Водная жила (СИ) - Тыналин Алим - Страница 39

Правила устройства электроустановок действительно требовали технической документации на каждую опору. Но где взять расчеты для самодельных конструкций?

«Пункт 3. Система автоматического управления спроектирована лицом, не имеющим соответствующих полномочий. Основание: Положение о лицензировании…»

Список продолжался еще на две страницы. Двадцать три пункта замечаний, каждый из которых требовал отдельного согласования в различных ведомствах.

За окном моего кабинета мелькнул Володя Семенов в телогрейке цвета хаки и валенках тети Груши с цветочным узором. Молодой инженер нес под мышкой толстую тетрадь в клеенчатом переплете и что-то бормотал себе под нос, видимо, обдумывая очередную техническую задачу.

Я открыл окно и окликнул его:

— Володя! Зайдите на минутку!

Он поднял голову, покрытую шапкой-ушанкой из искусственного меха:

— Сейчас, Виктор Алексеевич!

Через несколько минут молодой специалист сидел в кресле для посетителей, листая папку с замечаниями комиссии. На нем была рабочая телогрейка, под которой виднелся вязаный свитер серого цвета. Лицо красное от мороза, но глаза горели интересом к технической проблеме.

— Знаете что, Владимир Иванович, — сказал я, используя полное имя для придания серьезности разговору, — у нас появился шанс официально оформить все наши технические решения.

— Как это? — не понял он.

— Комиссия требует расчеты и паспорта на металлические опоры. Значит, нужно их составить. Вы же инженер, справитесь?

Володя оживился:

— Конечно справлюсь! У меня все исходные данные есть. Сечения профилей, марки стали, ветровые нагрузки. Только времени потребуется дня три-четыре.

— А для системы автоматики что нужно?

— Принципиальную схему на ватмане, спецификацию компонентов, расчет токов и мощностей. Это попроще, за два дня сделаю.

— Отлично. Приступайте немедленно. Оформляем все по государственным стандартам, с печатями и подписями.

Володя достал из кармана телогрейки химический карандаш и начал записывать план работ в свою тетрадь:

— А кто будет подписывать документы? Нужен инженер с соответствующей квалификацией.

Это проблема. В совхозе нет дипломированных инженеров-электриков и инженеров-строителей с правом подписи проектной документации.

— Пока составляйте расчеты, — решил я. — С подписантами разберемся отдельно.

После ухода Володи я позвонил в районное управление сельского хозяйства. Трубка черного телефонного аппарата АТС-6 была холодной от морозного воздуха, проникающего через неплотно закрытое окно.

— Товарищ Басов? — обратился я к начальнику технического отдела. — Виктор Корнилов беспокоит. У нас тут ситуация с документооборотом возникла…

Николай Петрович Басов был старым знакомым, мужчина лет пятидесяти с высшим инженерным образованием и большим опытом работы в сельском хозяйстве. Окончил Алтайский сельскохозяйственный институт в 1951 году, прошел путь от агронома до начальника отдела.

— Слушаю, Виктор Алексеевич, — ответил он спокойным голосом. — Что случилось?

— Нужно оформить техническую документацию на наши инженерные решения. Расчеты есть, но требуется подпись лица с соответствующими полномочиями.

— А что конкретно оформляете?

— Металлические опоры ЛЭП и систему автоматического управления насосами.

Басов помолчал, обдумывая ситуацию:

— С автоматикой могу помочь, у меня есть лицензия на проектирование систем электроснабжения сельхозобъектов. А с опорами сложнее, тут нужен строитель.

— А где найти строителя?

— В тресте «Алтайводстрой» есть главный инженер Комаров. Он может подписать расчеты несущих конструкций. Только за услугу придется заплатить.

— Сколько?

— Договоритесь с ним лично. Обычно берут процентов пять от стоимости объекта.

Пять процентов от стоимости опор составляли около тысячи рублей. Деньги немалые, но без официального оформления документов строительство могли остановить.

