"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Верещагина Анна Верещагина - Страница 175

— Перевал Одиноких сердец, — прокомментировал последний.

— Он указан на картах? — заинтересовалась я, гадая, отчего его назвали именно так, а не иначе.

— Только на некоторых, но названия было дано ведьмами. Кстати, это было сделано сразу после начала войны с огневиками.

— Вы просто кладезь информации! — восхитилась я. — Расскажете еще о чем-нибудь?

— Если вас увлекают эти горы, то я буду только рад поговорить о них. В свое время я был одним из тех, кто разыскивал младшего брата владыки, потому узнал об этих местах много нового!

Я рьяно закивала, надеясь, что вскорости мы выберемся из этой узкой расщелины и сможем идти рядом. А пока оставалось довольствоваться только тем, что вижу. Склоны перевала нависали над тропой, словно желали сомкнуться, встретиться, навсегда закрыть этот проход. Передвигаясь, нам была видна только узкая полоска хмурого неба, слабо освещающего усеянную камушками дорожку. Шли медленно, выверяя каждый последующий шаг, иногда Ик'циар поднимался в воздух, чтобы удостовериться, что впереди нет никакой опасности. Его полет завораживал, и я, подняв голову, замирала, когда дух противоречия, точно гигантская птица взмывал к небесам, широко махая крыльями.

Постепенно проход снова стал широким, но, к сожалению, свет дня померк, и нам пришлось устраиваться на новый ночлег. Ночь выдалась безлунной, из тучек то и дело шел снег. Суровый пейзаж освещался только светом костерка и группой искорок, летающих от одного участника похода к другому. Мы расположились в небольшой пещерке, где едва-едва хватило места нам всем. Я с нетерпение ждала утра, устраиваясь на неудобной лежанке, пытаясь заснуть, но сон ко мне никак не желал приходить. Чудилось, что кто-то рыдает за стеной пещеры, зовет, страдает. Я пыталась убедить себя, что это только ветер, поминутно поглядывая на спящих спутников, но успокоиться все никак не могла. Ворочалась с боку на бок, считала зверушек, гнала прочь печаль и тоску, но уснуть так и не получилось. Разъярившись, я вскочила, поманила огненную бабочку, сидящую на одной из стен, и вышла наружу.

Здесь свирепствовал ледяной ветер, гонящий сонмы снежинок, складывающихся в белесые фигуры, напоминающие призраков. Поежилась и решила отойти к костру, у которого замерла Лийта. Подойдя ближе охнула, по началу не доверяя своим глазам, на плечах ведьмы красовались небольшие сугробы, которые успел намести ветер-бродяга. Подскочила и потрясла ведьму, но она повалилась наземь, точно подкошенная. Я присела рядом, пытаясь увидеть признаки жизни. Хвала всем богам Вейтерры, Сероволкина дышала, просто настолько крепко спала, что ничего не замечала вокруг. Я потрясла ее сильнее, но результат был плачевен — Сероволкина просыпаться не пожелала.

— Чье это колдовство? — вопросила в пустоту, резко разворачиваясь с намерением вернуться в пещеру, чтобы позвать других.

Не смогла сделать и шаг вперед, потому что на пути стоял кто-то высокий. Подавив испуганный возглас, обратилась к наблюдателю:

— Господин Огнев, вы сами просили меня, чтобы я не обращала на вас внимания! Но как это сделать, если вы загораживаете мне дорогу?

Он неспешно откинул капюшон, и на лице расцвела злая усмешка, которая и подсказала мне, кого из двух братьев Огневых я вижу на самом деле. Невольно отступила на шаг назад, поднимая руки, готовясь отбить любую атаку — все, как научила Эрия. Но улыбка Осота стала еще омерзительнее — так может улыбаться только тот, кто уверен в своей безоговорочной победе.

— Глупая, маленькая девочка, — пренебрежительно сказал он, — думала, что я оставлю тебя в покое? Думала, что позволю тебе существовать?

— Я думала о том, как убить вас! — во мне взыграли гордость и ярость.

— Похвально! — неожиданно одобрил Осот. — Рад, что мои усилия не прошли даром, и ты постепенно перевоплощаешься в ту, кем бы я хотел тебя видеть!

— Я не стану демоницей черной Грани, послушной вам! — гнев внутри меня усилился, поднялся из глубины души удушливой волной, грозящей затмить разум, выпустить из-под контроля новую силу.

