Танго алого мотылька. Трилогия (СИ) - Ветер Морвейн "Lady Morvein" - Страница 62

Кирстин шагнула в направлении улицы, но тут же стала оседать на землю. В голове клубился туман.

«Рей», — звенело в голове и отчётливо стояло любимое лицо.

Кирстин не знала, сколько так пролежала. Когда пришла в себя, часы показывали одиннадцать. Тело всё ещё терзала боль, но, кажется, кровь остановилась.

«Вокзал», — вспомнила она и, с трудом поднявшись на ноги и надвинув на лицо капюшон, чтобы прохожие не шарахались, бросилась туда.

«Ты просто игрушка, — звенело у неё в ушах, — он наиграется и выкинет тебя».

Кирстин не помнила, как пробралась на вокзал. Не разбирала где сон, а где явь, когда увидела вдалеке силуэт Реймонда в узком чёрном пальто, с руками, спрятанными в карманы. Тот шагнул в вагон, а Кирстин всё ещё была слишком далеко, чтобы его удержать.

— Рей! — услышала она собственный голос, но так и не поняла, звучит ли тот наяву или только мерещится ей. Она попыталась стянуть капюшон, и кровь потекла опять.

Рей обернулся.

Несколько бесконечных секунд прошли в полнейшей тишине, и Кирстин успела увериться, что Рей не узнает её, когда тот метнулся в темноту и прижал девушку к себе.

— Рей… — выдохнула она. Слёзы ручьями текли из глаз, обжигая кровоточащие порезы на щеках. Страх сковал тело, а Кирстин всё смотрела и не могла оторвать глаз от склонившегося над ней лица.

— Состояние стабильно, — врач равнодушно делал пометки в блокноте.

Рей с трудом удерживался, чтобы не подойти к нему и не встряхнуть за плечи, чтобы заставить чувствовать хоть что-нибудь. Немало способствовал его сдержанности и Майкл, который с силой давил на руку Рея, не позволяя тому встать, едва тот начинал подниматься на ноги.

— Следы останутся? — глухо спросил он.

— Скорее всего. Я оставлю вам проспекты — лучше сами обсудите с пациенткой этот вопрос.

Рей молча кивнул.

Майкл встал и прошёлся по холлу туда-сюда. Ему жутко хотелось курить.

— А риск был?

— Вообще — нет. Такое чувство, что тот, кто нанёс удар, совсем не смотрел куда бил. Нож прошёл по ребру. Крови вытекло много — в этом и состоял основной риск, — врач поднял на него задумчивый взгляд, — если спросите меня, то никто не собирался её убивать. Скорее хотели… изуродовать… и предупредить.

— Предупредить, — повторил Рей, пытаясь справиться с дежавю.

— Её или вас.

Майкл кивнул.

— Благодарю.

— Мне можно к ней? — Рей встал, уже приготовившись войти.

— Пока нет. Она спит. Но вы сможете навестить её через пару часов.

Рей нехотя кивнул.

— Пошли, — Майкл взял его за локоть и потащил прочь по коридору, — кофе попьём. Хотя тебе бы лучше травяной чай.

— Привет.

К тому времени, когда Кирстин пришла в себя, Рей уже прорвался в палату, так что первым, что она увидела, было его лицо.

— Привет, — Кирстин вяло улыбнулась и раньше, чем ощутила скованность в лице, потянулась рукой к нему.

Рей осторожно пересел в изголовье кровати, так чтобы можно было обнять Кирстин сзади и прислонить спиной к себе. Поцеловал в висок.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он.

— Как человек, в которого всадили нож.

— Помнится, это означает «не очень хорошо».

Кирстин запрокинула голову, с любопытством глядя на него. Попыталась приподнять руку и коснуться пальцами шрама, но задела капельницу и была вынуждена опустить руку назад.

— Что со мной будет?

— Что произошло?

Обе фразы прозвучали в унисон.

Кирстин напряглась, и Рей тут же успокаивающе сжал её ладонь.

— Какой-то араб, — сказала она, — псих.

— Араб? — Рей нахмурился. — Сможешь узнать по фото его лицо?

Кирстин кивнула.

— Он не пытался скрываться. Полный идиот.

— Он что-нибудь говорил?

Кирстин машинально стиснула руку любимого и непривычно отстранённым голосом произнесла:

— Нет. Ничего. Какую-то белиберду на непонятном мне языке, — поправилась она.

Рей поджал губы. Дежавю становилось всё сильней.

