"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Верещагина Анна Верещагина - Страница 115

— Ну-у… в целом… мне бы хотелось… ты понимаешь? — взгляд на меня.

— Да, в «Ведьминой погибели» оказалась я. Теперь вот еще герб для них рисовать, а краски я так и не купила, — разочаровано откликнулась я.

Подруга встрепенулась:

— А что у вас с Райтом?

— Честно? — подумалось о сегодняшнем происшествии, я всерьез подозревала, что таинственный «дух» — это Райт Ладов. Мне было ведомо, что Тилл дал ему новую силу, возможно, именно ее остатки и использовал спаситель, когда примчался мне на выручку.

— Честно! — важно подтвердила Рьяна, а потом суматошно воскликнула. — Погоди! Ты мне доверяешь?

— Так, как принято у ведьм.

Подруга подумала и сказала:

— А давай не просто, как у ведьм, а как у подруг?

— Что ты предлагаешь?

— Ну, попробуем дружить, как обычные девушки, а не как принято у ведьм. Я начну — мое домашнее имя Капелька! — Рьяна ждала моего ответа, и я решила, что ничего не потеряю, а, вероятно, даже приобрету:

— Веснушка!

Капелька улыбнулась:

— А тебе подходит! — и спохватилась. — Давай уже рассказывай, Веснушка, что там у тебя случилось?

Я глубоко вдохнула и искренне рассказала ей о таинственном маге, забравшемся на мой подоконник прошлым вечером и спасшем меня сегодня.

Рьяна слушала, затаив дыхание, а потом мечтательно выдала:

— Совсем, как в романе…

Я отмахнулась:

— Скажешь тоже… дурачатся маги только и всего!

— Но все равно это весьма и весьма романтично! — начала она спорить.

— Давай побеседуем о другом! — оборвала ее я. — У нас дел немерено!

— Дела подождут, а вот развеяться просто необходимо! Мы ведьмы — грустить не в наших традициях!

— Вот и не будем! — со значением высказалась я.

— Ладно, — покладисто согласилась Капелька, — поговорим о делах! Помнишь, о чем вещал Олвин, первый мастер «Хмельного саламандра?»

Я свела брови:

— В общем и целом…

— Вспоминай, что он говорил про талисман гильдии! — настаивала Рьяна.

Пришлось основательно поднапрячь мозги и ответить:

— Вроде он обещал показать талисман той из нас, кто выберет его гильдию… Нет?

— И он показал! — часто закивала Капелька и сразу объявила. — Это самый настоящий саламандр! Представляешь?

Кажется, я начала понимать, к чему она клонит, потому предположила:

— Ты опасаешься, что не сумеешь спрятать обереги, которые Ветла и государыня дали нам, чтобы попробовать смягчить действие артефакта Эрии?

— Угадала! — подпрыгнула на месте подруга. — Особенно в свете последних событий, — невольно дотронулась до своего лица.

Я прикусила губу, пребывая в раздумьях, а потом на подъеме предложила:

— А давай попробуем сделать это вместе?

Рьяна бросила на меня взгляд, полный искреннего недоверия, и я более уверенно добавила:

— Ну, а что? Говорят, вдвоем все сделать проще!

В глазах Капельки сверкнули искорки надежды, и она кивнула:

— Только выберем ночку потемнее, чтобы все прошло на «отлично»! И да, теперь можешь во всем рассчитывать на меня!

На том и разошлись, довольные тем, что объединились — так легче справляться со всеми трудностями.

Утром в двери особняка, прерывая наш уединенный завтрак в исключительно женской компании, вошли донельзя хмурые братья Ладовы, Винр Карпов и мастера других гильдий. Прямо с порога Рейв объявил:

— С сегодняшнего дня из особняка без сопровождения ни ногой! — видя наши возмущенные лица, и Ветлу, набравшую полную грудь воздуха, чтобы разразиться гневной тирадой, Ладов-старший, хитро блеснув глазом, дополнил. — Таков приказ Фириона! А вы, ведуньи, гостите на его земле!

Ветла с шумом выдохнула, а вперед вышел Винр:

— Не расстраивайся так, — сказал он ей, а потом окинул нас всех озорным взглядом. — Мы сможем организовать для вас другие развлечения! Так, парни?

Все маги согласно загомонили, а Олвин Ветров удивил всех присутствующих ведьм. Он подошел к оторопелой Рьяне, присел перед ней на корточки, взял ее руки в свои, и, заглядывая в глаза, чуть слышно молвил:

— Прости, не уберег, — в конце с нежностью прикоснулся к ее щеке.

