"Фантастика 2025-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Верещагина Анна Верещагина - Страница 1040

«Бам! Скреж…»

Глория уцепилась за полку шкафчика и уселась. Опираясь спиной о стену, она кое-как вытащила последнее лезвие и ослабила шнуровку своего корсета разрезав им ленты по бокам. Полные глотки воздуха приносили ей лишь боль, но выбора у девушки не оставалось.

Сквозь пелену перед глазами она принялась оценивать происходящее.

Танцы на мечах и отражающаяся луна в клинках, порой ослепляла её белыми бликами. Она прикрыла веки, а шум вокруг постепенно отдалялся от неё. Девушка не знала сколько продолжался бой между мужчинами, но, когда наконец всё стихло, горячее прикосновение к щеке обожгло ей кожу.

— Эй… Дикая кошка.

Глорию возмутило подобное обращение коим он её наградил после первой их схватки, и она не смогла смолчать.

— Сдохнуть хочешь?

Утяжелившиеся веки с трудом приоткрылись, и она скрестила свой затуманенный взгляд с опасными радужками, отражающими в себе серебряную луну. На мужественном лице оставались следы стертых алых капель, и она мысленно отметила, что это придавало Феликсу некий шарм.

— Вижу тебе уже получше. — осматривая девушку Феликс заметил в её руке лезвие. — Дай сюда.

— Этот ублюдок похоже выбил мне плечо… Ай! И сломал несколько ребер.

Эсклифу было как-то не по себе оттого, что девушка находилась в подобном состоянии, но злость постепенно отступала, ведь он отомстил её обидчику и наконец свёл собственные счёты.

Вправив девичье плечо, мужчина начал осматривать на вид хрупкое тело на наличие других повреждений, Глория же молча наблюдала за ним сдерживая болезненные стоны, рвущиеся наружу.

— Не нравиться мне такое положение. — заворчала она щурясь.

— Давай я помогу…

— Нет же… — остановив его жестом и сдерживая улыбку девушка добавила: — Обычно это ты у нас в роле «побитой собаки».

Феликс не сдержал улыбки и не задумываясь заправил ей прядь волос за ухо.

Он видел, что девушке было неловко. Вот только её больше смущал не сам факт спасения, а вообще нахождение с ним в столь близком контакте и необъяснимый трепет в груди, который она поспешила списать на недавно полученные травмы.

Манипуляции по оказанию первой помощи были завершены, но Эсклиф не торопился прощаться.

— Уходи…

Рыцарь не сдвинулся с места продолжая молча сидеть рядом с лежащей на холодном ковре девушкой.

Герцогская шпионка злилась сама не понимая причин неожиданного эмоционального всплеска: — Иди уже, Феликс!

Целую минуту он смотрел в никуда и только после медленно поднялся на ноги и… ушел.

Сердце её сжалось, а от внезапно полившихся слез в совокупности с болезненным дыханием создавало ей настоящую пытку.

«Ты знала. Чего ревешь? Ты всё прекрасно знала!» — мысленно отчитывая себя, она схватилась за воротник расстёгнутой рубашки.

Не прекращающийся поток слез в скором времени прекратился.

Она отвернулась к стене в надежде, что больше никогда не встретится с этим мужчиной, но все её надежды в мгновение испарились.

Очередное горячее прикосновение, а затем и мягкое одеяло накрыло её.

— Почему ты не ушел? — спросила она, не поворачивая головы пока он поднимал её на руки. — Феликс иди к Диане. Оставь меня здесь, я справлюсь…

— Я отпустил её.

Не веря своим ушам, Глория всё-таки подняла глаза.

Спускаясь по лестнице с девушкой на руках, рыцарь нежно и в то же время печально улыбнулся и спросил:

— Слышал ты собираешься на север?

— Что ты имеешь ввиду?

Девичьи глаза округлились, стоило ему прильнуть губами к её губам остановившись у черного выхода.

Ни он ни она не знали, чем закончится эта ночь, но оба намеревались довести начатое до конца. Попробовать начать новую жизнь.

— Ноа! Прошу постой! — вдогонку мужчине кричала Эйрин, но тот её будто не слышал.

— Куда делся Эсклиф? — спросил герцог у одного из повстанцев.

— Отдав приказ об эвакуации пленных он, вероятно, отправился в тронный зал.