— Рей… — голос Кирстин прервал его мысли. — Почему я ничего не смогла сделать? Юрген ведь занимался со мной…

Рей нахмурился.

— В первый раз всегда тяжело, — сказал он. Но отметил мысленно, что и сам он не смог сделать ничего. — Я заставлю этого урода заплатить, Кристи. Только дай мне несколько дней.

Кирстин, к его удивлению, спорить не стала — просто кивнула и прижала ладонь Рея тыльной стороной к виску.

— Я люблю тебя, — прошептала она, — что бы ни случилось дальше, я хочу, чтобы ты знал.

Рей склонился и поцеловал её в висок, туда, где только что была его ладонь.

— Я тоже тебя люблю, Кристи, — сказал он. Сделал глубокий вдох. — Нам нужно решить ещё один вопрос.

Кирстин кивнула.

— Сейчас мы в Глазго. На полное восстановление тебе может понадобиться от двух недель. Смотря какой курс лечения мы изберём.

— Так.

— Я бы предпочёл перевести тебя в Швейцарию на это время. Во-первых, потому, что там врачи, которые лечили меня. Во-вторых, потому, что не очень хотел бы провести это время в Глазго — а я должен быть если и не рядом, то неподалёку от тебя.

Кирстин кивнула.

— Меня ничего не держит здесь, — она прикрыла глаза.

— Ты хочешь, чтобы я сообщил твоей семье?

— Нет. Мне будет тяжело лежать… и ждать… придут они или нет.

Рей вздохнул и прижал её крепче. Он слишком хорошо понимал то, о чём думала сейчас Кирстин.

— Второй момент, — продолжил тем временем Рей и на некоторое время замолк, думая, с какой стороны подойти к вопросу, чтобы не задеть. В конце концов, решил сказать напрямик: — Ты должна подписать разрешение на перевод. И на пластику.

Кирстин заледенела.

— Что? — уточнила она.

Рей прикрыл глаза.

— Ничего особенного. Он сильно тебя порезал. Видимо, хотел испортить лицо. Но этот номер не пройдёт.

Кирстин машинально коснулась щеки, которую давно перестала чувствовать, и обнаружила на ней бинты.

«Он наиграется и бросит тебя», — прозвенело в голове.

— Мне нужно поговорить с врачом, — тихо сказала она.

— Хорошо, — легко согласился Рей, — хотя он советовал нам обсудить это между собой.

— Я боюсь, Рей.

Рей молчал. Этого он уже не понимал — но готов был принять.

— Ведь может стать ещё хуже, — пояснила Кирстин. — А что, если я… Если я откажусь?

— Тогда у тебя останутся шрамы на лице.

— Ты бросишь меня?

Рей вздрогнул и, чуть сдвинувшись в сторону, внимательно посмотрел ей в глаза.

— Если нет — значит нет, Кирстин. Без тебя я не смогу, со шрамами или без.

Рей в последний раз её поцеловал.

— Мне нужно провести ещё несколько встреч, — он замешкался, размышляя, затем вынул из кармана собственный телефон и вложил Кирстин в ладонь, — если что-то случится, что-то вспомнишь или просто соскучишься — звони. Второй мой номер забит в память под номером семь. И еще: когда придет полиция, скажи, что ничего не запомнила — все равно никого не найдут.

Кирстин кивнула. Рей поднялся и вышел, а она лежала ещё какое-то время, прижимая к себе телефон, пока не появился врач.

Кирстин молча подписала все бумаги, и когда тот вышел, уткнулась носом в мобильный, которого не видела уже почти год.

— Араб, — констатировал Рей. Они с Майклом сидели в больничном кафетерии, — что за хрень? Есть, конечно, известная вероятность, что это кто-то другой… Но что-то мне подсказывает, что удары нанесены той же рукой. Почему никто не… убрал его год назад?

— Потому что ты был слишком занят, — Майкл пожал плечами и тоже хлебнул кофе, — я прислал тебе все материалы, ты их хотя бы смотрел?

Рей поднял на него злой взгляд.

— Я так и понял, что тебе плевать, — констатировал тот.

— На сей раз я доведу дело до конца. И знаешь, что? Это уже никак не простой психоз. И ты правда веришь, что он сам забрался так далеко? Ему точно кто-то помог.

— Он мстит за сестру, год назад всё выглядело так.

— Сначала проверим, потом уже будем решать. Я сам переговорю с Йонасом, чтобы тот достал его живым и отправил на остров. А там уже мы отыщем мотив. И надо ему сказать — пусть проследит, чтобы полиция удовлетворилась ответами.