Капелька потеряла дар речи, зарделась, а затем и вовсе поразила меня в самое сердце. Опустив очи к полу, она пролепетала:

— Ничего страшного…

Другие ведьмы спешно воззрились в свои тарелки и застучали столовыми приборами, пряча (на минуточку!) завистливые взоры.

«Ничего страшного!» — мысленно возопила я и с предупреждением взглянула на Райта, чтобы не вздумал подходить и выражать свои сожаления. Ладов-младший покачал головой, давая понять, что выскажется позже.

— Выпорю, если еще раз обманешь меня! — запросто пообещал он, как только мы вышли из дома и в сопровождении неразговорчивого стражника в форме направились к Всполоху, ждущему нас за воротами.

— Маг! — попробовала возмутиться я и получила суровый взгляд.

Умолкла, пристально осмотрела идущего рядом парня и с подозрением осведомилась:

— Скажи, как тебе спалось нынешней ночью!

Райт подарил одну из своих пакостных и обворожительных до безобразия улыбок:

— Желаешь узнать, как я сплю? Так можешь проверить, говорят, лучше увидеть, чем слушать сплетни!

— Да ну тебя! — попробовала отмахнуться я, на что получила очередной глумливый ответ:

— Если не желаешь заночевать со мной в одной постели, то не стоит задавать таких провокационных вопросов, ведьмочка! Я маг, посему любой твой вопрос могу рассматривать, как приглашение к действию!

Я покосилась на охранника, шествующего по соседству со мной с совершенно непроницаемым выражением на лице. Вздохнула и пробубнила:

— Идем покупать краски, хочу выразить все свои эмоции на холсте!

— Ого! — заинтересовался вредный маг. — Не терпится узнать, что ты на нем нарисуешь! Может, удовлетворишь мое любопытство и сразу расскажешь об этом?

— Нет! — яростно оповестила я и твердой походкой двинулась к ящеру.

За краски и кисти взялась сразу же по прибытию обратно. Настроение было самым, что ни на есть подходящим случаю, а еще хотелось отвлечься. Говорят, для этого надо заняться творчеством, и я решила последовать чужому совету!

Когда закончила, окинула пристальным взглядом получившуюся картину и довольно кивнула. Пришедшая поболтать Рьяна, до сего мига сидящая тихо, как мышь, чтобы не мешать, высказалась:

— Забавно! Думаешь, они поймут? — в ее словах звучали сомнения.

— Мне все равно! Сами напросились! — не стала переживать я.

Утром я сияла, словно золотая монетка, а Райт все время, пока мы поднимались к зданию гильдии, с величайшим подозрением смотрел в мою сторону. Не выдержал:

— Ты чему так радуешься?

— Ты не доволен, что у меня хорошее настроение? — искренне возмутилась я.

Ладов смутился и пробормотал:

— Да я не о том… — вскинулся, прищурился и задал иной вопрос. — Что там у тебя нарисовано?

— Узнаешь вместе со всеми! — строго объявила я, а потом более мягко молвила. — Уже немного осталось…

Едва я развернула холст, как лица у всех присутствующих в зале вытянулись. А что? Ничего особенного там нарисовано не было! Просто маг, тонущий в трясине, и ведьма, издалека протягивающая ему руку. Красиво взмахнула ресницами и невинным тоном осведомилась:

— Разве, рисунок не соответствует вашему девизу? Ведунья предлагает помощь огневику, и заметьте, еще пять лет назад за подобное могли и повесить!

— Подмечено, конечно, верно, — с довольно мрачным лицом согласился Райт.

— Вкус у тебя есть, на ведьме весьма симпатичное платье, — огласила свою точку зрения Лами.

— Красок не пожалела, — скривился Ацур.

— Маг тоже симпатичный получился, — придирчиво осмотрев рисунок, сказала Зирана.

— Зато ведьма уродина уродиной! — фыркнула Дамара, и я поняла, что она первой показала свое настоящее отношение ко мне. Сделала отметочку в уме пристальнее наблюдать за этой магичкой.

Потом посыпались еще комментарии, только Лют, прищурившись, смотрел на меня, а не на нарисованный мною новый герб гильдии. Что на уме у первого мастера — догадаться было несложно — наверняка отыграется во время грядущего посвящения. Я высокомерно вскинула голову — безмолвно отвечая на его призыв, давая понять, что ничуть не испугалась. Уголки губ Грэйна едва заметно дрогнули, сообщая, что от огневика не укрылся мой воинственный настрой. Светлая бровь слегка приподнялась, показывая, что ее обладатель удивлен, а кивок гордо посаженной головы уведомил меня, что вызов принят. Я отвернулась от Лютова, и почти ласково взглянула на Ладова: