Эта ложь убьет тебя - Питчер Челси - Страница 44

Маленькие кексы. Двадцать четыре маленьких кекса цвета красного бархата, на каждом было написано имя Руби красивой красной глазурью. «Все они для тебя», – настаивала Джунипер с улыбкой.

Теперь, глядя на снимок, Руби почувствовала боль в груди, и ее глаза обожгли слезы. Ей захотелось обнять Джунипер. Нет, ей захотелось построить действующую машину времени и вернуться в тот момент, когда еще ничего не разрушилось. Если бы Джунипер оставалась ее подругой все эти годы, может, она чувствовала бы себя сейчас личностью, а не растрескавшейся фарфоровой копией самой себя?

Невозможно это узнать, и глупо сейчас думать об этом. Прошлое – это прошлое. Но так как будущее казалось туманным и совершенно пустым без Шейна, Руби все время искала тот последний момент, когда она чувствовала себя человеком. Поспешно войдя в пятую спальню с зажатой в руке фотографией, она оказалась лицом к лицу с ответом.

Он сидел на стуле, его кожу покрывали красные надписи. Его волосы уже не были мокрыми, но рубашка была расстегнула, будто он ждал, когда град ударов выбьет весь запас воздуха из его легких. Ждал, когда лиловые синяки покроют его грудную клетку.

– Я его возьму, – сказала Руби, обхватив рукой куклу. Когда Джунипер повернулась к ней, в тревоге широко раскрыв глаза, Руби постаралась объяснить, как сумела:

– Эта история заканчивается огнем. Ты это знаешь. И я знаю, что он сделан из фарфора, но будь я проклята, если второй раз буду смотреть, как он горит.

Джунипер кивнула, когда Руби потащила куклу через комнату. Если ее и встревожило состояние рассудка Руби, она этого не показала. Надо было подумать о более важных вещах – например, о побеге с риском для жизни. Когда-то, давным-давно, Шейн и Руби строили планы побега с риском для жизни. Обсуждали способ освободиться от Паркера вместе и перестать бояться. А потом…

– Мы просто будем вместе, – сказал тогда Шейн, улыбаясь, как Чеширский кот, и Руби растаяла.

Теперь, быстро проходя по балкону, Руби думала о других вещах, которые могли заставить человека растаять. Она видела дорожку из бензина, извивающуюся вокруг дома. Она не захватывала бассейн, но если Брианна зажжет спичку, Руби взлетит в языках пламени, как взлетел год назад Шейн.

Они все сгорят.

Но в патио было темно. Руби не видела ни намека на белое платье или на ярко-красную помаду.

– Мы можем прыгнуть вместе, – сказала она, связывая створки балконной двери веревкой. На этот раз она завязала узел. Никаких бантиков. – Нам придется перелезть через ограждение, потом оттолкнуться от бортика. Если бы не это, то я бы сказала, что мы должны взяться за руки.

– Мы можем взяться за руки сейчас, – сказала Джунипер, на мгновение переплетая свои пальцы с пальцами Руби. Когда девочки разжали руки, она сжимала фотографию, которую Руби взяла из дома.

– Ты видела мою спальню?

Руби кивнула головой, глядя на нее при свете луны.

– Из всего, что ты могла бы хотеть, ты хотела меня.

– Вернуть тебя в мою жизнь – да, хотела.

– Я тоже хотела этого, – сказала Руби, и это было правдой. Прежде, чем она успела остановиться, она обвила руками Джунипер и прошептала: – Я зря потеряла так много времени…

– Гм, – вмешался Гэвин. – Не хочу быть тем парнем, но вы теряете время сейчас.

– Шшш. – Руби поднесла палец к губам. – У нас есть одно мгновение. – И это была правда. Они обнимали друг друга, потому что, возможно, это было в последний раз. Они даже слегка раскачивались, и Руби подумала: идеально, что все должно так закончиться. Две принцессы на балконе, танцующие при лунном свете. Два рыцаря, воссоединившиеся после долгой и полной страданий войны.

И в тот самый момент, когда Руби почувствовала эту иллюзию, голос Гэвина опять проколол их мыльный пузырь, развеял их фантазию.

– Ну, я прыгаю. А вы можете…

Ему не удалось закончить свою мысль. Отвернувшись от Руби, Джунипер обхватила ладонями его лицо.

– Ох, боже мой. Закрой свое прекрасное лицо.

