Нам здесь (не) жить (СИ) - Зонин Сергей "Серая Зона" - Страница 185

Жизель! Убью сплетницу! Уже проболталась!

«Ну, такая сделка меня пожалуй устроит, хотя честности ради — Врата и так открыты с обеих сторон для всех, кому хватит силы к ним пробиться. Ключ к ним не нужен…»

«Сейчас да — но вы можете их в любой момент закрыть или соединить с другим миром. Под правом прохода я подразумеваю гарантию, что вы этого не сделаете без предупреждения и согласования с нами».

«Ну… Согласна, такую гарантию я, пожалуй, дать могу…» Особенно за Рори!

«Вот и хорошо. Контракт на вторую часть сделки — на право активного управления Вратами — я предлагаю обсудить их заключить после того, как первая часть с нашей стороны будет выполнена».

Эй! Это в принципе резонно и справедливо, но я же тут умру от любопытства, пока они будут её ловить!

«Ну уж нет! Заинтриговал девушку — так рассказывай! Что у тебя там ещё в заначке интересного!» Да, стиль разговора соскользнул на совсем не божественный. Но перед кем мне тут изображать величие? На Смита оно всё равно впечатления не производит. Вот когда он умрёт и окажется у меня — тогда мы, конечно, поговорим по-другому!

«Мисс Харди, вы когда-нибудь слышали о таких существах, как эмпиреи?»

Глава 59. All You Need Is Kill

В лицемерном мире полном зла и сложностей

Мне снится сон о будущем, где множество возможностей:

Там можно быть съеденным безумными грибами;

Там Вас изнасилуют инопланетяне!

Там можно быть застреленным, а можно выпотрошенным —

Там с Вами точно не случится ничего хорошего!

Сорок тысяч способов подохнуть:

В далеком темном будущем все очень, ОЧЕНЬ плохо!

Ай — ай — ай !

Forty thousand ways to die!

Андрей Драг, «Сорок тысяч способов подохнуть»

Когда я в камень скатаю шерсть,

Тогда в крови загустеет месть,

И ты получишь дурную весть

От ветра и птиц.

Но ты хозяин воды и травы,

Ты не коснёшься моей головы,

А я взлечу в опереньи совы,

Не видя границ.

Тебя оставив вспоминать,

Как ты меня сжигал и вешал:

Дитя Анэма умирало, смеясь.

А я вернусь к тебе сказать:

Ты предо мной изрядно грешен,

Так искупи хотя бы малую часть.

Ты спишь и видишь меня во сне:

Я для тебя лишь тень на стене.

Я прячусь в воздухе и в луне,

Лечу, как тонкий листок.

И мне нисколько тебя не жаль:

В моей крови закипает сталь,

В моей душе скалят зубы страсть и порок,

А боль танцует стаей пёстрых сорок.

Я никогда не любил воскресать, но иначе не мог.

Канцлер Ги, «Тень на стене»

Нацуки Субару:

Тзииииинч! Ненавижу тебя, Повелитель Перемен! Ненавижу, будь ты трижды проклят!

«Прекрасно тебя понимаю, мальчик. Я его тоже ненавижу. Правда, с проклятиями ты опоздал, во всяком случае с их количеством. Он уже проклят не трижды, а девятьсот девяносто девять раз… по меньшей мере. И это тоже является частью его планов».

Не подлизывайся, Ариман! Тебя я ненавижу не меньше!

«И тут ты тоже опоздал, мальчик. Меня ненавидит мой отец и почти весь мой легион. Ненависть одного обычного японского школьника меня на этом фоне не сильно беспокоит».

Ничего, ещё обеспокоит. Увидишь, когда я до тебя доберусь. У меня много попыток.

Для Аримана и Ререй (я знаю, что её имя правильно произносится Лелей, но выговаривать Л мне всё ещё сложно, а она против моего японского акцента не возражает) эта история началась всего чуть больше недели назад. Для Тзинча, надо полагать, тоже, хотя кто его знает, учитывая, как эта тварь способна складывать и выворачивать пространство и время.

Для меня прошло уже около четырёх лет. Может быть больше — давно сбился со счёта. Триста двадцать одна смерть — это я знаю точно, но вот проходящее между ними время считать просто устал. Три сдвига точки сохранения — сейчас я возрождаюсь примерно через девять суток от момента появления в этом мире. Непосредственно перед выходом нашей злосчастной экспедиции в злосчастный Назарик!

