Громче меча 4 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 96

Впрочем, Моргана, как ни крути, преодолеет тяжёлый южный участок и дальше её дела начнут налаживаться…

— Может, сделаем и то, и то? — предложил я. — Ты лучше шаришь, как надо мочить врагов в чистом поле, а я многое понял о штурме крепостей и потяну взятие следующих двух. Разделимся и ёбнем по всем фронтам — звучит как план?

— Я сам, только что, хотел предложить это, ниггер! — усмехнулся Маркус. — Ты читаешь мои мысли, бро!

*2003-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, суверенный участок юся и хоу Вэй Та Ли*

На огромной производственной площадке царила тишина — это зона тёмных фабрик, производящих десятки километров хлопковой ткани, главного сокровища Юнцзина.

Из-за подземного расположения и полутораметровой толщины кирпичных стен цехов, наружу не просачивается ни единого звука, а внутри никто и никогда не бывает — с северного торца загружается сырой хлопок, а с южного торца выходит готовая ткань. 24/7, без перебоев и остановок.

Раз в неделю из восточного отсека изымается короб с хлопковыми семенами, которые отправляются в агрогорода, а в остальное время взаимодействие с цехами ограничивается загрузкой сырья и забором готового продукта.

Сара, сопровождаемая свитой из служанок и двух ассистентов, неспешно прогуливалась вдоль цехов, наблюдая за движением рабочих, перевозящих на тележках сырьё и продукцию.

Это важнейшая статья доходов казны — пока что.

Скоро, если всё будет идти по тщательно проработанному плану, провинция Бэйлин, проходящая радикальную модернизацию средств добычи и переработки сырья, перекроет «хлопковый приток» и станет основным источником доходов казны.

— Запиши, — произнесла Сара. — Нужно провести инспекцию рудников и железоделательных заводов в провинции Бэйлин — не всех, но ключевых.

Ассистенты достали блокноты и занесли в них её слова.

«Я так привыкну к наличию служанок и ассистентов», — подумала Сара. — «Если удастся вернуться на Землю — как жить без них?»

Она думала об этом очень часто.

«Вернуться домой…» — вновь вернулась она к этой мысли. — «Если удастся, то что я буду делать? Я больше не смогу работать в школе…»

Она верит в Путь.

Она верит в Небо.

И сейчас у неё в душе теплится надежда, что Моргана — это и есть главная угроза Поднебесной, та угроза, ради уничтожения которой они и пришли в этот мир.

Сначала она думала, что это кровопийца, засевший во дворце, потом решила, что это Порочный Цикл, возникший в ответ на происходящее в Поднебесной, но теперь она уверена — это Моргана.

И если в их силах уничтожить её, если они уничтожат её, то их вернут домой.

«Если мы не справимся и умрём, то ничего уже будет не важно», — подумала Сара, степенно кивая кланяющимся ей рабочим. — «А если справимся и победим, то можно заранее попланировать. Что делать дома? Как жить дальше, после всего, что я здесь пережила?»

Уверенности в победе над Морганой у неё нет — это смертельно опасный враг, где-то на уровне тяньлуна Фэйшаньцзо, которому просто неинтересно уничтожать всех людей, а так бы он мог попробовать…

Виталий не придаёт этому значения, но Сара всегда помнит, что Фэйшаньцзо провёл две тысячи лет в медитации, питаясь чистой Ци — сейчас он в тысячи раз сильнее себя прошлого, только бежавшего в горы.

И судя по тому, как стремительно он разрушает холмы, горы и равнины, лежащие на пути будущей реки, непрерывно, день за днём, он до крайности могущественен. Ему бы ничего не стоило просто прилететь к Моргане и уничтожить её, вместе со всей армией кровопийц.

Но он не будет, потому что это ему неинтересно.

«Драконы — очень странные существа», — подумала Сара. — «Но я думаю, мне так кажется потому, что я короткоживущее создание, суетящееся по мелочам. Возможно, будь я сянем, я бы тоже отринула мирское и занималась чем-то по-настоящему интересным, а не всякой скоротечной суетой. Мне бы тоже было неинтересно озадачиваться этой мелочной толкотнёй за чьи-то шкурные интересы — наверное…»

Наконец, она перешла в секцию мастерских, где её интересовал только экспериментальный оружейный цех.

