Диктатура Кошмаров (СИ) - Горъ Василий - Страница 10

с пеной у рта доказывает Вениамину Анатольевичу Орлову, что, судя по номенклатуре оборудования, уже заказанного и оплаченного тобой, скорости строительства твоих заводов и энтузиазму, с которым Наталья Родионовна и Лев Абрамович «ассистируют» тебе на переговорах с потенциальными деловыми партнерами, Воронецкие готовили проект «Космос» не один год, уверены в том, что он выстрелит, и изымают средства на его реализацию из карманов дворянства и купечества… через аукционный дом Цесаревича!

Я потерял дар речи, а она довольно хихикнула и продолжила меня веселить:

— Теперь вдумайся в рекомендацию: любой ценой изыскать возможность влезть в проект через тебя. Ибо раз средства на него аккумулируются в том числе и на твоих счетах, значит, ты — креатура Императора, Императрицы и Цесаревича в одном лице. Соответственно, тебя и твоих деловых партнеров сольют в последнюю очередь!

— И как на его выводы среагировал Орлов? — полюбопытствовал я после того, как переварил эту новость.

— Проникся, нашел пятничный доклад начальника контрразведки рода, перечитал абзац, в котором сообщалось, что сегодня ты пригласил на званый ужин Стерлигова с Третьяковым, и в данный момент раздумывает, как бы на него напроситься…

Глава 5

5 декабря 2514 по ЕГК

…По большому счету, все вопросы, которые я решал во вторник, можно было поручить Надежде, Наталье Родионовне и Льву Абрамовичу. Но весь этот день Полина сдавала задолженности по школьной программе, поэтому я провел четыре встречи, к каждой из которых готовился, как к самым сложным экзаменам в АПД, и добавил дополнительные слои к уже созданной легенде о моей деловой хватке, склонности к техническим наукам, умению разбираться в сложнейших вопросах и непревзойденному чутью. Да, устал. Слава богу, только морально. А на самой последней настолько… хм… разочаровался в потенциальном партнере, что послал его лесом, почти не выбирая выражений. Хотя жаждал прибить на месте. Или утащить в Пятно и скормить местному зверью. Как приснопамятного Иннокентия Ярославовича.

Увы, запись его смерти, выложенную в Сеть, видела и эта тварь. Так что хамила, если можно так выразиться, на минималках. И не дала ни единого шанса придраться к формулировкам «выгоднейших предложений», «советов» и завуалированных претензий. Впрочем, все остальные лица, с которыми я общался, вели себя в диаметрально противоположном ключе, то есть, были готовы к сотрудничеству на моих условиях и — по уверениям Дайны — мечтали обрести статус «делового партнера Черного Беркута». Дабы я, в случае чего, ставил их недоброжелателей на четыре кости так же, как поставил Назара Николаевича Довженко. Вот и шли навстречу практически в любых вопросах, находили обоюдовыгодные компромиссы и, в конечном итоге, пополнили список будущих поставщиков комплектующих для моих предприятий.

Теоретически среда должна была пройти так же. Ведь Птичке оставалось сдать два предмета, а творческий дуэт Светы и Дайны, наконец, разобрался в некоем принципе «резонанса слабых магических воздействий», но ни один из экспериментальных вариантов продвинутых «тревожных» аксессуаров так нормально и не заработал. Вот моя младшенькая и потерялась в мастерской еще в районе полуночи, проигнорировала утреннюю тренировку и не явилась на завтрак. Ну, а я дал маху. В смысле, после трапезы, завалившись в кабинет и рухнув в кресло, поинтересовался у БИУС-а, кого мы будем терроризировать сегодня.

— А есть варианты? — ехидно поинтересовалась она через гарнитуру, не дождалась ожидаемого отклика, и аж застонала от «разочарования»: — У-у-у, какой ты тормоз!!!

— Чего это вдруг? — с надеждой спросил я, сообразив, что, по ее мнению, расстраиваться не с чего.

— Какое сегодня число, помнишь?