Тем временем за окном разворачивалась очередная сцена из жизни стройки. Семеныч с двумя помощниками монтировал кран-укосину для подъема труб в котлован. Использовали старые железнодорожные рельсы Р-43 как направляющие и самодельную лебедку из списанного автомобильного стартера.

«Семеныч изобретатель от бога, — подумал я, наблюдая за работой. — Из подручных материалов может собрать что угодно».

В дверь постучали. Вошел Железняков в полушубке из натуральной овчины, стряхивая снег с каракулевой шапки.

— Виктор Алексеевич, — сказал прораб, садясь в кресло и доставая из кармана потертый блокнот, — у нас проблемы с поставкой труб. Завод задерживает отгрузку на две недели.

— По какой причине?

— Не хватает вагонов. Транспортный план на январь уже выполнен, а дополнительные заявки принимают только на февраль.

Еще одна проблема. Без труб диаметром пятьсот миллиметров невозможно продолжать прокладку магистральной линии.

— А альтернативные варианты есть? — поинтересовался я.

— Можно попробовать купить трубы с других объектов, — предложил Железняков. — В соседнем районе строят водопровод, у них излишки образовались.

— Дорого?

— На двадцать процентов дороже заводской цены. Но с доставкой своим транспортом.

— Договаривайтесь, — решил я. — Простой обойдется дороже.

Железняков записал что-то в блокнот и поднялся с кресла:

— Еще одна новость. Бригада сварщиков из Новосибирска согласилась поработать у нас в феврале. Высококвалифицированные специалисты, могут варить трубы любого диаметра.

— Отлично. А как наш Колька?

— Колька молодец, но для ответственных стыков нужны сварщики высшего разряда. Зато он отлично справляется с ремонтными работами.

После ухода Железнякова я снова сел за изучение формальных претензий комиссии. Каждое замечание требовало конкретных действий:

«Пункт 7. Отсутствует проект производства работ, согласованный с Госгортехнадзором…»

Госгортехнадзор занимался промышленной безопасностью. При чем тут сельскохозяйственное строительство?

«Пункт 12. Не предусмотрена система экологического мониторинга воздействия на окружающую среду…»

Экологический мониторинг для оросительной системы? Мы же не химический завод строим.

«Пункт 18. Самодельная система отопления насосных станций не соответствует требованиям пожарной безопасности…»

Система отопления состояла из обычных электрических ТЭНов мощностью три кВт каждый. Какие могут быть претензии?

Я понял, что комиссия просто перенесла на наш объект требования, предъявляемые к крупным промышленным предприятиям. Формально они были правы, но по существу это абсурд.

За окном начало темнеть. Зимний день короткий, в четыре часа уже наступают сумерки. На стройке зажглись прожекторы ПЗС-45, освещая рабочие места яркими конусами света.

Зазвонил телефон. Я снял трубку:

— Корнилов слушает.

— Виктор Алексеевич, — знакомый голос Климова прозвучал в динамике, — как дела со строительством? Слышал, у вас комиссия была.

— Михаил Иванович, — осторожно ответил я, — комиссия выявила ряд формальных недостатков в документообороте. Работаем над устранением.

— А серьезные проблемы?

— Решаемые. Но потребуется время на оформление дополнительных согласований.

Климов помолчал:

— Виктор Алексеевич, у меня к вам просьба. Завтра приезжает делегация из обкома, хотят посмотреть на вашу систему орошения. Можете провести экскурсию?

Визит из обкома это серьезно. Областное руководство могло как поддержать проект, так и закрыть его одним решением.

— Конечно, Михаил Иванович. Во сколько ожидать?

— В одиннадцать утра. Будет заместитель секретаря обкома по сельскому хозяйству и представители плановой комиссии.

— Встретим достойно, — пообещал я.

После разговора с Климовым я долго сидел у окна, обдумывая ситуацию. С одной стороны, формальные претензии комиссии. С другой, интерес областного руководства. Где-то между этими полюсами лежал путь к успеху.