Пациентка по межзвездной переписке (СИ) - Лунёва Мария - Страница 51

Руки било мелкой дрожью. В голове я просто вопила, моля о помощи, но при этом и слова произнести не могла. Челюсти не разжимались.

Лифт снова тронулся. Цифры медленно ползли вниз.

Остановился. Двери разъехались, и в кабину спешно вошли еще четыре нелюдя. Один из них, не глядя на меня, подтолкнул кресло так, что оно уперлось в стену. Развернувшись спиной, они о чем-то беседовали на неизвестном языке.

Мне стало совсем горько.

Никому не было дела до меня. Они вели себя так, словно и вовсе меня здесь нет.

Лифт поднялся на четыре этажа, открылся, и пассажиры покинули кабину.

Я же тихо плакала от невыносимой боли и обиды.

В висках пульсировали сосуды, принося дополнительные мучения.

Я все поглядывала на планшет, но сигнала не было.

Да если бы и был, сил на то, чтобы просто поднять его и найти нужный контакт, не осталось. Перед глазами все кружилось, и я с трудом различала панель с подсвеченным голубым цветом цифрами.

Тишина давила. На мгновение показалось, что я так и умру в этой металлической коробке, и никто не заметит этого.

И хуже всего становилось от осознания, что сама виновата. Слишком уж поверила в себя. Увлеклась игрой в здоровую. Забыла обо всем.

Сколько я не пила обезболивающего? Неделю или чуть больше. И все! Почувствовала себя полноценной. Способной на путешествия. На вылазки на станции. На жизнь, полную движения и свободы.

Но, нет... Реальность болью заставила вспомнить, кто я есть.

Беспомощный инвалид.

Всхлипнув, закрыла глаза. В ушах гудело. Каждый короткий вдох отзывался дикой болью в позвоночнике.

Время шло. Я слышала гудение ядра корабля и собственное натяжное сопение. Голова тяжело опустилась на спинку кресла. Малейшее движение вызывало резь в висках.

Все, что я могла — это просто дышать и молиться Великому космосу, чтобы дверь открылась и вошел кто-то, кто заметит меня. Мое состояние.

Наконец, за дверями раздались грубые мужские голоса. Загорелась одна из цифр на панели, и двери открылись.

— Я же говорил! — Кто-то быстро вошел в кабину, но различить я могла лишь высокую фигуру. — Это та девочка. Ее мы почувствовали.

Холодная ладонь коснулась моего лба. Сместилась на щеку.

С трудом приоткрыв рот, я выдохнула одними губами:

— Помогите...

— Тихо, — мужчина прижал пальцы к моим вискам. — Сейчас станет легче. Я легонько, чтобы не касаться сознания. А то вдруг узнаю твои самые сокровенные тайны. У тебя такие есть?

— Нет, — все так же беззвучно выдохнула. — Совсем никаких.

Я чувствовала холод его рук, он проникал через кожу и приносил внезапное облегчение. Обмякнув в кресле, я наконец смогла широко открыть глаза.

Знакомые мне хроны.

Один сидел прямо передо мной, а еще два стояли снаружи лифта.

— А еще говорят, что вы плохие. Такая наглая ложь, — прошептала, особо не думая.

— Правильно говорят, — незнакомец усмехнулся. — Но мы полукровки и вне логова. А вот от чистокровных держаться нужно подальше. Почему ты одна?

От его прикосновения мне стало легче. Сделав глубокий вдох, даже попыталась улыбнуться, но получилось, наверное, жалко.

— Потому что сглупила. — Я опустила взгляд. — Когда взлетали в прошлый раз со станции, мне не было плохо. И я решила, что и в этот раз будет так же.

Он вздохнул и покачал головой.

— Первое путешествие, да? — И, не дожидаясь моего ответа на вопрос, продолжил: — Со всеми это бывало. Опыта нет. Станция, девочка, находилась на орбите, и притяжения там нет. А здесь металлическая планета, и ощутили старт все. Кто-то больше, а кто-то меньше. Но все. Мы потому и не сразу поняли, что чувствуем чужую боль. Думали, что друг от друга недомогание скрываем.

— Вы почувствовали? — Я с удивлением взглянула на него. — Но почему? Как?

— Потому что в тебе частичка хронов. — Он осторожно обхватил меня за талию и усадил ровнее, после чего поднялся и выкатил коляску на этаж.

Свет больно ударил по глазам. Снова зажмурившись, тихо простонала.

