Трактир "Бойкая щучка" (СИ) - Гринерс Эва - Страница 11

- Ну сейчас, наживка закончится, - ответил всё тот же юноша Рауль. Остальные рассмеялись почему-то.

- А на что вы ловите? - полюбопытствовала я.

Они переглянулись, и Рауль, усмехнувшись, запустил руку в воду. Пошарив под пирсом, он через несколько секунд вытащил горсть мидий и кинул на доски между собой и товарищами.

- Вот на них и ловим. Их же тут немеряно, ты не знала?

- Давайте, давайте, пойдем, - заторопила я их, меняя тему, - а то всю рыбу выловите, а там съедят все вкусняшки.

Вернувшись, я обнаружила счастливую Карлу, ухаживающую за Марио, несколько пар, танцующих в узком проходе, погруженного в раздумья Пабло.

Почувствовав себя уставшей, я решила пройти к себе в комнату, однако через танцующих было пробраться не так-то просто, и я опустилась на лавку. Вскоре вошли Рауль с приятелями, и я снова поднялась, чтобы положить им еды.

Параллельно я усиленно думала. Тётка Мадуро - служанка Гонсалеса - не просто так попалась мне на рынке. Это точно был знак. И как только я приняла решение, мне стало легче. Завтра пойду прямо в логово спрута. Как подготовиться, я тоже уже знала. А сейчас можно было расслабиться.

- Паблиньо, пойдем потанцуем, - окликнула я парня. Играла какая-то простенькая мелодия, очевидно, народная. Нехитрый, чувственный перебор гитарных струн был приятен слуху.

- Да я не умею, Габи, - Пабло колебался. Но было видно, что ему хочется.

- Я тоже не особенно. Тем более пойдем, - протянула ему руку, и он неуверенно взял её.

Мы встали в танцевальный ряд и потоптались немного молча.

- Завтра я пойду к Гонсалесу, - шепнула я Пабло на ухо, встав на цыпочки.

- Ох, Габи, - покачал парень головой, наступив при этом мне на ногу, - он не съест тебя, конечно. Но…

- Ничего не говори, я уже решила. К тому же, у меня есть план. Думаю, он должен сработать, чтобы Гонсалес не ополчился против меня.

- Что за план?

- Паблиньо, ты сочтешь его глупым. Хочу немного надавить на то хорошее, что в этом Гонсалесе есть.

Пабло уставился на меня недоверчиво, а я засмеялась тихонько.

- Не смотри на меня так. В любом человеке есть что-то хорошее. Может, будет достаточно просто с ним поговорить.

- Ну попробуй, конечно, - голос Пабло был полон сомнения, - но я бы лучше отговорил тебя пока что.

- Дорогая, мы уходим, - Карла с победным видом держала под руку доктора Переса. Тот смущался, однако, кажется, был доволен.

- Счастливо вам, - я помахала им рукой. - Завтра где тебя найти?

- После обеда дома! - Карла послала мне воздушный поцелуй, и они удалились.

Остальные гости тоже потянулись к выходу, прощаясь со мной. Вскоре дом опустел.

- Хочешь, я помогу тебе убрать, Габи? - мило предложил Пабло, топчась на месте, где мы недавно танцевали.

- Нет, дорогой, иди, я сама.

На пороге парень остановился.

- Габриэла, мой тебе совет: не заводи первой разговор о земле. Просто выслушай, что Гонсалес скажет тебе сам. А там видно будет.

Глава 10

Около девяти часов утра я уже стояла перед большим каменным домом с внушительной оградой. В руках у меня был поднос с жаренными тушками голышей, а точнее мерлангов, которых наловили мне вчера Рауль с приятелями.

Кроме этого к рыбке в глиняном горшочке у меня был приготовлен чесночный соус с травами, а украшал блюдо небольшой изящный овощной букет, исполненный в технике карвинга.

Я не была в ней мастером, однако, иногда со скуки по вечерам мучила морковку или огурец, вырезая из них цветы и птичек по видеоурокам в интернете.

Сейчас я очень надеялась поразить этим великолепием тетку Мадуро и проникнуть в дом Гонсалеса. Ну а дальше по обстоятельствам. Пока что дом выглядел неприступной крепостью: на воротах была намотана цепь с замком, а белые ставни закрыты.

Пока я размышляла, не обойти ли мне дом и не попытать ли счастья с черного хода, открылась одна из ставень на первом этаже, и из окна высунулась сеньора Мадуро и уставившись на меня, щурясь и прикрывая глаза от солнца.

