Громче меча 4 (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 102

— А чего не кабанчик? — поинтересовался я.

— Это кабаниха была, с поросятами, — ответил он.

— И чего? — нахмурилась Апполин, сидящая у разжигаемого Каспером костра.

— Жалко стало, — ответил Маркус. — Ну и я сходил по следам за оленем и убил его.

— А вдруг он платил алименты за оленят? — спросила Апполин. — И ты, своими действиями, оставил без пропитания пару-тройку Бэмби — что ты чувствуешь на этот счёт?

— Ой, да иди ты, — усмехнулся Маркус. — Лучше помоги мне разделать этого здоровяка.

— Я помогу, — разогнулся Каспер. — Помнится, с батей частенько ходили на охоту…

— Началось… — пробурчала Апполин.

— Эй, эту историю я ещё не рассказывал! — воскликнул Каспер.

Извлекаю княжий меч из ножен и сажусь у костра.

Достаю из подсумка принадлежности и начинаю чистить меч — ни одно оружие долго не протянет без ухода.

Мой княжий меч сильно настрадался за прошедшие битвы и стычки — возможно, нужно выковать новый. Но таким качественным он уже не будет, так как негде взять кровь, эквивалентную крови мастера Гао.

Так-то, моя кровь тоже весьма неплоха для изготовления кровавой стали, но добыча нужного объёма железа из моей крови займёт неприлично много времени.

Идеально было бы как-то уговорить Фэйшаньцзо стать великим донором крови — я даже боюсь представить, что за сталь получится из драконьей крови…

Предполагаю, что этот металл обретёт способность восстанавливать свою структуру и устранять полученные повреждения — даже если не это, то что-то обязательно будет.

Читывал я как-то произведение в жанре санься, в котором был герой с кинжалом из крови инлуна, то есть, божественного дракона. Этот кинжал, по сюжету, обрёл собственное сознание и очень сильно помогал герою в культивации — даже как-то подсказал ему, где копать, чтобы найти легендарные ртутные пилюли.

В конце концов, кинжал его очень коварно предал, потому что, как оказалось, был изготовлен из крови не инлуна, а хэйлуна, то есть, чёрного дракона. Ну и у этого древнего автора, блядь, в фирменном стиле были мрачные концовки, без хеппи-энда — в этом весь писатель Чи Юань…

«Хорошо, что этот уёбок давно сдох и больше не обламывает добрых людей», — подумал я. — «Автор — говно, а книга — мудак».

Чистя княжий меч, не заметил как прошло несколько часов. Всё-таки, это очень медитативное занятие.

— Мой ниггер, — сел рядом со мной Маркус.

— Бро, — кивнул я ему.

— Я хочу сказать, что никогда мне ещё не было так весело, — поделился со мной Маркус.

— В смысле? — спросил я.

— Ну, вот эти осады, рубилово, а затем война на вражеской территории, — объяснил он. — Я и представить себе не мог, что окажусь в положении генерала Шермана — это стало возможным только благодаря тебе, бро.

— Да завязывай, — попросил я его. — Мы вместе всё сделали.

— Не-не-не, ниггер! — не согласился Маркус. — Я до сих пор не отплатил тебе за то, что ты спас меня тогда — я прекрасно помню об этом. И я отплачу тебе.

— Ты бы сделал для меня то же самое — мы это уже много раз обсуждали, — поморщился я.

— И тогда бы я не забыл, что за тобой должок, — усмехнулся Маркус. — А по этим битвам — я лично убил уже, наверное… пятьсот-шестьсот человек. А руками морпехов и солдат — счёт, наверное, перевалил за десятки тысяч. Мало кто может похвастаться тем, что разбивал целые армии, бро. Генерал Шерман, разве что. Я почувствовал себя в его шкуре — спасибо тебе за это, Виталий.

— Эх… — вздохнул я. — Ладно — обращайся.

— Ха-ха! — рассмеялся Маркус.

— И о Саре не забывай, кстати, — напомнил я. — Если бы не она, я бы тупо не узнал, что ты мчишь к Юнцзину. Ну и духовная поддержка — кто знает, как бы всё закончилось в том городе-призраке, не будь её?

— Мою систер я помню всегда! — улыбнулся Маркус. — И тоже очень благодарен ей за всё!