— Терпи, — передо мной снова присел все тот же мужчина. Он выглядел выше и мощнее остальных. — Есть с кем связаться?

— Связи нет, — пролепетала, неуклюже вытаскивая планшет.

— На корабле да, — он кивнул, разглядывая меня. — Когда сложный взлет, глушат все на час, но у нас есть нелегальный канал. Кто-то вне корабля может нам объяснить, что с тобой делать? Или так к врачу поедем?

— Креид! — раздалось предостерегающее за его спиной. — Мы и так на нее воздействовали, нужно спросить разрешение. А то скажут — похитили и полезли в мозги. Обвинят во всех ее бедах.

Чуть склонив голову, я разглядела второго мужчину. Тот самый, что мне с врачом помог.

— Да, нас, как ты уже сказала, малышка, не любят. — Хрон, сидящий передо мной, мягко коснулся моего подбородка, вынуждая смотреть на него. — С кем мне связаться? Родственники есть вне корабля?

Он забрал у меня планшет. Провел по экрану пальцем и нашел в сплывшем окне список контактов.

— Нум дар Орш Соод, — подсказала я.

— Друг? — Хрон вопросительно приподнял бровь.

— Жених, вроде как, — пробормотала смутившись.

— Годится, — он достал свой планшет и, что-то там активировав, набрал нужный номер.

Пошел сигнал. Мужчины чуть придвинулись друг к другу.

Ответа не было. Нахмурившись, хрон повторил вызов.

— Да, — голос Нума звучал жестко. — Кто такие и откуда мой номер?

— Кто такие — неважно, — моего спасителя ничуть не смутил тон, он его, казалось, не заметил. — А номер от нее. Твоя малышка? — Он развернул планшет на меня.

В нечетком отражении экрана я видела, как ужасно выгляжу. Бледная, с синюшными губами. Волосы взъерошенные.

— Лиля, — голос Нума дрогнул, он оттянул ворот своего медицинского кителя и подался вперед, вглядываясь в меня. — Что с тобой?

Я хотела ответить, но слов не находила. Такой дурной себя сейчас ощущала. Слабой и совсем никчемной. Чувствуя, как на глаза снова набегают слезы, опустила голову.

— Лиля, что произошло? Что с ней, отвечайте уже! — Он снова заговорил зло.

— Приложило в лифте во время взлета, — хрон повернул планшет на себя. Но я успела заметить, как на экране за спиной моего орша появился Лэксар. — Проблема в том, что я не той расы, чтобы возить чужих женщин по врачам. Прилететь может. Понимаешь, доктор, о чем я?

— Хрон? — голос супруга Астры не выражал никаких эмоций.

— Полукровка, — мужчина кивнул. — Я могу убрать боль и помочь, но чтобы потом обвинений не было.

Он чуть сдвинулся так, чтобы я видела оршей, а они меня.

— Можешь — делай, — четко произнес Нум. — Проблем от нас не будет. Только не оставляй ее так.

Он смотрел на меня не отрываясь. Как-то зло и беспомощно.

«Прости!» — шепнула, чувствуя за собой такую вину.

Он прикрыл глаза и выдохнул.

— К врачу ее везите, — дал распоряжение Лэксар. — Пусть выполняет свои обязанности.

— Тот сморчок на дух не переносит нас, — заметил один из полукровок.

— Его проблемы, — Лэксар жестко усмехнулся и, чуть повернув голову, продемонстрировал четкую серую линию на щеке от уголка рта до мочки уха. — Будут трудности с ним — соединяйтесь с нами, мы его научим всех любить без исключения.

— А-а-а, — незнакомец рядом выдохнул. — Это меняет дело. Но за помощь с вас причитается.

— Что хочешь? — Нум прищурился. — Женщина моя — платить мне.

— И отлично! — Хрон закивал, рассматривая его форму. — Ты знаешь, как нас лечить, поэтому контакт сохраню и если нужно будет — с тебя помощь. Не задаром, конечно, но нас на приеме и за галы видеть не желают. Думаю, и это ты знаешь.

— В любое время, — Нум кивнул, — но оставшиеся несколько дней до Залфа, вы следите за моей женщиной.

— Годится! — Хрон кивнул. — Можешь не переживать, получишь свою девочку целой и невредимой. Шустрая она у тебя, непоседливая. Сбережем, тут лететь уже всего ничего.

Нум снова выдохнул, как будто испытал облегчение. А мне совсем стыдно стало. Хоть в тесной каюте замуровывайся и сиди там до нужной станции.