Герой должен быть (не) один (СИ) - Зонин Сергей "Серая Зона" - Страница 169

Найти их не составляло труда — всё из-за того же — люди Кукловода не могли творить произвол по своему усмотрению, они были вынуждены делать вид, что исполняют закон. Найденные в доме предметы были доставлены в полицейский участок, а после этого, под усиленной охраной — в ближайший аукционный дом, где их пустят с молотка. Конечно, самые ценные, редкие и опасные изделия «случайно пропали» по дороге, но основная часть будет продана. Из выручки будут покрыты все долги Сириуса — а остатки заберёт себе правительство.

Всё честно. Формально, ага. Как у меня с тем поцелуем. Сумма долга Сириуса во всех игральных и публичных домах, ресторанах и барах составляла чуть больше шестидесяти золотых монет. А то, что лежало у него в подвале, стоило не меньше четырёхсот. Когда же станет известно, что мастер сидит в тюрьме, и неизвестно, когда оттуда выйдет — спрос на его изделия ещё поднимется, и на аукционах можно будет выручить за всё в районе тысячи.

Если бы монстры налетели ещё и на полицейский участок, сразу после «штурма» тюрьмы — это бы выглядело чересчур подозрительно, так что пришлось грабежом заняться лично. Делаю точку сохранения в доме Сириуса. Перехожу в призрачную форму. Всплываю из-под земли в хранилище для улик. Вижу, всё есть. В хранилище нет свидетелей, оно опечатано снаружи.

Разворачиваю голема, навьючиваю на него и на себя рюкзаки-корзины из лоз Биофабрики. В сумме где-то четыре с половиной кубометра вместимости, две с половиной тонны грузоподъёмности. Как раз хватит, чтобы за один раз утащить всё ценное. Закидываем в корзины все изделия Накано, даже доспехи в разобранном виде легко поместились. Активирую портал на точку.

Что тут у нас ценного… Копьё Девичьих Сердец… Заставляет любую девушку, получившую удар, влюбиться в копейщика. Да уж, это мог изготовить только такой бабник… А почему оно до сих пор не продано? А потому, что на самом деле от такой штуки больше проблем, чем пользы. Вопреки мечтам озабоченных подростков, «влюбиться» и «стать покорной рабыней» — это совершенно разные вещи. На какие именно поступки подвигнет человека влюблённость — целиком от человека зависит. Кто-то вообще проигнорирует это побуждение, как нерациональное, кто-то станет преследовать объект любви с целью безраздельно им завладеть, а кто-то может… захотеть убить, чтобы погасить пламя в сердце. На всякий случай я его скопировал, но вряд ли буду применять. Просто трудно представить ситуацию, в которой оно способно принести пользу, а не осложнить всё ещё больше.

А вот Управляемое Копьё… Ууууу… Простая вроде, элементарная даже вещь — оружие, которое, будучи брошенным в цель, может менять направление полёта, описывая сложные траектории, так что можно поразить врага, стоящего за углом или защищённого спереди непробиваемой бронёй. А по факту один только Сириус до такой штуки додумался. Жаль, что моя капризная ковырялка сочла это Особым эффектом, так что перенаправлять другие формы Копья не получится, даже Освоив, только конкретно вот это. Но всё равно очень и очень пригодится.

И последнее, что мне очень пригодится — это Пожиратель Чар. Владея оружейной магией, я, как и любой из Слуг теперь, могу помешать вражескому магу творить заклинания, просто ткнув его и рассеяв тем самым накопленную ману. Это приём известный и распространённый в этом мире, та же Эклер владеет им не хуже. Однако если заклинание уже допето и летит в тебя — тут только блокировать грубой силой или уклоняться. Так вот, Пожиратель Чар позволял обойти это правило. Ткнув острием в правильное место направленного на тебя потока или плетения, можно его не только отменить, но и пополнить за его счёт собственную Ману. Архиполезная вещь! С такой штукой я, пожалуй, смогу оспорить у Сэйбер титул Убийцы Магов!

