Леденцы босоногой графини (СИ) - Семина Дия - Страница 19

Смотрю на них и так приятно на душе, Мише нужен кто-то похожий на Петровича, опытный, сильный, взрослый, способный без нравоучений подать пример мужского поведения.

— Доброе утро, мальчики, пойдём завтракать. Данила, вот здесь у меня наличка, ну в смысле деньги. Возьми, будешь за нас рассчитываться, я не слишком хорошо в ценообразовании разбираюсь.

Подаю ему две солидных купюры, чем вызываю лёгкое недоумение.

— У меня есть деньги!

— Не спорь, мы же не знаем, чем дело с наследством обернётся, может быть, придётся отдать жалование княгине, но не просто так, а заставить её расписку написать, что она к тебе не в претензии. И сейчас, после завтрака надо Мишу приодеть, и у тебя личных вещей нет. Так что на войне, как на войне. Консолидируем все усилия и жмём до последнего.

— Нет, ну ты точно не Офелия! — прошептал Миша и так на меня посмотрел, что я смутилась. Сама понимаю, что говорю как-то слишком заумно, Наташа таких слов не знала. Проще надо быть, проще.

Взяла мужа под руку, брата за руку и пошли, как добропорядочное семейство на завтрак.

— Забыла, мне ещё надо очень хорошую ступку купить, сахарную пудру делать. Так что дел полно, а времени в обрез.

Так, за деловыми, сиюминутными разговорами мы отлично позавтракали и снова устроили «забег» по близлежащим лавкам. Потом Миша намекнул, что утром на рынке продукты свежее и больше выбор.

— Нам пока рано о продуктах думать. Это уже после оглашения завещания. Да и после полудня торговцы лучше уступают.

— Это да, но пару мешков ячменя купить можно сейчас, потом они уедут, — Даниил поддержал Мишу, и мне пришлось сдаться. До полудня ещё час времени.

На небольшом рынке мы закупили ячмень, сыр, солонину, колбасу по немецкой рецептуре, как наша сырокопчёная, долго хранится, а значит, нам подходит.

И я не удержалась, купила семена. Тыква, морковь, свёкла, лук, огурцы, поздно, но что вырастет, то вырастет. Забыла на секунду, что нам, может быть, не светит в усадьбу возвращение.

Пришлось нанять парня с тележкой, загрузить внеплановые покупки и поспешить в «отель», а потом и к Звягину.

Идём быстрым шагом, и вдруг слышу вслед:

— Офелия Андреевна, какими судьбами, доброе утро. А я к вам сегодня следователя отправил, может, уже и уехал, — голос я сразу узнала Марк Тимофеевич, собственной персоной.

— Добрый день. Да вот приехала решать вопрос с документами на коней. А пришлось срочно замуж выйти за Даниила Петровича.

Марк не выдержал и рассмеялся. Очень уж он красивый…

Чувствую, как муж крепче взял меня под руку, но улыбнулся, и протянутую руку коннозаводчика пожал, пробурчав какое-то «тёплое» приветствие.

— Как вы быстро замуж, но прекрасно понимаю, обстоятельства очень спорные, я здесь справки навёл. И могу только пожелать удачи. Если с документами выгорит, знаете, где меня найти?

— Нет, не знаем, но как понимаю, теперь этими делами Даниил Петрович будет заниматься, я не очень осведомлённая в тонкостях конного дела.

Марк протянул мне визитку, и я её перепоручила мужу.

— Благодарю, если всё получится, то мы непременно приедем к вам. А сейчас прошу нас извинить, нам пора на встречу.

— Желаю удачи, она вам очень понадобится! — он учтиво кивнул мне и снова пожал руку моему мужу, и теперь между мужчинами нет того накала, какой ощущался в самом начале.

Петрович тоже заметил обручальное кольцо на руке Марка Тимофеевича.

Не успели распрощаться, как на площадь влетела небольшая бричка, и в ней царственно восседает княгиня.

— Вы тогда идите в кабинет-то, а я тут сам разгружу покупки с парнем, деньги у меня есть оплатить, — Миша поморщился, глядя на княгиню, и решил, что ему не хочется снова с ней встречаться. Я отдала ему десять копеек на мелкие расходы и оплату услуг «курьера», Данила отдал ключ от комнаты, и мы разошлись в разные стороны.