Потом она поманила меня пальцем и указала куда-то за дом. Я поняла, что мне всё-таки следует его обойти, и направилась туда.

Какое-то время я еще ждала под дверью, набираясь терпения. Наконец, послышались шорохи, бряцанье, скрежет, и мне отворили.

- Входи, - буркнула женщина и пошла по длинному мрачному коридору, жестом пригласив меня следовать за ней.

В доме не было слышно ни звука, пахло рыбным бульоном и пастернаком. Коридор привел нас в кухню, где было посветлее. Кухонные шкафы, лари, буфеты - всё было тяжелым, дорогим и добротным. Но в тоже время присутствовал дух упадка. Как-то засалено и пыльно, как будто в доме давно никто не жил.

“Как-то странно это, учитывая финансовые возможности сеньора Гонсалеса” - подумала я. Здесь могло трудиться круглосуточно не менее дюжины слуг, наводя блеск и чистоту. Однако, по всей видимости, кроме нас здесь не было ни души.

Сеньора Мадуро развернулась ко мне.

- Показывай, что у тебя там, - она вытянула длинную, как у гуся, шею, пытаясь рассмотреть содержимое блюда.

- Вот, - поставила я его на стол и потрясла руками, которые порядком затекли.

Мадуро, как и в первый раз, чуть ли не носом исследовала всё - жареную рыбу, соус. Рассмотрев овощной букетик, она фыркнула недоуменно, однако на её лице промелькнуло что-то вроде уважения. Я готова была поспорить, что раньше она такого не видела.

- Сколько? - буркнула она, стараясь не показывать явного интереса.

Я назвала цену примерную, что выручила у неё накануне. Кажется, женщина осталась довольна, потому что, поспешно закивав головой, она прошаркала к буфету и достала оттуда узелок с монетами.

- А вчера сеньору Гонсалесу понравилось? - поинтересовалась я. Нужно было уже с чего-то начинать разговор, время шло.

- Понравилось, понравилось. Я хоть выдохнула. Уж как надоело всё одной: и стряпать, и стирать, и чистоту наводить, - неожиданно словоохотливо пожаловалась Мадуро. - Как разогнал всех старый черт, так мне и не продохнуть.

Я изобразила сочувствие на лице.

- Конечно, разве возможно в одиночку со всем справиться, - поддакнула, - можно попросить у вас стакан воды, сеньора Мадуро? Жарко.

- Жарко, да. А ставни старый черт не разрешает открывать, - женщина налила мне воды, и я принялась пить её мелкими глоточками.

А через несколько секунд чуть не выронила тяжелую кружку, расплескав воду на себя, потому что сверху послышался мужской голос, напоминающий рёв:

- Мадурооо! Мадуро, сюда!

У меня похолодели руки и ноги, несмотря на жару.

Женщина замерла, а потом шикнула на меня, чтобы я сидела тихо, и пошла куда-то на зов хозяина.

Через некоторое время сверху послышался невнятный диалог. Сеньор Гонсалес грубо и отрывисто выговаривал что-то своей служанке, а та сварливо бурчала что-то в ответ. Слов было не разобрать.

Потом Гонсалес стал надсадно кашлять, и вскоре сеньора Мадуро вернулась на кухню.

- Вовремя ты с этим появилась, - кивнула она на моё блюдо с жареной рыбой. - Сейчас поест, подобреет. Вечно не могу ему угодить, не по готовке я. Самое простое, как у всех. А ему охота, как раньше в ресторациях едал. Сейчас, обожди.

Она подхватила блюдо, зацепив на палец корзинку с хлебом, и снова удалилась. А я стала лихорадочно соображать. Сначала мелькнула лихая мысль, чтобы прокрасться за служанкой и нанести Гонсалесу неожиданный визит, но я её отмела сразу же. Наверняка, это только разозлит его. Значит, нужно было дождаться Мадуро и брать её в сообщники.

Женщина вернулась очень скоро и с просветлевшим лицом.

- Ух, как набросился! - довольно прокомментировала она. И уставилась на меня в раздумии, - ты откуда взялась? Кто твои родители? Лицо знакомое, а вспомнить никак не могу.

Я заколебалась. Стоило ли называть своё имя? С одной стороны это было рискованно: вдруг отец был персоной нон грата в этом доме из-за непонятной мне ситуации с кредитами. Пока я раздумывала, Мадуро внезапно изменилась в лице.