Девять — магическое число Тзинча, поэтому позволять мне дотянуть до следующей точки сохранения он не хочет. Утверждает, что именно в этот день шансы на успешный рейд — самые высокие. С-скотина пернатая!

А началось ведь всё вполне безобидно. Культистка-тян, встретившая меня в магическом кругу сразу после призыва в этот мир, хоть и совершенно сумасшедшая, но в целом довольно милая. Я даже успел подумать, что она станет первой девушкой в моём гареме, по законам жанра исекай. Рассказ о том, что меня призвали для похищения какого-то артефакта из зловещего данжа, наполненного древними ужасными монстрами, тоже не слишком меня взволновал. Это тоже… Ну, типично для всех историй такого рода в аниме и манге. Ну а для чего ещё призывают героев из Японии, не картошку же чистить!

А потом Культистка-тян призвала Тзинча… Я едва его увидел, сразу учуял какой-то подвох! Пахнет от этого постоянно меняющегося акумы чем-то нехорошим. Скользким.

Он объяснил мне про дар посмертного возвращения. Естественно, я не поверил — а кто бы поверил?! На что Тзинч спокойно ответил: «Я знаю. Поэтому ты сейчас убедишься сам». И убил меня. Просто взглядом сжёг дотла за три секунды.

Ну, правда, боль я чувствовал только первую секунду — пока обращались в прах кожа и мышцы. Во вторую у меня не осталось уже нервных окончаний, способных испытывать боль. А третья секунда должна была стать дожиганием костей — но её не случилось.

Потому что в конце второй секунды я умер… И в следующий миг обнаружил себя снова в магическом круге призыва, живым и здоровым… Под радостный крик Культистки-тян «Добро пожаловать, великий Чемпион!»

Это «Добро пожаловать», мне теперь в кошмарах снится. Потому что означает только одно — я опять облажался. Пусть даже я сейчас возвращаюсь не к моменту призыва — я его не забуду после того, как он повторился сто четыре раза.

Ну, с другой стороны, стоит признать — научился я за это время действительно многому. Побывал колдуном на контракте у Тзинча, Нургла, Слаанеш, Хаоса Неделимого, Отродьем Кхорна. Научился владеть мечом, топором, лазганом, болтером, драться голыми руками. Мне пересаживали геносемя семи Легионов Хаоса — в большинстве случаев я, конечно, в процессе помирал, но демон-апотекарий, ведавший пересадкой, только хмыкал, выслушав мои жалобы, и вносил очередные изменения в процедуры. Семи — потому что геносемя Тысячи Сынов бесполезно для не-псайкеров, а геносемя Альфа-легиона украл Примарх и где-то спрятал — до сих пор не могут найти. Но я был (в разных жизнях, конечно) Повелителем Ночи, Железным Воином, Чёрным Легионером, Пожирателем Миров, Гвардейцем Смерти, Дитём Императора… А в итоге остался (при переходе на третью точку сохранения, после которой отменить имплантацию стало невозможно) Несущим Слово. Именно с геносеменем этого легиона я оказался наиболее совместим, именно оно давало наименьший процент смертных случаев. От него я умер всего четыре раза — по одному за каждого из Четвёрки, надо полагать.

— Первый раз в жизни тренирую Космодесантника из другого Легиона, да ещё и не псайкера при этом, — ворчал Ариман.

— Если ты думаешь, что мне это нравится… — мгновенно завёлся я.

— С тем, кому нравится служить Великому Заговорщику, я бы в разведку не пошёл, — отмахнулся колдун. — Я не упрекаю тебя, что ты попал в эту ловушку, как и Лелей. Мы все делаем это не по своей воле, а ради тех, кто нам дорог. Просто предупреждаю, чтобы ты не ждал от меня слишком многого. Я обычно по другой части.

«Немного» в исполнении Азека Аримана оказалось адским лабиринтом физических и интеллектуальных испытаний. Олимпийская программа по многоборью, совмещённая с национальной олимпиадой по математике… Показалась бы шуткой по сравнению с ЭТИМ. Видимо, величайший чернокнижник Тысячи Сынов рассудил просто — все, у кого нет психосилы, по определению являются пушечным мясом, а значит надо им хотя бы физическую силу, ловкость и интеллект довести до возможного предела, чтобы на них можно было переложить любую грязную работу, экономя время заклинателя. Ну что удивляться, что с таким подходом у него и Рубрика дала… То, что дала.