— Мы ничего не проигрываем, у нас уже всё есть, единственное, за что я хочу биться, это за документы на Фрейю.

— Зачем ты это повторяешь? Боишься проиграть? — муж остановился и внимательно посмотрел на меня.

— Я просто не хочу крушения надежд, если ничего не получится, то самая страдающая сторона — это Федот и Маруся, а мы просто начнём жизнь с нового листа.

Он неожиданно приобнял меня и поцеловал в висок.

— Ты, как всегда, права и это поразительно…

Глава 18

Наследство с душком

В моей жизни, той, которую никогда уже не вернуть, случались подобные дела. Пару раз приходилось пройти по судам, но в большей степени то, всё мелочи. Да и законы, более или менее понятные. А сейчас совсем иное мероприятие предстоит.

Оглашение завещания, и рядом с нами будут находиться противники. Княгиня приехала не одна, а с каким-то мужчиной, видно, что секретарь или юрист. Сейчас начнут к каждому слову цепляться.

Коротко поздоровались со старшим советником, он нас ещё раз поздравил с бракосочетанием.

Мы сели на кресла с одной стороны стола, а вошедшая следом княгиня уселась подальше от нас. Спряталась за своего юриста.

Может быть, посчитала меня халдой, готовой кинуться в драку?

Надеюсь, что нет.

— Итак, господа, приступим к нашему делу. Прежде всего, хочу начать с того, что Наталия Андреевна решилась и вышла замуж, как того требовал её отец. Так как вы все сами присутствовали, то лишних вопросов, надеюсь, нет. Судья вчера предельно всё пояснил.

Константин Матвеевич показал всем присутствующим наше свидетельство.

И попросил своего секретаря переписать сведения, заполнить шапку протокола.

Мы замерли.

Снова жужжат мухи и долбятся в закрытое окно, и кроме меня на них никто не обращает внимания. Показалось, что здесь так душно, вроде вдыхаю, а вхолостую. Ещё и едкий запах табака от секретаря, чтобы уж совершенно невыносимыми сделать условия нашего непростого дела.

Звягин долго перечислял всё то, что входит в состав завещания.

Даниил Петрович слушает внимательно, его глаза округляются, и он время от времени удивлённо посматривает на меня. Не ожидал, что старый граф был настолько богатый?

А вот княгиня ожидала.

Несколько раз на нервах стукнула тростью об пол.

И мы каждый раз нервно вздрагиваем, Звягин замолкает, смотрит на Пелагею Карповну, видимо, про себя отчитывает её не самыми пристойными словами, а после продолжает зачитывать.

Неожиданно список закончился.

Поворачиваюсь и смотрю на мужа удивлённо.

Ни единого слова про коней!

Даже про конюшню не упомянул ни разу.

Это неожиданно придало мне сил и веры в приятный исход событий.

Главное, что княгиня ничего не знает о ценности животных. Эту информацию должен был донести до неё Петрович, но я удачненько переманила его на свою сторону.

— Итак, господа. Позвольте мне перейти…

— Да хватит уже мурыжить честных людей! Читай это чёртово завещание! — прорычала Пелагея Дюжина и снова стукнула об пол клюкой.

— Имейте терпение, у каждой процедуры есть свои традиции, они записываются секретарём и в случае разбирательства, учитываются судом.

— Вот именно! Суда вам не избежать! — воскликнула княгиня и опять сделала свой бум тростью. Поняла, как сильно этот стук бесит старшего советника.

— Итак, господа, позвольте мне зачитать текст завещания. Составленного лично графом Цветковым Андреем Владимировичем. На тот момент имеющего подтверждённое здравие, крепкую память и рассудок, не выходящий за рамки принятых норм.

Ожидаемо Пелагея в этот момент громко рассмеялась, всем своим видом оспаривая произнесённые слова советника.

— Продолжаем, итак, текст завещания: «В свете некоторых обстоятельств прошлых лет, у меня имеются двое детей, Наталия и Михаил. Сын в силу малолетнего возраста и положения, ибо рождён от моей экономки Варвары Никифоровны Проскуриной, не имеющий по материнской линии дворянского происхождения, не может получить долю в наследии, но при любых обстоятельствах ему обязаны положить достойное содержание, не менее десяти рублей в месяц. В случае неисполнения моей воли, налагаю полномочиями старшего советника К. М. Звягина начать процесс по устранению несправедливости».