Герцог разозлился ещё пуще. Его выводило из себя происходящее. Он не привык подчиняться кому-либо и следовать приказам.

— Значит так, да? — недовольно. — Ладно… Что после эвакуации? — спросил Ноа всё у того же человека.

— Нам приказано вывести раненых и принцессу с другой леди из столицы.

Ноа задумчиво взглянул на Эйрин.

Никто не догадывался о чем он думал, но ощущали нарастающее недовольство герцога.

— Как я могу быть уверен в ваших благородных намереньях?

— Эм… — замялся, даже растерялся незнакомец. — Это прямой приказ госпожи Эрскин… — и неловко почесав затылок, добавил: — Мы же не смертники безмозглые. Ослушаться приказа этой женщины — навлечь на себя большие… Нет, просто огромные проблемы. Подыхать в мои планы не входит, Ваша Светлость.

Дарсийки переглянулись.

— Имейте ввиду, что не только немилость Дианы угрожает вам.

— Да, Ваша Светлость! Но разве вы не идете с нами?

Герцог Монро снисходительно взглянул на мужчину, который впоследствии испарился в толпе остальной группы.

— Герцог?! Вы не пойдете? Но что же…

— Эйрин. — устало. — С вами всё будет в порядке, поэтому…

— А с вами?! Что будет с вами? Я не хочу снова разлучаться!

Ноа немного опешил.

— Что это значит?

— Прошу: пойдемте с нами! — взяв его за руку она умоляюще добавила: — Пойдем со мной…

— Эйрин…

Было заметно, как герцогу неловко слышать подобное предложение.

— Молю вас! Я не хочу терять вас! Разве моей любви недостаточно?!

Ноа приложил много усилий, чтобы не осматриваться по сторонам на реакцию окружающих, но он ощущал на себе множество глаз. Все они наблюдали за ним.

— Эйрин, тебя поймут превратно, следи за словами.

— Сколько ещё я должна следить и контролировать свои чувства? Я устала!

Практический каждый аристократ, да и простолюдин знали о глубоких чувствах Ноа к Диане. Для них влюбленность столь статусного человека в эгоцентричную дочь маркиза являла собой немыслимую драму, пропитанную скандальностью, но имеющую скрытое очарование. Поэтому услышать признание дарсийской принцессы было пиком негодования.

Герцог не хотел, чтобы Диана знала обо всем, что происходило между ним и Эйрин. Даже односторонняя любовь дарсийки могла бесповоротно повлиять на их с Дианой будущее, которое Ноа рисовал в своей голове.

— По пути к северо-восточным границам находиться городок у горного хребта — Торон. Это родовое поместье моего дворецкого. Скажите, что вы от Виктора. Вас защитят и помогут добраться домой.

— Но!..

— Я же сказал: уходите.

Небесные очи дарсийки наполнились блестящими слезами. Девушка испытывала неимоверную боль слыша столь безразличные слова из уст любимого, но не теряя надежды она сделала короткий шаг к нему на встречу.

— Я люблю другую женщину, — в этот момент Эйрин застыла подобно скульптуре, герцог же продолжил: — Смиритесь с этим, принцесса. Однажды вы встретите человека достойного ваших чувств.

Мужчина чьи глаза вселяли ужас и трепет в чужие сердца — ушёл, а дева коей восхищались все, осталась проливать слезы.

Холодное прикосновение упало ей на плечи. Сестра утешала Эйрин ни говоря ни слова.

Дарсийка знала с самого начала, что в конце концов сердце сестры будет разбито, но до последнего надеялась, что это принесет ей не так много боли.

— Нам пора, Ваше Высочество…

Крепость горела.

Её белые промерзлые стены, охваченные языками пламени, покрылись сажей; ночную тишину давно нарушил пронзительный лязг метала; запах гари и опаленной плоти накрывал столицу Акроса, словно туманом, а отчаянные крики и стоны, раздающиеся среди сплетенной кучи людей, завершали сие жуткую атмосферу. Лишь искры, проносившиеся над головами, изображали собой завораживающие море красных звезд на небе.

«Бах!»

Огромные двери ведущие в тронный зал распахнулись.

Ферзенские воины под руки тащили акросийскую королеву. Женщина, чьи ноги тянулись по земле, возмущенно кричала и сопротивлялась, пока её не подтолкнули вперед. Она окинула зеленистым взглядом просторы зала.