Возвращению своих шедевров кузнец был настолько рад, что даже простил нас за «обман» с поцелуем. Пока он заканчивал работу, мы с Эклер нашли колизей, где проходили бои насмерть. Совершенно легальные, в них зачастую принимали участие даже отпрыски благородных семейств — экспа всем нужна, а после запрещения охоты на монстров дуэль стала единственным способом её получить. Дуэль, конечно, можно затеять и во дворце, и на рынке, и просто на улице. Даже в европейской культуре существовал тысяча и один способ придраться к кому-то за «оскорбление чести», а уж у самураев это и вовсе до смешного порой доходило. Кто-то тебя зацепил кончиком меча в ножнах, проходя мимо — всё, поединок до смерти. Однако слишком частые придирки подобного рода могут вылиться в кровную месть со стороны семьи убитого. Тогда как бой на арене совершенно безличен — обе стороны выходят на него по собственному желанию, заранее подписав документ об отказе от любых претензий. Сражаются исключительно бойцы равного уровня — ведь если проигравший будет хотя бы на один уровень ниже, его экспа окажется частично потеряна, а это сейчас самая ценная субстанция, где малейшие потери недопустимы.

Тем не менее, помимо экспы есть ещё и слава. Поэтому убить гостя с континента и поднять уровень за её счёт нашлось немало желающих. Об этом будут говорить годами — совсем не то, что зарубить такого же забияку из соседнего двора.

Судья, знаток оружейной и ремесленной магии, осмотрел снаряжение Эклер и заявил, что её шпага и кираса полностью эквивалентны доспехам и катане местных поединщиков. То есть вложены в них примерно равные по цене материалы и примерно равное количество очков Мастерства изготовителя. Это не означало, что они дают носителям равные возможности — сюрпризов никто не отменял, собственно, значительная часть искусства поединка тут состояла именно в том, чтобы застать противника врасплох какой-нибудь техникой, на которую у него не найдётся ответа. Как в Войне Грааля, по сути — Благородные Фантазмы тоже у всех разные, и против моего Га Болга, пронзающего сердце до того, как будет нанесён удар, враг тоже часто оказывался бессилен, даже если в целом был сильнее. Но это не считалось обманом или нарушением правил. Если мошенничать можно всем, то это не мошенничество.

Прогремел гонг — и не успел он ещё затихнуть, а неизвестный самурай уже летел на Эклер, словно выпущенная из лука стрела. Меч он держал в положении для колющего удара, хотя местные школы фехтования и отдавали некоторое предпочтение рубящим — но взмах легче просчитать и парировать, даже когда ты уступаешь в скорости. Из верхнего косого удара сменить стойку на горизонтальный — слишком долго — за время сближения враг может успеть понять, как именно его собираются рубить. А вот укол в лицо на укол в живот меняется за неуловимое мгновение, достаточно движения кистью.

Сияние маны сосредоточилось на кончике клинка. Эклер сделала взмах, отводя его в сторону… и, как и ожидалось, опоздала. На сотые доли секунды, но здесь и этого много. Катана миновала шпагу и вонзилась в плечо. Раздался громкий звон… и тут же глухой звук, когда Эклер перевела парирование во встречный удар по наплечнику, деревянного доспеха не разрубивший до конца, но откинувший самурая на пару метров и снявший ему четверть Защиты.

Собственно, на этом поединок можно было считать оконченным. Дальнейшее было уже не искусством, а ремеслом — Эклер методично и умело забивала противника, не давая ему собрать силы и энергию, чтобы нанести удар, эквивалентный первому. Это понимали все — и она, и зрители, и судья, и даже сам её противник. Когда осталась примерно треть жизни, он отсалютовал ей клинком, признавая поражение, и поднял голову, открывая горло. И вот тут у моей воительницы впервые дрогнула рука.

— Мы можем окончить поединок, если хотите. Не обязательно лить кровь.

— Обязательно, — чуть заметно качнул головой самурай. — Вы должны получить свою экспу, а для меня честь умереть от руки столь умелого противника. Пожалуйста, не оскорбляйте меня, оставляя в живых. Смерть для самурая ничто, но позор — ужасен.

Эклер с пониманием кивнула — она и сама жила по похожим принципам. В свою очередь отсалютовав противнику, она сделала неуловимый короткий выпад — точно в горло. Крови практически не было — дуэлянт рухнул вперёд так, словно его просто выключили.