Моя Фиалковая Ведьма (СИ) - Адлер Марина - Страница 81

Авалард, наконец, посмотрел уже на меня, а не на то, что располагалось за шкафом, откуда он недавно вышел, и его взгляд сменился, стал не насмешливым, а серьёзным. Его глаза сверкнули желанием, когда на мне мужчина обнаружил хоть и вполне закрытую, но ночную сорочку из тонкого хлопка, кое-где, украшенную кружевами. Когда же я поняла, почему он смотрит на меня настолько внимательно, то отошла в другой конец комнаты, чтобы светильник, стоящий за моей спиной, не подсвечивал контуров тела под одеждой. Хотелось набросить халат, но он висел в шкафу, а поскольку Авалард стоял прямо перед ним, я не решилась взять нужную одежду.

— Какая наглость, Авалард. Пробираться тайком в комнату к замужней даме, да ещё и ночью.

— Да ещё и находиться с ней наедине и при этом застать её в неглиже. Я уже молчу о том, что эта дама жена моего брата. Какой ужас… — передразнил он меня с сарказмом.

— Вот именно!

— Не переживай. Чего я тут не видел? — как ни в чём не бывало, произнёс феец, — Ты лучше полюбуйся, какой путь в город я для тебя открыл.

— Что?

После его слов я и позабыла, во что одета. Подошла к Аваларду и тоже заглянула за шкаф. Там был самый настоящий тайный проход, ведущий в темноту.

— Кто ещё знает об этом?

— Судя по тому, насколько эти проходы заросли паутиной и пылью, только я и ещё один феец, а именно, твой муж. Но он ими точно не пользуется и нашу маленькую тайну не узнает. Если, конечно, ты не решишь ему рассказать о ней.

— Не расскажу. Они, правда, ведут в город?

— Скоро ты сама в этом убедишься. Более того, у меня для тебя есть кое-что.

Авалард развернул какой-то листок и потряс им перед моим лицом. На нём была изображена полностью вся карта тайных проходов.

— Король знает? — задала я самый важный вопрос.

— Нет, он не знает о них, как и о тоннелях под городом. Этот замок построили ещё задолго до появления фейри в мире людей. А Градос, сам того не осознавая, слишком расслабился, ощущая свою полную власть. Он плохо следит за охраной замка, ведь, по сути, она ему и не нужна. На короле сильнейшая непробиваемая магическая защита. Если ты ему не расскажешь, то он никогда и не узнает.

— Зачем мне ему говорить? Это мой шанс выходить хоть иногда в город.

Я забрала лист из рук Аваларда и тот улыбнулся.

— Я знал, что тебе понравится. Надень простое тёмное платье, и я тебе ещё многое покажу.

— Эрбос может вскоре вернуться. Он обещал быть к ночи.

— Не сегодня. Поверь, я бы не стал воровать тебя у брата из-под носа, не будь уверен в том, что твоё исчезновение останется незамеченным. Этой ночью у него много работы.

— Разве сегодня четверг?

Авалард мгновенно надо мной навис, угрожающе сверля взглядом.

— Откуда ты…

— Он сам мне рассказал о вашей матери и сестре. Не нужно на меня так давить. — Толкнула я его в грудь, заставляя отстраниться.

— Нет. Сегодня не четверг. Ты славно прозевала почти неделю, пребывая в унынии. А твой любимый супруг в данный момент накрыл со своей шайкой Инквизиторов укрытие магов и разбирается с ними.

Авалард знал куда бить и ударил больно. Представлять, насколько жесток мой муж с людьми, ничем не провинившимися, а просто родившимися с магией, было невыносимо.

— Отвернись. Я переоденусь.

Мужчина послушно прошагал в другой конец комнаты и замер спиной ко мне.

— И ты даже не спросила, куда именно мы направимся?

— Это совсем не важно. Я хочу выйти отсюда, и ты готов организовать это. А потому, я отправляюсь с тобой.

Бросила на кровать тёмно-синее, элегантное платье, сшитое по моде людей, корсет и бельё. Хоть на Сайнум являлось нормальным явиться в необычном платье, но даже полукровные фейки выходя на улицы Санктоса, предпочитали слиться с обществом.

Вскоре я была полностью одета и лишь дополнила образ тёмного наряда с длинными рукавами, шляпкой того же цвета с белой вуалью на ней, чтобы позже иметь возможность закрыть лицо. Волосы тоже заранее убрала в высокую причёску, чтобы они мне не мешали. В этот самый момент я сама себя поблагодарила за то, что умела сама себя собрать полностью, даже, несмотря на сложные наряды девушек, включающие в себя корсеты и другую сложно устроенную конструкцию с многочисленными застёжками и завязками. Спрятала выданную мне карту тайных проходов в шкафу под одеждой и повернулась к ночному гостю.

