начал Костя и посмотрел на Максима, Максим никак не отреагировал, он в данный момент смотрел в землю.

Неподалеку от них стояли ещё несколько их же товарищей: Женька, Серёга, Игорь и мальчик, который так же был Костя. К ним подошёл ещё один пацан, в котором следователь сразу узнал Витьку Гутника, это по описанию внешнего вида, к тому же в руке у этого объемного мальчика имелся пирожок. Ребята сейчас не могли слышать разговор между своими друзьями и милиционером. Всё же обозначенное как расстояние «неподалеку» не позволяло этого сделать. Но смотрели с интересом, явно ждали того момента, когда можно будет спросить у Кости и Максима: что же случилось, почему главный мент по подвалам вновь появился в их дворе.

— Бывает что-то — наконец-то озвучил Максим.

— Вы думаете, что Андрей говорит правду? Ну, на пример, насчёт возможности попасть в будущее, использовать это для каких-то целей. Только не пытайтесь мне лгать. Я же уже говорил о том, что сразу отличаю ложь и правду.

Петр Васильевич закурил. В голове возникла мысль о собаке, которая сейчас в самой непосредственной близости, и рядом с которой находится её хозяин, или как его там правильно.

— И да, и нет — неожиданно ответил Костя.

— Интересно выходит, неожиданно, продолжай — сказал следователь.

— Он разный бывает. Мне иногда кажется, что у него с головой что-то. Он так говорит, как будто это не он вовсе. Вот тогда не очень хочется верить — сказал Костя.

— Не хочется верить или вы его начинаете бояться. Именно полагая, что он — это не он вовсе?

— Ну, примерно так — вставил своё Максим.

— Скажите, следопыты, а что конкретно Андрей говорит в тех случаях, когда он не такой, когда сомнения есть?

— Вот тогда он и говорит о том, что есть дорога в будущее, что он может провести туда, что с этого можно много что получить — ответил Костя.

— А что за это он просит? Не торопитесь, это очень важно. Он просит за это что-то сделать? — спросил Петр Васильевич.

— Да, он говорит, что нужно будет это держать в тайне — начал Максим.

— Это понятно — отреагировал Петр Васильевич — А что помимо этого?

— Мы создадим свою отдельную команду. Мы будем делать всё то, что потребуют из будущего — ответил Костя.

Нужно сказать, что ребята чувствовали себя отвратительно. Им отчётливо виделось, что они сейчас самые настоящие слабаки, что они подобны Гутнику. Ведь ничего не могут противопоставить следователю. Выкладывают ему всё как на духу. При этом не совсем понимают, почему это с ними происходит.

— Кто потребует из будущего?

— Мы не знаем. Но там же есть люди, есть те, кто может прийти оттуда сюда. Эти вот люди смогут на нас полагаться. Это такая игра, в этом нет ничего серьезного — ответил Максим.

— Ты думаешь, а я вот не разделяю твои слова, насчёт игры. Потому что это не игра, в том смысле, как вы понимаете. Это игра очень опасная и настоящая. Игра за которой есть только одно — и это смерть — сказал Петр Васильевич.

— Мы ещё ничего не сделали — пробормотал Костя.

— Ещё минутку, ладно. Но тот Андрей, который нормальный, вы ему говорили ведь о том, что он вам предлагал. Как он на это реагирует?

— Говорили, он говорит: не было ничего такого — уверенно ответил Костя, Максим кивнул головой в знак подтверждения.

— Ясно, вот это мне и было нужно. Выходит, что убийца может принимать облик Андрея. Так что мотайте себе на ус, как только он в таком виде, то сразу, под любым предлогом, подальше от него, потому что это не ваш друг, а убийца, хозяин собаки Баскервилей. Запомните мои слова. Я только вам напрямую это сказать могу. А знаете почему, потому что ваши родители, мои коллеги милиционеры этому не поверят. Вот какое дело мне приходится вести. Вот поэтому я и должен знать, что вы мне главные помощники. Есть я и есть вы втроём, в этом деле больше никого нет — несколько тише произнес следователь — И вот ещё что, настоящий друг никогда не будет требовать от своих же лучших друзей что-либо выполнить и тому подобное. Настоящий друг, он на то и друг, чтобы помочь, чтобы поделиться, и при этом ничего не потребовать взамен. Вы понимаете, о чем я говорю. Вы же отлично меня сейчас понимаете. А тот, который не друг вовсе, тот как раз и потребует оплаты долга. Я не просто так вас спросил.

— Мы понимаем это — ответил Костя.

А ведь действительно, чего здесь не понять. Всё просто и доступно было в словах этого милиционера.

Поэтому, после слов Петра Васильевича мальчишкам стало лучше. Причем с каждой истекшем секундой это чувство усиливалось. Никакие они не предатели, а они те люди, которым доверено участвовать в очень опасном деле, которое недоступно не только всем взрослым вокруг, но и даже другим сотрудникам милиции.

— Ну, если понимаете, то на сегодня у меня больше вопросов нет. Давайте по домам, не расстраивайте по пустякам своих родителей.

— До свидания — по очередно сказали Максим и Костя, но домой пошли не сразу, сначала подошли к своим друзьям.

Петр Васильевич же оставался на лавочке. Ему необходимо было принять решение здесь и сейчас. То чувство, которое приходило к нему ранее, то странное ощущение присутствия преступника в самой непосредственной близости, сейчас это не просто стало сильнее, это в данный момент поглощало целиком, давило с такой несоизмеримой силой, что ошибиться было нельзя: всё изменилось, всё это переступило неведомую черту, и сейчас цель преступника одна — это покончить с ним Петром Васильевичем Зиминым, потому что следователь перешагнул ту самую черту, следователь стал слишком много знать, и этого неведомый мистер Хайд допустить уже не может. Нет смысла отступать и ему Петру Васильевичу, да и невозможно себе даже представить, что он позволит себе струсить, не принять этого странного, смертельного вызова.

— Вас всех троих скоро посадят в тюрьму. Мне бабка моя сказала. Посадят вас, а вашу собаку отправят на опыты! — громко, истерично выкрикнул Витька Гутник, он же при этом отбежал от остальных мальчишек на несколько метров.

Он уже успел справиться с пирожком. Он очень плохо выговаривал букву «эр», поэтому его угрозы выглядели довольно комично. Особенно если слушать и смотреть на это со стороны. Что и довелось следователю, ведь он повернул голову на звук, он сейчас как раз наблюдал эту сценку.

«Витька Гутник, да, неприятный тип Витька Гутник, так вроде кто-то из пацанов сказал. Но кто? Какая разница. Витька любит жаловаться, Витька всё время кушает бабушкины пирожки. Какой приятный и послушный мальчик Витька Гутник. Нельзя его отдавать на ужин собаке Баскервилей. Которая съела всех, кто хотел похоронить хозяина заживо. В их числе и Витьку Гутника. Стоп, причем здесь Витька Гутник» — размышлял следователь, внимательно наблюдая за Витькой Гутником, который оставался на прежнем месте, который сейчас делал непристойные жесты в адрес своих обидчиков. Те ему не отвечали словами, те смеялись. Но в какой-то момент он всё же увидел, как Костя ответил толстому мальчику Витьке с помощью жеста, который был необычным, который показывал, используя руки, как огромная пасть собаки будет жевать Гутника.