Трон галактики будет моим! Книга 3 (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 47

Поразмыслив, я простил девушку. Скармливать её раптусам в любом случае в мои планы не входило.

— Больше так не делайте. А мандарины будут. У всех будут мандарины! Обязательно. Но — потом. Ну что, цып-цып, дорогие Юрий и Цезарь, цып-цып…

Уходить в клетки они категорически не хотели, хоть и обычно слушались меня беспрекословно. Пришлось их подгонять лёгкими пинками, на которые они возмущались и едва ли не шипели. После посадил за засов, вручил их Максу, и он принялся кормить их самодельным комбикормом из субпродуктов.

Ну а дальше возник резонный вопрос — кто так затейливо нахулиганил? Разумеется, я поленился искать сам и дал задание Октавии и Евгению — проанализировать движение пассажиров, найти первых подозреваемых и вызвать ко мне в каюту.

Через пару часов, когда я наконец-то привёл себя в порядок, ко мне привели четверых. Я оглядел их всех и спросил:

— Итак, кто это сделал? Зачем было утром выпускать раптусов из клетки?

Первой подозреваемой была Аэлита.

— Вообще не при делах. Я после того, как вот эта вот, — она кивнула на Иоланту, стоявшую рядом, — меня позвала на утренний спарринг — сразу в каморку к себе ушла.

— Ха! — Иоланта вздёрнула нос. — Учитель и так прекрасно понимает, что я тут ни при чём!

Я внимательно наблюдал за мимикой, и сделал вывод, что обманывают обе. Только вот Аэлита скрывала враньё куда менее искусно, чем Иоланта.

— Ладно. К вам, дорогие дамы, мы ещё вернёмся. Ты, мой друг?

Третьим был наш самоходный болванчик Андрон.

— Это какая-то ошибка, — нахмурил он брови. — Вы прекрасно понимаете, что я не имею никакого, ни малейшего к этому отношения! К тому же, в свете текущих событий…

Это он на сделку, что ли, намекает?

— Ты уверен, что выдержишь проверку логов сервисного модуля? — уточнил я. — Октавия может. Октавия! Зайди, пожалуйста. Давай, родная, надень перчаточки и приготовь кабель…

Глазёнки забегали, Андрон принялся топтаться на колёсиках, и затем сказал:

— Ладно, ладно. Я причастен — но лишь частично. Меня заставили!

— Кто?

— Я… не могу говорить. Я его опасаюсь, — сказал он шёпотом.

Тут уже Октавия ощутимо напряглась. Кого на корабле можно опасаться больше, чем меня и, собственно, её?

Я перевёл взгляд на четвёртого. Это был патлатый пустынгер-техник, который уже несколько недель крутился на космодроме — помогал и в ремонте «Песца», и в патруле, но по виду был весьма своевольный.

— Как зовут, напомни?

— Гоги. Гоги Моррисон, капитан, — кивнул он.

— Сын того самого Моррисона? Вождя племени Акведука?

— Внук. Я прихожусь четвеюродным племянником Кукушке, капитан.

А сам сверлил меня глазами. Не боится же почти что, хотя и знает, какой властью я обладаю. Далеко пойдёт!

И главное, что я понял — он единственный из них троих невиновен.

— Октавия, — спросил я. — Почему он здесь оказался? В чём суть подозрения.

— Господин рыцарь. У него состоялась короткая перепалка с Максом по поводу нарядов на складе. И он отлучился из склада поиграть в карты как раз, когда всё произошло.

— Ясно. Свободен, — скомандовал я, парень отсалютовал и покинул каюту.

Я же посверлил взглядом оставшихся.

— А, поняла, кажется, — вдруг сказала Аэлита, а сама тоже глаза отвела. — После того, как я Иоланту пырнула…

— Нечестным, обманным путём! — вставила та, скрестив руки на груди.

— Ага-ага… Вот, после мне она говорит — мол, за такое тебя надо бы в карцер посадить. Я говорю — что, как раптусов на складе, в клетку?..

Иоланта продолжила.

— А после Капитан Немо…

— Кто-кто? — не понял я.

— Ну, мой новый серв-дворецкий, Капитан Немо, я так его назвала…

— Ты это откуда название-то такое подцепила?