Авалард в это время послушно продолжал стоять спиной ко мне, казалось, он и вдохнуть боялся, пока я одевалась. В какой-то момент меня даже одолели опасения, не видит ли он что-то затылком, настолько затих. Застенчивость, точно не была его чертой.

— Я готова.

Мужчина обернулся, и взгляд его удовлетворённо прошёлся по моему внешнему виду. Мы вместе вошли в темноту тоннеля, феец сначала придвинул обратно тяжёлый шкаф, а затем, высвободив яркую магию из руки, осветил ею всё вокруг. В стене он нащупал маленький, чуть более светлый камень и нажал на него. Она мгновенно подвинулась, вставая назад на прежнее место. Да так хорошо, что заметить тут проход, не зная о нём, стало невозможным.

Мы медленно пошли по довольно широкому коридору. Пыль тут прямо-таки толстым пластом лежала на каменном полу, но воздух был удивительно чистым, ощущались его потоки, бьющие немного в спину. Мне стало интересно, и я тоже попыталась вызвать магию, подобно тому, как это сделал Авалард, освещая нам путь. И у меня получилось! Живой и тёплый свет, обнял мою руку, помогая растворить тьму вокруг ещё больше. Эрбос был не прав. Мои силы прекрасно меня слушались. Авалард же только улыбнулся, заметив мой эксперимент и последовавший за ним восторг на лице.

Мы шли довольно долго, прежде чем феец сверившись со своей картой, нажал на нужный камень в стене. Уличный свежий воздух ударил в лицо, даря приятное чувство. Мы находились в самом центре Санктоса, под мостом. Рядом текла широкая река Свия, даря ещё большую прохладу ночному воздуху, чистое небо озаряли звёзды и месяц. Они же стали и единственными свидетелями того, как двое вышли прямо из стены и, поднявшись по каменистому берегу реки, направились куда-то по улицам города.

Глава 27. Глоток свободы

Цветы абракуса подавляют магию в людях. Для фейри же это растение — яд, ведь фейри, по сути, полностью магические существа, сотворённые по совсем иным законам мироздания.

«Законы и порядки фейри»

Опустив полупрозрачную вуаль шляпки, прикрывая на всякий случай лицо и обвив руку Аваларда, я зашагала с ним вперёд по основным улицам Санктоса. Затем всё же решила задать пару вопросов о том, куда мы направляемся:

— И чем же ты меня решил порадовать в этот раз? Книгой, спасением моей жизни или ещё одной тайной?

Феец усмехнулся.

— Последнее. Только тайны теперь будут раскрыты. Мы идём в моё любимое место. Туда, где я готовлю лекарства и провожу эксперименты. В следующий раз я спланирую, как попасть в закрытое хранилище библиотеки замка. Там есть информация, которая заинтересует тебя. Ведь в этой части библиотеки хранятся записи обо всех чистокровных, которые когда-либо посещали мир людей и в целом обо всех фейри, которые жили и рождались тут.

— Там будет информация о тех, кто меня оставил в этом мире, — мои слова не звучали вопросом, а утверждали.

— Да, там мы найдём подтверждение твоему происхождению. Но эта часть библиотеки хорошо охраняется, мне необходимо обдумать нашу вылазку, найти необходимые записи, проникнув в хранилище, прочитать всё необходимое и вернуть документы на прежнее место. Возвратить их крайне важно.

— Почему?

— Градос не должен знать кто твои родители ни в коем случае. — Авалард посмотрел на меня и уточнил: — Не стоит ему знать таких вещей. На всякий случай.

Я сразу поняла, что феец что-то утаивает, но вида не показала. Теперь я решила, что, так или иначе, вскоре всё разузнаю сама. Тем временем мы пересекли круглую обширную площадь насквозь и, пройдя ещё немного по улице с богатыми особняками вдоль неё, свернули к кованым воротам одного из домов. Авалард открыл железную калитку и пригласил меня войти. Я тут же замялась на месте, раздумывая и опасаясь. Теперь я имела право на всё, чего пожелаю и даже если бы меня увидели, никто никогда не посмел бы высказаться против фейки. Отныне я могла идти под руку не только с мужем, но и даже оставаться наедине. Однако личные опасения заставляли медлить. Авалард мгновенно распознал мою нерешительность и усмехнулся.