Нам здесь (не) жить (СИ) - Зонин Сергей "Серая Зона" - Страница 177

«Если всё пойдёт совсем плохо — ваши маги и воители смогут убить этого козла?»

«Нет. Ни малейших шансов. И думать забудьте. Весь Бахарут — ничто против него. И ваша империя — тоже».

Отец начал нервно расхаживать из одного угла террасы в другой, заложив руки за спину.

«Вам хотя бы известно, чего он хочет? Чем его можно купить? Слава, титулы, золото, земли, женщины, роскошь?»

«Я сам только буду пытаться это выяснить. Он появился у меня при дворе совсем недавно, я ничего не знаю о его прошлом. Есть сведения, что бафолки любят человеческое мясо, но во-первых, я не знаю, насколько это относится к данной конкретной особи, а во-вторых, заклинатель такого класса может просто взять себе столько человечины, сколько захочет. Ему незачем заключать с вами какие-либо договорённости».

«Однако если он хочет демонстрировать свою силу на нашем континенте и скрывать на вашем, это значит, что на вашем есть кто-то, кого он боится».

«У нас хватает ужасов. Возможно, Лорды-Драконы. Также ходят слухи о секретном оружии Теократии Слейн. Однако я сомневаюсь, что хоть что-то из этого способно вам помочь Впрочем… Там на вашем континенте сейчас находится некто, способный помочь. Бард Фрейвальдс специализируется на выяснении чужих мотивов. Я собираюсь удвоить его изначальное вознаграждение — за любые сведения о характере, целях и слабых сторонах Бафомета. И вам советую предложить ему аналогичную плату».

«Сделаю… Если он успеет, прежде чем козёл уберёт ненужных свидетелей».

Я подняла руку:

— Отец мой, супруг мой, дозволено ли будет скромной переводчице вставить и своё слово?

— Конечно! — Зиркниф тепло улыбнулся, поощряя мою инициативу, и отец (нет, сейчас скорее папа) в зеркале тоже кивнул — даже прежде, чем я записала свой вопрос на доске.

— Позвольте для начала удостовериться, что я правильно понимаю ситуацию.

Мелок в моей руке застучал, выписывая диспозицию:

«Конкретно от Бафомета нападения мы пока не ждём, да и готовиться к нему пока не можем — если оно случится, мы всё равно обречены. Нападение пятнистых Бафомет обещал предотвратить. Поэтому наибольшая угроза Садере сейчас — это войско вассалов. При этом САМИ ПО СЕБЕ вассалы были бы опасностью неприятной, но не смертельной. Оставшихся у Садеры легионов всё ещё достаточно, чтобы держать их удар в течение года, пока не будут набраны и обучены новые. Проблемой по-настоящему являются время и деньги. Время — потому что легионы ещё нужно подтянуть к столице, а вассалы пойдут на штурм сразу, как только узнают, что половина наших войск уничтожена. Деньги — потому что казна опустеет после выплаты контрибуций пятнистым, а без золота новые легионы не собрать и не вооружить».

У меня уже рука болела всё это писать, но отец в зеркале кивнул с заинтересованным видом. Зиркниф лишь развёл руками:

— Диспозиция на Фалмарте известна вам лучше, но исходя из ранее изложенного, я ошибок здесь не вижу.

Обрадовавшись, я бросилась писать дальше:

«Проблему времени можно решить, если попросить Бафомета провести наши легионы через те же двери в воздухе. РАНЬШЕ, чем будут допрошены пленные, он вряд ли откажет нам в такой любезности. А после допроса можно будет сделать вид, что мы ни о чём не знали и свалить всю вину на покойного Факапиана. Отсутствие живых свидетелей и доказательств — это палка о двух концах. Самоуправство военачальника, паршивая овца… Ну вы знаете, что говорят в таких случаях. Это не поможет нам избежать контрибуций, но поможет снизить их сумму до подъёмной. А чтобы сделать её ещё легче, Садера может взять кредит у Бахарута».

— Может ведь?! — я щенячьими глазками посмотрела на будущего мужа. Он задумчиво и демонстративно погладил пальцами подбородок.

— Если у вас грядёт война, то у нас — Волна. Золото Бахаруту тоже понадобится для найма авантюристов. Конечно, пока на нашей стороне заклинатель, подобный Бафомету, во всех остальных войсках и героях нужды как бы и вовсе нет… но если бы я мог быть уверен, что он на нашей… Союз с сильнейшим — почти всегда односторонний. С другой стороны, — на губах супруга мелькнула улыбочка, — Бафомета что-то заинтересовало на ваших землях. То ли боги, то ли «пятнистые», то ли Врата, то ли всё это в комплексе. И это самая дорогая монета, которую вы сейчас можете чеканить. Давайте так. За каждый месяц, что козёл проведёт на вашем континенте и не будет соваться в мои дела — я готов прокредитовать воссоздание одного легиона. А за каждый год на тех же условиях — простить задолженность на ту же сумму.

Это, конечно, не значит, что всё сразу наладилось. Ещё нужно убедить Сенат, радикальных сторонников войны из дворянства, в самом деле суметь заинтересовать Бафомета и наконец — устоять десятью легионами против вдвое большей орды варварских вассалов. Я не сомневалась, что отец МОЖЕТ это сделать, но это не означало, что СДЕЛАЕТ. Перевести проблему в категорию решаемых — не значит, что она уже сразу решена. Это классическая ошибка мышления стратега, мне на неё на уроках истории неоднократно указывали. Но спрашивать папу, как он намерен разобраться со всем этим, при женихе — означало бы нанести ему дикое оскорбление. Я и так слишком много сказала для верной жены и послушной дочери.

Как только изображение в зеркале погасло, мне очень захотелось пойти спать. Куда угодно — хоть прямо тут, на терассе, с женихом или в одиночку, хоть в отведённые мне покои в глубинах дворца. Это Зиркниф благодаря своему «классу», как это здесь называют, может не спать до пяти суток, причём всё это время сохранять полную административную адекватность (тело устанет, но мозги останутся свежими). А я простая смертная, хоть и тренировалась на марш-бросках со своим орденом. А день у меня был тяжёлый — работа на переводе стала лишь вишенкой на торте. Потому что весь день я участвовала в других переговорах — возможно, не столь значимых для судьбы империй, но крайне важных для одной маленькой девочки по имени Пина.

Я встретилась со всеми наложницами моего будущего мужа — как действующими, так и бывшими. Ну, из тех, что остались в столице — некоторые уехали в монастыри или в свои родовые имения, с такими придётся иметь дело позже. Это тоже были «мирные переговоры» в некотором смысле — я попыталась выработать некий «статус-кво» и заключить договор, что мы можем, конечно, пытаться друг друга сместить, опозорить, выставить в неприглядном свете перед господином (совсем без таких дел в гареме не бывает, особенно когда появляется много о себе возомнившая выскочка со стороны), но до ядов и кинжалов хотя бы опускаться не будем. Воюем по правилам.

Зиркниф, когда узнал, зачем я ищу остальных его женщин, посмеялся и предложил просто их всех казнить, чтобы я себя чувствовала в безопасности. «Кроме одной, которая мне дорога — но эта одна тебя пытаться убить не будет, клянусь императорской печатью». Я вздохнула и объяснила, что с безродными сиротками это может и сработает, но сиротки как раз представляют наименьшую опасность. А вот за женщин из влиятельных семей эти самые семьи будут мстить. Причём не ему, а мне. Если же я стану причиной новой резни дворянских родов в столице, когда народ ещё не забыл первую — то до конца жизни не смогу и носа высунуть из охраняемых покоев. Не говоря уж о том, что такая резня ослабит Бахарут в самый неподходящий момент.

Жених подумал и согласился, что я права — но ему ничто не помешает казнить этих женщин В СЛУЧАЕ моей смерти. О чём он издаст указ заблаговременно, и одну из копий такого указа я смогу продемонстрировать им при встрече. Это меня устроило куда больше, так что на переговоры я уже отправилась вооружённой до зубов. В дипломатическом смысле, так при мне был лишь командирский меч и неполные латы.

По итогу у меня возникло ощущение, что договориться удалось не со всеми. То есть формально согласились все. Ну а какая дура прямо откажется, когда ей фактически смертью угрожают. Те, кто могли бы сказать, «нет, я всё равно тебя убью, даже ценой собственной жизни», кончились ещё до моего приезда. Но некоторые, как мне показалось, всё равно сохранили желание отомстить удачливой сопернице. Просто теперь они дольше подумают, как бы это провернуть, чтобы под действие указа не попасть. С другой стороны, парочка девиц испугалась всерьёз и побежала к своим родителям и братьям договариваться, чтобы ко мне приставили серьёзную охрану. Ведь в указе не указана, извиняюсь за каламбур, причина моей смерти. Даже если я действительно просто поскользнусь на плитке в купальне и сломаю шею, абсолютно без постороннего участия, все прежние пассии Зиркнифа тут же последуют к Харди за мной. Кроме одной.