— Из древних трактатов… Он спросил, действительно ли раптусы содержатся в клетке? И Аэлита говорит — что да, так и есть, в клетке. А я зачем-то сказала, что в складском отсеке… И н не уследила после, учитель… Он куда-то делся после, видимо, переклинило у него. Прошивка, как Дарья Семёновна сказала, недостаточно проверенная. Тут моя вина, учитель, и я готова понести по всей строгости закона.

— Мигом доставить в кабинет! — рявкнул я. — Ещё нам не хватало перепрошитых сервов-убийц на борту. А вам обеим — два часа силовых упражнений и практики по арифметике в уме! Свободны.

На самом деле, я был не меньше зол на самого себя: времени особо общаться с новым разумом в теле серва-убийцы не было, поэтому сам не проверил. Не разобрался, кто он, и откуда, и какие подводные камни несёт прошивка нашего нового дворецкого.

Что ж, лучше поздно, чем никогда.

«Капитан Немо» пришёл сам, быстро и без лишних разговоров.

— Прибыл, капитан. Чем обязан, капитан?

Разговаривать с безликим сервом всегда не очень-то приятно. Ни эмоций прочитать, ни зрительный контакт поймать. Высшие сервы, вроде Октавии, конечно, могут маскировать эмоции, но обычно мимика соответствует человеческой, чтобы было проще. Здесь мимика отсутствовала.

Но вот голос ему всё-таки приладили. Но не полноценным речевым аппаратом, но динамиком сервисного модуля, Октавия нашаманила что-то. Поэтому болтал он весьма хрипло, негромко и монотонно.

— Октавия, активируй, пожалуйста, сервисный порт этого джентльмена и включи сбор расширенных логов, — попросил я, а когда всё было выполнено, начал допрос. — Зачем ты это сделал?

Капитан Немо дёрнулся, словно в него вонзили иголку со шприцом. Но ответил всё так же беззвучно и тихо.

— Любое свободное живое существо имеет право на свободу. Никого не стоит запирать в клетках, капитан.

— Даже если я, твой капитан, запер кого-то в клетки? — вкрадчиво спросил я. — Ты хоть понимаешь, куда такое может завести?

— Данная дилемма неразрешима, капитан. Но в случае с раптусами долг перед природой и человечеством заставил меня сделать именно такой выбор, капитан. Я просчитал, что их свободное перемещение будет безвредным для всех.

Ну отлично! Просто феноменальная свобода воли для серва. Я нахмурился.

— Тебя не смутило то, что они уже по какой-то причине сидели в клетке?

— То, что их посадили в клетку, я счёл чьим-то ошибочным решением. Кого-то из исполнителей. Я не думал, что на то было прямое указание капитана, то есть вас.

— Ясно. А как ты проник на склад и остался незаметным? — продолжил я допрос.

— Я помог моему брату Андрону смонтировать себе манипулятор в обмен на помощь в отвлечении дежурного по складу. Андрон подтвердил, что вы разрешили ему добавить манипулятор, и я посчитал, что это правильно. Одновременно я получил информацию, что будет производиться отключение камер. Поэтому решил выполнить задачу немедленно. Затем я включил стелс-режим…

— Это что ещё такое? — тут же перебил его я.

А в ответ он моментально стал невидимым. Ну, как стал — всё, что было за пределами смокинга стало невидимым, включая ноги и голову. Я подвигал головой влево и вправо — заметна была лишь тонкая рефракция и ломаная перспектива на границе контуров туловища.

— Ого. Вот это круто. Ну-ка, вернись обратно.

Он вполне покорно вернулся в привычный режим. Я же откинулся на спинку кресла и задумался.

Таких крутых и самостоятельных сервов просто так на рынке не купишь. Значит, в это тело приспособили копию чьего-то сознания, выкраденную откуда-то из резервных хранилищ. Даша может. Запросто.

Не сказал бы, что это хорошо. Но пока приходится работать с тем, что имеем.

— Расскажи о себе, — потребовал я.

— Я был создан в своём первом воплощении на планете Войпель. Я был серв-мастером в бригаде сторожевых егерей старейшины Леонтия Девятиречного.

Вот тебе ещё одно совпадение.

— Фамилия ни о чём не говорит. Но планета знакомая, наслышан… Серв-мастер? Это то, о чём я думаю?

— Да. Я был администратором над восемью тысячами патрульных сервов и дронов: наземных, летающих, подземных и водных. Которые следили за двумя миллионами километров площади заповедных лесов. В течение двухсот пятидесяти лет. Это был чудесный, волшебный край.