Громче меча 4 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 82

Резина прибывает из восточных провинций, хотя исторически недавно в центральных провинциях началась культивация бересклета, ядовитого растения, из которого получают резину. (1)

— Твой корм приготовлен, — сообщила мне Лу.

— О-о-о, отлично! — заулыбался я. — Реншу, тебе сколько осталось?

Новоиспечённый император сидел на циновке и пыжился с 10-килограммовой гантелью. Он тягает гантель на одной головке бицепса — это очень тяжело, но он уже почти привык.

— А-а-а! — заорал он и уронил гантель.

— Значит, сделал всё правильно, — сказал я и подошёл к нему.

Судя по течению Ци по меридианам его правой руки, произошёл разрыв и организм спешно стягивает все резервы к месту повреждения.

— Теперь левая, — сказал я.

— Мне нужно отдохнуть… — попросил Реншу.

— В гробу отдохнёшь, — покачал я головой. — Там будет дохуя времени. Приступай.

С негодованием выдохнув, император взял гантель в левую руку, выровнял позу и начал деактивировать «лишние» мышцы. Наебать меня в этом деле невозможно, потому что я вижу, в режиме реального времени, как работают меридианы в его левой руке.

— Молодец, — улыбнулся я. — Начинай подход.

Реншу начал выполнять упражнение, скрипя зубами и цедя сквозь них тихие и недобрые слова.

Лу подошла к нему и положила руки ему на плечи.

— А-а-а-а-а!!! — прокричал Реншу, когда мышца, прямо на моих глазах, лопнула. — Ненавижу тебя!!!

— Молодец! — похвалил я его. — Теперь вторую головку, под мой счёт! Начинай! Раз!

— А-а-а-а!!! — заорал император и начал делать повторы.

— Два! — считал я. — Три!

От этого, напрямую, зависит его продолжительность жизни — не в физиологическом смысле, а, скорее, в политическом, поэтому я не позволяю себе ложной жалости. Как врач, вырезающий гнойник, я выжимаю из него физическую и духовную слабость…

— Ещё! — потребовал я, когда увидел, что мышца близка к разрыву. — Давай!

Реншу совершил ещё один повтор и она лопнула.

— Заебись! — воскликнул я. — Лу, помоги ему встать, отмой в душе и веди в столовую — будешь кормить его с ложечки!

Забегаю в душевую кабину и начинаю смывать с себя пот.

Вытираюсь махровым полотенцем, надеваю халат из теневого шёлка и иду в столовую, где во главе обеденного стола сидит многострадальный Реншу, которого Лу кормит с ложечки.

У него адски болят ноги, не успевшие восстановиться после вчерашнего, а сегодня к ним присоединились руки, а завтра настанет черёд спины — комплекс упражнений предполагает, что мы разъёбываем ключевые мышцы по дням, но остальные мышцы нагружаем умеренно. То есть, нагрузки системны и непрерывны.

Я подвергал себя такому самостоятельно, в Храме и близко не было таких же нагрузок, в основном потому, что я был слаб, но теперь я по-настоящему силён и могу проворачивать не такое.

Это настоящая сила, необоримая, непреодолимая — я начал понимать, как легко возомнить себя полубогом…

Четыре дня назад я помогал закладывать фундамент нового университета в квартале Байшань — ворочал, на глазах ошалевшей общественности, 1,5-тонные гранитные блоки.

Это будет технический университет, который станет основой высшего образования Поднебесной — впервые в истории континента будут готовиться многопрофильные инженеры и архитекторы.

При Байшаньском техническом университете будет военная кафедра, на которой будут готовиться военные инженеры и артиллеристы для Поднебесной Императорской Армии и Корпуса морской пехоты Поднебесной.

«Золотые драконы на погонах…» — вспомнил я о единственном изменении, произошедшем при переподчинении наших войск императору.

Форма, экипировка, система воинских званий — всё осталось точно таким же, как и в КМП Юнцзина, но для ПИА пришлось придумывать другие знаки отличия.

Штатная численность Поднебесной Императорской Армии должна будет составить 100 000 человек, включая офицеров и сержантов, но без обслуживающего персонала.

Штатная численность Корпуса морской пехоты Поднебесной же будет возвращена к 50 000 человек, сразу же после завершения Бэйлинской кампании.