— И это мне нравится! — было ясно, что Осот только и ждет, чтобы я ошиблась.

Не дам ему очередной повод для радости, не позволю победить, переиграть меня. Упрямо помотала головой и сообщила:

— Зря надеетесь! Эрия успела кое-чему обучить меня!

— Хорошо, — в голосе Осота стало больше довольства, — вот и проверим, что из тебя получилось! — сказал и взмахнул единственной рукой, посылая в бой клубок четырех стихий.

Уроки Эрии мгновенно пришли на ум, и я сумела собраться. Мои стихии помогли мне: вода затушила огонь, ветер развеял песок, а сотворив ураган, я смогла победить и воздух. От потока воды, сумела уклониться, и с победным видом взглянула на противника. Он равнодушно кивнул:

— Неплохо.

Я почувствовала себя мышкой, с которой забавляется сытый, ленивый котище. Очередная гадкая, ледяная улыбка изогнула губы Осота, и он, ни слова не говоря, произнес новое заклинание. В мою сторону полетело «солнце» сплетенное из четырех стихий. Я не испугалась, все свою злость, боль, обиду сумела преобразовать в силу. Я желала отомстить — вот она отличная возможность это сделать! С помощью магии смогла рассмотреть, как именно сплетено заклинание, как свиты в нем стихии, и без труда справилась с каждой из них. Очередная победа досталась мне легко, и я поверила в свои силы.

— Чуть лучше! — Осот отвечал по-прежнему спокойно, заставляя меня усомниться.

Едва уловимое движение его руки, и я вижу новое плетение. Темные вихри силы завертелись на моих ладонях, готовые помочь, спасти меня. Но Осот изменил тактику, и шар из четырех стихий полетел в сторону спящей колдовским сном Лийты. Долго раздумывать не пришлось, я сразу бросилась в сторону костра, решившись на отчаянный шаг, подозвав к себе одну из искорок. Она стала маленьким огоньком, моей личной четвертой стихией, моей небольшой победой над собой. Пусть ей не под силу справится с огнем, вызванным противником, но отвлечь она сумеет, позволив мне выиграть несколько секунд, чтобы успеть сплести «щит» и скрыть под ним Лийту.

Осот выразил свое одобрение громким хлопком, звук получился издевательским, и я была уверена, что самое страшное ждет меня впереди. Потому рассерженно топнула ногой:

— Может, хватит игр?

— Девочке надоело играть? — его речь была ироничной, словно четырех стихийник беседовал с малым ребенком.

— Вам же не терпится отправить меня за Грани, вот и не тяните! — я как можно более небрежно и пафосно повела плечами, одновременно осматриваясь.

Увиденное меня совершенно не порадовало — за спиной оказалась пропасть, впереди — склон и узкая дорожка между ними. Широкая площадка осталась справа от меня, там же маячил зев пещеры, где спали попутчики, а раз они до сих пор не выбежали мне на выручку, значит и их накрыл колдовской сон. Надежда оставалась только на наблюдателей, но ни Дюрана, ни Олеаса поблизости заметно не было. Да и возникло огромное сомнение, что хоть кто-то из них придет мне на помощь — их миссия следить и записывать события в свои книжицы, остальное — как получится!

— Молодец, девочка! — вновь похвалил меня Осот. — Трезво оцениваешь ситуацию! Только тебе это не поможет! Хочешь сыграть по-крупному? Хорошо! Тем более, что нам пора заканчивать! — и он без промедлений приступил к делу.

То, что стало творением его единственной руки, никак не поддавалось разумному объяснению. Не вихрь, не клубок, не привычный шар! Нечто незнакомое, чуждое моему взгляду. В завитках загадочной вещицы сплетались четыре стихии, и их узоры были настолько лихо закручены, что сходу мне было сложно определить, что за чем следует, распутать переплетения, найти начало. Однако, я не растерялась, не потеряла веру в себя, разозлилась только и использовала свои темные чувства во благо.

Медленно подняла руки, удивленно рассматривая, как они изменились. В этот миг вся сила скопилась на них, замерцала, изменяя пальцы, удлиняя ногти, меняя цвет ладоней, заменяя кожу чешуей. Испуг мой растаял без следа, когда осознала, что лишь так справлюсь. Теперь мне не нужно бояться за свою жизнь! Я смело направила поток магии навстречу заклинанию противника.