"Фантастика 2025-124". Компиляция. Книги 1-22" (СИ) - Максонова Мария - Страница 1204

— Без документов я с места не сдвинусь, — напомнила я.

— Я не забыл.

Ночью мне не спалось. Мне бы в воду сигануть и свалить... черт-черт-черт!

Сперва мешали звуки музыки и радостных криков — развлекались где-то в деревне студенты. Потом лаял собаки периодически, пока кто-то бродил по поселку. Сновала туда-сюда моя хозяйка в своей комнате, чем-то громыхала. Но вот уже все стихло, а сон никак не желал приходить.

Я ворочалась с боку на бок на брошенных на пол матрасах, то укутываясь в одеяла, то опять раскрываясь, меня то колотило от холода, то бросало в жар. Не выдержав, села на матрасе и призвала питьевую воду из бурдюка, что висел на моем кресле. Напилась, умылась — стало чуть легче, но я почувствовала «мало».

Пришло в голову, что мне еще кучу времени ехать во дворец Халифа с Ярисом наедине. Если среди студентов еще можно было как-то затеряться-отстать и сделать что-нибудь странное, то тут такой возможности не будет.

Получается, это последняя ночь, когда я более-менее свободна в своих действиях?..

От этой мысли меня буквально подкинуло с лежака. Мне срочно-срочно нужно было в воду, прямо сейчас, немедленно. Тем более, раз ночь в разгаре, все спят, а под боком есть целое озеро воды, пусть и чересчур соленой.

Я быстро надела платье и халифатский халат, волосы спрятала под платок, не желая тратить время на их заплетание. Мне очень хотелось ощутить, как вода будет играть с длинными прядями, потоки примутся массировать кожу головы... к черту человеческие прически, они мне сейчас ни к чему.

Хозяйка домика спала в проходной комнате, громко похрапывая. Удачно, учитывая, что старушка страдала, как и многие пожилые люди, бессонницей: засиживалась за вязанием после того, как я уезжала в свою комнату спать, а с утра еще до рассвета принималась хлопотать на кухне, да и ночами иногда чем-то громыхала, если просыпалась среди ночи. Но сейчас удача была на моей стороне, и я аккуратно проехала через ее комнату. Знахарка только всхрапнула, когда колесо моей коляски задело стол с тихим стуком.

Синее ночное небо было усыпано мириадами огромных ярких звезд, посреди которых царствовала полная голубая луна. Я улыбнулась ей, как родной. Я почти чувствовала, как она влечет меня, как наполняет своей силой... но лишь почти. Мне нужен был посредник, нужна была чистая стихия воды, и я собиралась до нее добраться.

Во дворе знахарки, чей дом когда-то был весьма зажиточным, стоял старый колодец, который я уже давно наполнила водой. Правда, подозреваю, что мое заклинание было бессрочным. Эффект сейчас не отличался от того, что сделали другие маги, но я подозревала, что вода будет прибывать по мере ее траты. Оставалось надеяться, что об этом нескоро узнают.

Поэтому я, не скупясь, хапнула воды и создала из нее для своей коляски что-то вроде гусеничного хода. Обычные колеса приподнялись над землей на десяток сантиметров, но проходимость стала куда лучше, а издалека посреди ночи вряд ли кто-то заметит модификацию.

Кивнув сама себе, я выскользнула за калитку и, порадовавшись, что дом знахарки на отшибе, поехала в пустыню. Прохладный ночной ветер разгонял сухой горячий воздух Мертвой Пустыни, и я ощущала в нем привкус воды и соли.

Я не стала ехать напрямик к озеру МаХалиф и к установкам опреснения, вместо объехала их по дуге и оказалась на противоположном берегу от деревни. Здесь уж точно можно быть уверенной, что никакой случайный студент не поведет на вечернюю прогулку к водоему очередную зазнобу.

С облегчением сбросила с головы платок, с тела платье, проклятые нижние юбки из жесткой ткани создающие объем и, наконец, в последнюю очередь — юбку-мешок, последнюю защиту моей тайны, на случай, если юбка как-то задерется.

С удовольствием расправила сложенный хвост, потянулась всем телом. Хорошо-то как!