«Маркус работал над этим каждую свободную минуту», — подумала Сара, заходя в здание опытного производства.

— Великая княжна Суруо… — увидел её старший мастер-конструктор и рухнул на тщательно выметенный пол.

— Встань, мастер Жэнь Мин, — разрешила ему Сара. — Нет времени на церемонии. Мне доложили, что у вас есть какие-то подвижки с новым оружием.

— О, да-да! — поднялся на ноги и отряхнулся мастер Жэнь. — Большие подвижки, великая княжна Суруо!

Реншу одарил её не ванством, не обычным наделом, а номинально независимым великим княжеством на западе Центральных провинций.

Эти земли не наследные, а что-то вроде принца Уэльского в Великобритании — каждый регент при императоре будет получать титул великого князя Дагунфэнского. Эти земли, после того, как будут вновь заселены, перейдут в подчинение императорской администрации, поэтому титул великого князя Дагунфэнского сугубо номинальный и нужен исключительно для повышения статуса Сары в глазах общественности.

Реншу такой манёвр очень понравился, так как он теперь рассчитывает, что Сара будет лично заниматься заселение опустевших провинций и это ускорит их восстановление.

К сожалению, для него, Сара не собирается тратить своё время на этот долгоиграющий проект с непонятными перспективами, поэтому внимания западу будет уделено исключительно в рамках необходимого минимума.

— Вот этот образец — он полностью функционален! — сообщил мастер Жэнь и открыл коробку.

Внутри лежал неказистого вида револьвер, щёчки на рукояти которого были украшены слишком вычурно. На фоне остальных деталей, выглядящих изготовленными небрежно, эти щёчки смотрелись чужеродно: изготовлены они из красного дерева, на котором вырезали изображение божественного дракона, покрытого позолотой.

— Калибр — два фыня, — сообщил довольный мастер. — То есть, я хотел сказать, 6,7 миллиметров.

Настоящий калибр — 6,66 миллиметров, потому что один фынь равен 3,33 миллиметрам, как было установлено Маркусом в ходе его трудоёмких изысканий.

— Испытайте его при мне, — приказала Сара.

— Хорошо, великая княжна, — поклонился мастер и вытащил револьвер из коробки.

Он прошёл к соседнему верстаку, достал из выдвижного ящика шкатулку с готовыми боеприпасами и расставил на верстаке семь латунных патронов.

Как известно Саре, гильзы высверливаются из латунных болванок, что очень трудоёмко и о массовом производстве подобных боеприпасов лучше сразу забыть. Маркус говорил, что на Земле гильзы производят совершенно иначе, неким методом вытягивания, который требует целой цепочки очень точных станков, которые просто невозможно построить в нынешних условиях.

Мастер вставил первый патрон в барабан, а затем сдвинул его и вставил новый, затем снова сдвинул барабан и так далее.

«Я видела в фильмах, как револьверные барабаны откидывались, и можно было высыпать стреляные гильзы», — припомнила Сара, наблюдая за этим процессом. — «Наверное, это слишком сложно реализовать, поэтому Маркус не стал».

Он очень просил её приглядывать за мастерами, чтобы не отклонялись от его инструкций и старательно выполняли порученную работу.

— Юйлу! — позвал мастер Жэнь.

Примчался какой-то тощий парень в небогатой одежде. На вид ему лет пятнадцать, но он может быть и младше — тяжёлая работа в мастерских сильно старит.

— Иди на стрельбище и покажи мудрейшей великой княжне Суруо, как стреляет наш живочжун! — велел ему Жэнь Мин.

«Жи Во Чжун» — это почти что бессмыслица, переводимая как «Солнечного гнезда пушка», но таким образом мастер Жэнь воспринял слово «револьвер».

Сара проследовала за пареньком, взявшим в руки револьвер, и оказалась на заднем дворе цеха, где мастер оборудовал стрельбище.

В десяти метрах от огневого рубежа располагалась мишень из мокрой глины с нанесённой на неё разметкой.