Бессердечное милосердие - Тухолки Эйприл Женевьева - Страница 26

Я выпрямилась и почувствовала рукоять топора на бедре.

– Вы готовы, сестры?

– Да, – твердо и дружно ответили они.

И, Хель, от их уверенности мое сердце забилось быстрее.

Мы медленно двинулись на звук барабанов. Я снова оглянулась через плечо, но Тригв, уже превратившись в тень, слился с темной хмарью, витающей над болотом.

Дробь барабанов стала громче.

Тропинка у нас под ногами расширилась, и вскоре мы вышли на деревянную дорожку. Дорожка вела в темную ивовую рощу, и мы, проскользнув между деревьями, вышли прямиком к окраине деревни. Здесь мы остановились, не зная, что делать дальше, хотя вокруг деревни не было ни забора, ни охраны.

Ови поймала мой взгляд и нахмурилась. Ей тоже было не по себе.

Почему местным не нужна защита?

Тростниковая деревня состояла из нескольких десятков круглых хижин, похожих на дома морских ведьм, но с соломенными покатыми крышами, а не с крышами-конусами, крытыми кровельной дранкой.

Я искоса огляделась. Увидела сады, оставленные там тачки, сушащуюся на веревках одежду. Если бы не белые камыши, колыхавшиеся вокруг, это место было бы похоже на любую деревню в Ворсленде.

Но только тут…

В обычной деревне даже среди ночи лают собаки, хрюкают свиньи, плачут младенцы…

Но здесь не было слышно ничего, кроме шелеста тростника да стука. Стука, СТУКА барабанов.

Джунипер, как водится, зашуршала раковинами в кармане.

Мои мысли вернулись к словам Матушки Хаш о том, что Королева-Затворница распространяет зло своей болотной магией. Я прежде полагала, что тростниковая королева – просто глава очередного культа в Ворсе – культа, члены которого, как водится, совершают эзотерические ритуалы и с наслаждением пытают чужаков.

Но что если Королева использует магию…

Истинную магию…

Магию ведьм…

Хель!

Руна повернулась ко мне, подняв брови. И что теперь?

– Пошли. – Я жестом позвала сестер за собой.

Посреди деревни располагалась окруженная домами поляна. Тут в высоких железных жаровнях горели костры, создавая оранжевое свечение, которое мы и заметили издали. Вокруг жаровен толпились девушки; их длинные волосы были заплетены в толстые косы, ниспадающие на хрупкие плечи, их тела плотно облегали темные туники, ноги почти бесшумно ступали по земле, скрытой тенью. Ни одна из них не выглядела моложе двенадцати или старше двадцати.

В центре поляны несколько девушек стояли на коленях и неутомимо стучали в пять огромных деревянных барабанов. Непрерывно раздавалось: бом-бом, бом-бом, бом-бом.

Мы двинулись к поляне, прижимаясь к теням и ступая в такт с барабанами. Скрытно продвигаться нам, несомненно, помогли долгие ночи, проведенные на болоте за изучением Седьмой Степени.

За пределами круга огня стояла одинокая девчушка – крошечное существо с черными вьющимися волосами. Я принялась медленно… медленно… подкрадываться… И, оказавшись к ней так близко, что при желании могла бы поцеловать ее в шею, я закрыла ей рот рукой и дернула ее назад в темноту.

– Где Королева-Затворница? – прошептала я, прижавшись губами к ее уху. – Отведи нас к ней.

Я убрала руку с ее губ. Девушка, ничего не сказав, лишь покачала головой.

Руна прыгнула вперед и приставила к тонкому горлу девушки кинжал.

– Говори, болотная крыса, где она, а не то…

Барабаны вдруг смолкли на полутакте.

С ними вместе остановилось и мое сердце.

Воздух сделался тяжелым. Спертым. Удушающим. Наступившая внезапно тишина была оглушительней, чем грохот барабанов.

Толпа девушек на поляне расступилась…

Вперед вышла Королева-Затворница.

Она была маленькая, как Джунипер. Даже еще меньше. Поверх коричневых кожаных штанов на ней была белоснежная туника. Ее распущенные медово-золотые волосы спадали мягкими волнами почти до талии, а ярко-зеленые глаза были острыми, проницательными и прекрасными.