Я отрицательно помотал головой, ткнул в экран телефона, посмотрел на соответствующую пиктограмму и продолжил тупить:

— Пятое. Но с этой датой у меня нет никаких ассоциаций: я помню, что двадцать девятого — день рождения Людмилы Евге— …

— Игнат, пятого октября этого года мы вышвырнули из портального зала генерала Мезенцева, грохнули амеровских Кошмаров, закрыли «окно» и… с тех пор ДЕ-ЮРЕ его НЕ ОТКРЫВАЛИ! Дальше объяснять?

Тут меня, наконец, накрыло пониманием:

— Ты хочешь сказать, что наши пробовали открыть «окно» пятого ноября, но не преуспели, а значит, сегодня сделают еще одну попытку?

— Ну да: ты ж у нас любитель закрывать доступ на Надежду на месяц-два и тэдэ!

Язвительный тон Дайны натолкнул еще на одну догадку:

— Так вот для чего ты потребовала выяснить у Игоря Архиповича дату суда!

— Угу! — поддакнула эта вредина и подколола: — Я, в отличие от тебя, в голову не только ем…

Я пропустил подначку мимо ушей, переключился в рабочий режим и минут тридцать-тридцать пять прорабатывал нюансы поведения при наиболее вероятных вариантах развития очередной встречи с переговорщиками СНС. Закончив мозговой штурм, вызвал к себе Олю, описал планы на середину дня и поставил конкретные боевые задачи. А где-то за час до расчетного времени открытия «окна» написал сообщение Полине, подождал ее возле «Калитки», перешел в Клинику, вломился в мастерскую и наткнулся взглядом на сияющее личико младшенькой.

— Вы на удивление вовремя! — радостно протараторила она, цапнула со стола несколько крошечных шариков и показала мне:

— Мы, наконец, довели до ума техномагическую гарнитуру, использующую микропрокол с «вечной» подпиткой из восьмого круга и костную проводимость звука…

— Ты хочешь сказать, что идея с вживлением микропроколов в родовые перстни себя не оправдала? — спросил я, вспомнив, что накануне днем она с неменьшим энтузиазмом рассказывала о сигнальных воздействиях, которые будут четко «читаться» через эти аксессуары как в самом напряженном бою, так и под активированным жаром.

Девчонка насмешливо фыркнула:

— Микропроколы в перстнях или обручальных кольцах — это вчерашний день! Ведь они передавали всего-навсего ощущения, а эти техномагические гарнитуры позволяют полноценно общаться!

— И как это реализовано на практике? — полюбопытствовала сестренка и добавила Свете энтузиазма:

— Проще простого: блок генерации звуковых колебаний, установленный тут, в мастерской, передает их через микропрокол и рабочее тело гарнитуры в височную кость, блок считывания снимает и расшифровывает колебания всё того же рабочего тела, а часть расчетных мощностей Дайны обеспечивает ряд чертовски нужных возможностей. К примеру, позволяет свободно общаться не только с нею, но и между собой или игнорировать не только технические, но и артефактные «глушилки». А теперь вдумайтесь вот во что: эти гарнитуры — вечные, ибо ломаться в них просто нечему, а система связи работает в мирах любого типа и на любых расстояниях!

— Обалдеть! — восхищенно выдохнула Поля, Оля назвала Свету с Дайной красотками, а я задал последний уточняющий вопрос:

— Как я понимаю, эти гарнитуры должны вживляться в кость, верно?

— Ага! — хором ответил дуэт изобретательниц, а потом младшенькая замолчала, а ее бестелесная напарница сочла необходимым добавить еще три предложения:

— Операции абсолютно безопасны и будут проведены в реанимационном комплексе «Носорога». Но — вечером. Ибо на носу — переговоры с охамевшими уродами из нашего прошлого мира…

…Ее предсказания сбылись — «окно» все-таки открылось. Причем чуть раньше, чем обычно. И в портальный зал по очереди ввалилось двое мужчин лет сорока-сорока пяти с военной выправкой, но в дорогих деловых костюмах. Не обнаружив в помещении ни души, недоуменно переглянулись. Потом один из них наткнулся взглядом на лист бумаги, лежащий на журнальном столике, подошел, прочитал «мое» послание и протянул его коллеге.