Потом, под миллионом мерцающих звезд, она его поцеловала. Этот поцелуй был до смешного невинным. «Идеальным поцелуем Джунипер», – с усмешкой подумала Руби. Нежным и неуверенным, и он закончился так же быстро, как начался, но он достиг своей цели. Гэвин очнулся с улыбкой на лице, а потом стал частью фантазии. Все трое соскользнули в альтернативную реальность, где мир прекрасен и ужасен и ты должен видеть обе стороны, чтобы выжить.

Вместе они перелезли через ограждение. В доме гулко стучали шаги по ступенькам, но это не имело значения, потому что план действовал. Участники игры приготовились к прыжку. Ухватившись пальцами за перила, Руби повернулась сначала к Гэвину и спросила:

– Готов?

Он кивнул.

– Джунбаг?

– Сейчас или никогда, – ответила Джунипер, и ее голос не слишком сильно дрожал. – На счет три?

Руби кивнула головой. Разумно было сделать это вместе. Вместе они сосчитают до трех. Вместе прыгнут, а потом, через несколько часов после этого, когда страх исчезнет…

Они просто будут вместе.

Слезы струились по щекам Руби. Все должно было произойти не так, с ней должен был быть Шейн. Больше нет никакого вместе. Потянувшись к балкону, она взяла в руки куклу.

– Раз, – произнесла она.

Джунипер рядом с ней сглотнула и сказала:

– Два.

– Три, – крикнули они все вместе и прыгнули в небо. Потом взлетели. Потом сила тяжести потащила их вниз быстрее, чем ожидала Руби. Она сильно ударилась о воду. Синеглазый, бледный мальчик выскользнул у нее из рук почти мгновенно, и она потянулась к нему еще до того, как вдохнула. Потом луна понеслась к ней. На мгновение ей показалось, что у нее двоится в глазах. Нет, троится, поправила она себя, глядя в безжизненное лицо Шейна Феррика, на сияющую в небе луну и на девочку, выходящую из сумрака и одетую в белое.

30

Отчаянная попытка

Паркер тихо вошел в спальню Брета. Там все было серым и мрачным. Изорванные фотографии валялись на полу, но Паркер едва взглянул на них и закрыл за собой дверь.

Его интересовал только лежащий на кровати мальчик.

– Оставь меня в покое, – холодно произнес Брет. Его кожа казалась такой же серой, как стены. Он что-то сжимал в дрожащих руках, что-то металлическое, блестящее.

Свой кастет.

– Послушай, я облажался с этим видео. – Паркер подошел ближе, провел рукой по волосам. – Я потерял голову, увидев Руби с ним. Я хочу сказать, ты можешь себе представить? Если бы ты вошел и застал нас с ней, разве ты не…

– Не надо.

– Я просто хочу сказать, что тебе было бы неприятно.

– Не надо со мной так разговаривать. Тебе не надо делать вид, будто ты понимаешь. Всю мою жизнь, все, что я делал… Это было не для того, чтобы удержать тебя. А чтобы защитить. И – да, если бы я увидел ее с тобой, это было бы неприятно, но знаешь что? Я уже большой мальчик, Паркер, и если бы я увидел тебя с веревкой, то мне и в голову бы не пришло тебя связать.

– Ерунда, – возразил Паркер, подходя к нему. – Что тебе предложила Брианна? Ты мне пытался сказать, правда? Пытался заставить меня взглянуть на твою спальню? Зачем? Чтобы заманить меня сюда…

– Я тебя не заманивал! Это ты заманил нас всех на эту вечеринку. Вот что произошло на самом деле.

– Вы все только и делаете, что обливаете меня грязью. Ну, знаешь что? Я создал тебя заново. Я и ее создал заново. Гэвину до смерти хочется быть мной. И Джунипер тоже. Не надо меня ненавидеть просто потому, что у меня есть то, чего вам хочется, ладно? Если бы ты мне просто подыграл… – Паркер склонился над ним. Они уставились друг на друга, и Паркер потянулся к воротнику Брета, и…

– Нет. – Брет отполз назад, прочь от него. – Нет, такой ты мне не нужен. Ты мне вообще не нужен.

– Ты врешь.

– Не вру! Она не предложила мне тебя, потому что знала, что я не соглашусь. Она знала. Она знала. – Теперь он начал раскачиваться, а Паркер занервничал. Конечно, Брианна предложила Брету почувствовать себя немного Паркером, чтобы он согласился с ней сотрудничать. Чего еще мог хотеть его друг?