Я услышала шум, и мой взгляд переместился в сторону и вниз – к молодому человеку рядом с ней. Тот, склонив голову, стоял на коленях. Руки его были заломлены за спиной и связаны, а лицо скрывали темные волосы…

Тригв!

Я напряглась, готовая с криком броситься в атаку, и убивать, убивать…

Ови схватила меня за руку. Сильно встряхнула и прошептала:

– Это не он. Смотри.

Она оказалась права. Молодой человек был слишком худ. Слишком юн.

У ног Королевы-Затворницы был вовсе не Тригв.

Я приложила руку к сердцу, как это сделала бы Джунипер, и возблагодарила любого из богов, кто слышал меня сейчас.

Королева-дитя не обращала мужчин в свою веру, и потому связанному незнакомцу эту ночь явно не пережить.

Снова загрохотали барабаны, а мы вышли из тени к огню.

Королева-Затворница не улыбнулась нам и не кивнула фальшиво-приветливо. Щеки ее заливал румянец, пухлые детские губки были сжаты. Она походила на обычную молодую девушку из Ворса, отправившуюся доить корову или принести воды из ручья… Только выражение ее лица не было детским, удивленным, полным энергии, как лицо Аарна. Оно было совершенно отчужденным.

И грозно праведным.

– Ты здесь, – просто сказала она и в кивке, обращенном только ко мне, слегка дернула изящным подбородком. – Тростники доложили мне, что ты наконец вошла в мое болото. Ты припозднилась. Увидеть тебя я ожидала гораздо раньше.

– Неужели припозднилась? – спросила я спокойно, будто у меня внутри вовсе не похолодело от ее слов.

– Да, и ты, судя по всему, вовсе не торопилась.

Голос Королевы-Затворницы был твердым и хриплым, как голос взрослой женщины, а не девочки.

Положив руку на рукоять топора, я шагнула к ней. Почувствовала, что Ови прижалась к моему правому боку, а Руна – к левому. Джунипер, едва слышно шепча молитву защиты, встала чуть позади.

Что бы ни случилась дальше, я знала, что спину мне прикрывают Сестры. И станут прикрывать до самого конца.

Такая преданность была редкостью – прекрасной и чистой.

Я сделала еще шаг вперед, и Королева одарила меня быстрой, все понимающей улыбкой.

– Там, за ивами и тростником, меня называют Королева-Затворница, не так ли?

Я кивнула.

– Так оно и есть.

– Здесь меня зовут Элан Вульф.

Королева медленно двинулась ко мне.

Мой взгляд скользнул по ее подданным, стоявшим позади нее.

Они выглядели обычными девушками: милыми, застенчивыми, смелыми, безразличными, грустными, нетерпеливыми, взбудораженными, но у иных в глазах было такое, от чего захотелось бежать назад, в темноту.

Королева-Затворница подошла ко мне вплотную. Безбоязненно положила руки мне на плечи и, встав на цыпочки, зашептала мне прямо в ухо:

– Я давно чувствовала твое приближение. Чувствовала по тому, как на ветру шевелился тростник. Чувствовала по тому, как вода плещется у края моей деревни. Чувствовала, глядя на изгиб Луны и мерцающую линию горизонта.

Я думала, что почувствую отвращение от близости Королевы-Затворницы. Или даже страх. Но ее дыхание давало мне… силу.

Болотная королева была такой живой. Более живой, чем все те, кого я встречала прежде.

Элан Вульф отстранилась от меня и отступила на шаг.

– Как тебя зовут?

– Фрей.

– Фрей, ты пришла, чтобы присоединиться к нам? Стать Ивой, как и другие девушки? Готова ли ты оставить позади прежнюю жизнь, готова ли, повинуясь моему приказу, следовать за тростниковыми сестрами, куда бы нас ни вел наш путь мести?

– Да, – солгала я. – Готова. Желаю того всем сердцем.

– А веришь ли ты в богиню Фен? – Голос болотной королевы, став громче, эхом разнесся по деревушке.

Краем глаза я увидела, что пламя в ближайшей жаровне взвилось вверх, словно в ответ на ее вопрос.

– Да, – заверила ее я.

– А веришь ли ты, что болотная магия – это единственная добрая и чистая магия, а все остальные магии – темные и злые?

За ее спиной в ожидании моего ответа замерли девочки-тростинки.