— Не загоняйся на эту тему, брат, — попросил я его. — Мы — это даже ближе, чем семья. И если мы переживём весь этот пиздец, если нас не прокинут с возвращением домой, то мне будет очень сильно не хватать вас двоих…

Маркус резко отвернулся.

— Тема болезненная, ниггер, — произнёс он, а затем встал и ушёл с полянки.

— Эх… — тяжело вздохнул я.

*2232-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, Дворец Тёплого Лета*

Наконец-то, столица.

За прошедшие год и три месяца, Юнцзин изменился до неузнаваемости — мы зашли в него с востока и полтора часа шли по качественным мощёным улицам, мимо блоков многоэтажных жилых комплексов из кирпича и камня.

По дороге нам встретились три больницы и восемь школ, а также бесчисленные магазины, лавки, винные башни и даже полноценные рестораны и кафе современного типа.

Винные башни, как я вижу, медленно уходят в прошлое, потому что появились отдельные гостиницы, общественные театры, питейные заведения и музыкальные бары.

В точном соответствии с законами рынка, деляги смекнули, что выгоднее раздробить сферы бизнеса и зарабатывать на сфере отрасли отдельно, а не подавать это всё блоком, будто так и должно быть.

Народу на улицах очень много, полиции почти не видно, есть уличные лавочники, есть музыканты и актёры, развлекающие людей.

Этот массовый «энтертейнмент» на улице — плохой знак. Приток людей в город превышает количество рабочих мест, поэтому люди пытаются заработать, как могут. Попрошайки встречались нам только на окраине, а это значит, что полиция знает свою работу и изгоняет их из «приличных кварталов» физическими и психологическими методами.

Но с этим нужно что-то делать — это нездорово. Именно безработица и нищенствование толкает людей к криминалу, поэтому есть риск, что Юнцзин, постепенно, вернётся к своему былому состоянию, с преступными кланами, наркоторговлей, массовой проституцией и прочей атрибутикой города порока.

— Бро, — произнёс Маркус, когда мы подошли к вратам Дворца Тёплого Лета. — У меня есть наблюдения, которые надо обсудить чуть позже.

— У меня тоже, — кивнул я.

Заходим на территорию дворца — демонстрируем золотые пайцзы страже и она пропускает нас дальше.

— … содомизированные обезьяны!!! — услышал я вопль, когда открыл дверь в Зал Совершенной Усмотрительности. — Ёбаные телепузики! Я вас на хуе таскать буду, суки!!! Если я узнаю, что ещё хоть одна сутулая псина задумает устроить что-то подобное, отправлю на ртутные рудники!!!

Это орёт Реншу, сидящий на троне перед коленопреклонёнными чиновниками. Вижу среди присутствующих представителей Цензората, которые, буквально, дрожат, а вот остальные сидят спокойно, лишь для виду изображая шок и трепет перед гневающимся Сыном Неба.

Вижу, что он нахватался от нас разных словечек и активно применяет их…

Все уже поняли, что традиционные протоколы взаимодействия с императором остались в прошлом и теперь легко можно удостоиться не только взгляда от императора, но и недоброго слова из его уст. А то и серии недобрых слов.

— Генерал армий Чжи и великий канцлер Вэй! — увидел нас император и черты лица его резко разгладились. — Проходите!

Проходим через весь зал и опускаемся на колени перед троном.

— Я доволен вашими успехами на восточных пределах, — сказал Реншу. — Вы достойны щедрых наград и поощрений, но сейчас не время для награждений. Сейчас нужно решить, как наказать Цензорат за то, что он устроил.

Отбиваем троекратный поклон мордой в пол, а затем, в соответствии с протоколом, становимся у трона. Маркус, как генералиссимус-адмирал-всея-Поднебесная, встал по правую руку, а я, как ничтожный великенький канцлеришка, по левую руку.

— Суть дела, вкратце… — тихо попросил я хунлу Чан Сыбэня.

— Всё дело в том, мудрейший великий канцлер… — начал он шептать мне на ухо.

Суть дела оказалась прозаична и, в каком-то смысле, драматична. Цензорат, в лице главного цензора, Вонг Цу, решил организовать охуительную раскрываемость и стабильный рост эффективности, введя палочную систему, то есть, нормативы по раскрываемости.