ПИА будет самым многочисленным компонентом Вооружённых Сил Поднебесной империи, а КМП станет элитным родом войск, который, когда придёт время, будет готовиться для военно-морских операций, а не как сейчас.

В перспективе, когда мы возьмём под контроль Центральные провинции, ПИА будет расширена до 500–600 тысяч человек, что сделает её не беспрецедентной, но довольно-таки значимой силой.

А если учесть, что готовиться она будет по стандартам Маркуса…

Сажусь за стол справа от императора и вооружаюсь здоровенной стальной ложкой.

Личный повар императора, Чэнь Шидан, поставил передо мной котёл с памповой кашей и я набросился на эту пищу богов со зверским аппетитом.

Каша таяла во рту, практически сразу же насыщая меня чистой энергией, но я ел настолько быстро, что часть каши успевала пройти по пищеводу и достичь желудка. КПД усвоения пищи давно достиг 100%, поэтому единственное, зачем я хожу в туалет — это отлить. Всё остальное растворяется без остатка и используется во благо трудового народа…

Лу аккуратно кормила страдающего Реншу, который, тем не менее, жевал очень активно — его организму требуется всё больше и больше еды, чтобы восстанавливаться как можно быстрее.

«Рубикон» он пересёк самостоятельно, ещё в убежище — он подчинил себе свой организм и теперь сам решает, когда достаточно тренировок и нужно отдохнуть. Но жалость к себе в нём всё ещё присутствует — поэтому он ноет и скулит, когда травмирует свои мышцы.

В столовую вошла Сара.

У неё сейчас тоже время тренировок — для них у нас есть Зал Духовной Памповости, то есть, я хотел сказать, Зал Непобедимого Духа, где всё устроено для максимальной эффективности духовных практик.

— Виталий, ты забыл? — спросила она.

— О чём? — нахмурил я брови и перестал жевать.

— У тебя, по графику, занятия, — напомнила мне Сара.

— Не-е-е-е-ет… — зажмурил я глаза.

— Ха-ха-ха!!! — глумливо рассмеялся Реншу. — Хах-ха-ха!

— Когда я вернусь, ты расплатишься за каждый свой «ха», — пообещал я ему.

Император резко замолк.

— Давай, быстрее, — потребовала Сара.

— Я сейчас! — ответил я и удвоил скорость поглощения памповой каши.

Оставшиеся два-три килограмма этого божественного хрючева исчезли у меня в желудке, а затем я вытер рот салфеткой и встал из-за стола.

— Удачи, — пожелала мне Лу.

— Спасибо, родненькая, — улыбнулся я ей.

Мне нужны духовные практики, потому что существует, теперь уже очевидная всем, уязвимость — потеря контроля.

Я мог убить Александру быстро и эффективно, что позволило бы мне избежать ранения, но я не захотел. Мне очень легко было уговорить себя промедлить, чтобы она помучилась подольше.

И я поставил под угрозу свою жизнь и будущее Поднебесной. Маркус и Сара, наверняка, справились бы и без меня, в конце концов, они тоже могущественные юся, но им бы потребовалось гораздо больше времени.

Во время разбора произошедшего мы коллективно решили, что мне нужно заниматься самоконтролем. А высокий самоконтроль достигается только через закалку воли.

Захожу в Зал Духовной Памповости и сажусь на циновку перед Сарой.

— Начинаем, — произнесла она. — Первая фаза — введение.

Передо мной материализовался настоящий пидарас, Пашка Петров из 7А. Он взят прямо из моей головы — пришлось дать Саре доступ к собственному разуму, что потребовало кучи времени и усилий. Находясь у себя в башке и чувствуя, что в ней есть ещё кто-то, очень тяжело расслабиться и открыть довольно-таки травматичные воспоминания.

— А кто это у нас тут⁈ — с ехидным выражением лица спросил этот маленький говнюк. — Виталя Рваные Штаны!

Жопа сразу же заполыхала.

Этот пидарас был «лидером» класса — бывают такие. И он, с какого-то хуя, назначил меня изгоем. Однажды он сорвал с меня штаны на линейке, из-за чего я попытался въебать ему, но попал по своему тогдашнему школьному другу, Игорю Григорьеву.