Волна из озера скользнула ко мне навстречу и ласково подхватила уставшее тело. Я скользнула в озеро, словно в объятья матери после долгой разлуки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Чуть поморщилась — слишком много соли, она неприятно пощипывала хвост, глаза и жабры. Не критично, но зачем терпеть?

Я лишь пожелала, и меня окружила прослойка менее соленой воды, защищая от неприятных ощущений. Подводные течения ласкали меня, разминая тело, будто самые умелые массажисты, от корней волос до кончиков плавника, не упуская ни одной чешуйки на хвосте.

Я скользнула глубже, ко дну озера, к самому глубокому его месту, где били из-под земли последние питающие его ключи, самые сильные из них. Легла там на спину прямо над ними, будто в джакузи, глядя на голубой круг луны сквозь толщу воды.

Вот оно. То самое ощущение единения, почти как в Храме, но слабее... и в то же время ярче, острее. Поток лунного света насыщает воду вкруг и меня вместе с ней, и я будто аккумулирую в себя эту энергию, и в то же время пропускаю ее через себя и распространяю вокруг... и собираю в ответ... не знаю... А, если вспомнить Храм... там было похоже, но... мягче, легче, будто он помогал этому процессу. И в то же время сильнее, мощнее, интенсивнее, так что едва справляешься — потому что это аппарат, который слишком мощен для меня, для моего тела и разума... А здесь и сейчас... так хорошо... и тяжело... почти больно... ярко, живо, словно я сама превратилась в кристалл, в котором преломляется и рассеивается свет. Божественно прекрасно и болезненно, внутри что-то дрожит, словно натянутая струна...

Я не знаю, сколько времени прошло, когда я ощутила, что могу снова двигаться. Нет, не так, двигаться я могла и раньше, но не хотела... не должна была... а теперь меня словно бы отпустило. Я посмотрела на небо сквозь толщу воды и заметила, что луна сдвинулась с прежней точки.

Сколько же времени прошло? Одна радовало, что небо все еще темное, то есть до рассвета еще есть время.

Но что-то меня насторожило, что-то на грани внимания было не так, но я не могла пока понять, что именно.

Я сделала кружок по озеру, разминая хвостовой плавник, радуясь возможности двигаться. Но в целом я уже ощущала себя вполне хорошо, вода восстановила мои силы, и я боялась, что до рассвета уже недалеко, а в деревнях люди просыпаются еще до восхода, чтобы больше всего сделать до наступления жары. Надо было возвращаться в дом знахарки.

Я вынырнула из воды и с удивлением огляделась. Кажется... нет, не кажется. Я оставляла свое кресло где-то в нескольких метрах от воды, но теперь колеса стояли почти мокрые. Вода поднялась.

И уж то, чего я не оставляла — это профессора в двух шагах от моего кресла. Он сидел на камне внешне безразличный, закинув ногу на ногу, но я-то ощущала, как он зол.

— Я мог ожидать подобного от кого угодно, но не от вас, Арина, — голос его был спокоен. — Мне кажется, я до каждого из студентов донес, что нельзя покидать селение ночью, от этого зависит ваша безопасность. И, конечно, нельзя купаться в соленом озере, его вода может разъесть ваши глаза и другие слизистые. Даже рыбы не в состоянии жить в этой воде, но вы полезли! Вы ведете себя, как ребенок, Арина!

Я молча притаилась в воде, стараясь не шевелить хвостом, чтобы не заметил. Хорошо хоть я не веселилась у поверхности, как дельфины, а сразу ушла на дно.

— Как вы узнали, что я тут? — спросила все же, пытаясь понять, что делать.

— Ваша хозяйка проснулась ночью и решила проверить, как вы спите. Увидев, что вас нет в кровати, она побежала ко мне. Хорошо хоть я быстро почувствовал, что кто-то творит магию на озере, и не стал поднимать всех деревенских мужиков! — от избытка эмоций он хлопнул себя по ноге.

— Так вы здесь один? — уточнила я на всякий случай, оглядываясь по сторонам. Вроде бы я не ощущала вокруг чужих эмоций.

— Конечно, один! — возмутился Ярис. — Вылезайте уже из воды, я отвернусь.

— И вы не желаете мне зла? — уточнила я.

— Конечно! — он встал подошел ближе к воде.

— И не сделаете мне ничего плохого? Клянетесь?